Читаем Плейлист онлайн бесплатно
– Возможно, ты права, – спокойно сказал он. – Твоя операция все равно прошла не совсем удачно. Иначе ты бы без очков сейчас увидела девятимиллиметровый пистолет у меня в руке.
Прежде чем Алина успела сказать ему, чтобы он засунул пистолет себе в рот, раздался звонок в дверь.
Не один раз.
Не два.
А непрерывная трель.
– А, наконец-то. Давно пора, – услышала она голос Шолле. – Я сейчас вернусь.
Не один раз.
Не два.
Он звонил непрерывно.
В глубине души надеясь, что ошибся и вот-вот увидит перед собой рассерженное лицо доктора Рея с подтянутыми после лифтинга веками, которое он знал только по фотографии на скудном веб-сайте.
Глаза, которые с раздражением уставятся на него, пока психиатр будет спрашивать, с какой стати Нильс прерывает их сеанс с Алиной.
В худшем случае звонок помешает Рею причинить вред его невесте.
Хоть что-то.
Он не слышал ни криков, ни мольб о помощи. И дверь открылась.
Хороший знак.
– Добрый день, меня зовут Нильс Сандбек, мне нужно немедленно поговорить с моей невестой, Алиной Грегориев, – поприветствовал он доктора Рея.
Вежливо. Как всегда. В отличие от Алины он не привык иметь дело со злом, о котором на следующий день пишут в газетах или через несколько минут обсуждают в Интернете.
Его мир состоял из расчетов, поездов и приводных механизмов.
Он разбирался в чертежах и электрических схемах, но не в том безумии, которое заставляет лишенных эмпатии убийц улыбаться и тут же стрелять вам прямо в правый глаз.
Именно это с ним и произошло.
Так быстро, что Нильс был мертв еще до того, как пуля вышла у него из затылка.
– Нееет!
Алина услышала голос Нильса. Затем выстрел. Глухой звук пистолета с глушителем. Затем – как безжизненное тело обмякло в руках другого и было оттащено в коридор практики, прежде чем Шолле снова закрыл дверь.
– Нильс! – закричала она, впервые за очень долгое время по-настоящему почувствовав себя слепой. Слепой от страха, от горя, от беспомощности.
От боли.
– Что ты сделал? – закричала она и бросилась вперед. Она спотыкалась о собственные ноги, но продолжала бежать по коридору к выходу, и ее остановил только кулак Шолле. Жестким и безжалостным ударом в лицо.
Из носа у нее закапала кровь. Ослабев, она опустилась на пол рядом с трупом.
– Мне не нужны свидетели.
– Нильс… Господи… Нет! – Алина кричала от боли так, как еще никогда в жизни. Она знала, пусть и не по личному опыту, что бывают родовые схватки, будто разрывающие женщину на части. Сейчас она переживала нечто противоположное. Смертельные схватки, которые шли извне внутрь, высасывая всю жизнь вокруг и лишая ее способности дышать. – Ты – извращенец, садистское чудовище! – крикнула она Шолле, подползая к безжизненному телу Нильса.
Она схватила его еще теплую руку. Погладила по влажным волосам.
– Чего ты ждешь? – закричала она. – Доведи дело до конца. Сделай то, что доставляет тебе особое удовольствие, псих. – От отчаяния она едва выговаривала слова. – Давай. Застрели меня.
Ответ поразил ее так, словно Шолле и вправду спустил курок.
– Нет, – сказал он.
«Нет?»
При падении Алина потеряла очки. Открыв глаза, она увидела приближающуюся тень Шолле. Но, похоже, он не целился в нее из пистолета.
– Особое удовольствие доставляет мне вовсе не убийство, – сказал он. – Я показываю людям последствия неправильной расстановки приоритетов. Когда они, самодовольные и эгоистичные, думают только о себе и собственной выгоде, вместо того чтобы заботиться о семье. Как Цорбах, который, гоняясь за мной, оставил в беде жену и ребенка. Как Томас Ягов, которого больше волновала изнасилованная школьница, чем собственная дочь, которая стала аутсайдером в школе, потому что из-за технофобии отца она живет будто в прошлом столетии. И как ты, Алина, в чьем мире все вращается исключительно вокруг тебя и твоей слепоты. Господи, на каждом сеансе я слушал одно и то же нытье: что твоя операция была ошибкой, что ты боишься мира, который, возможно, вообще не хочешь видеть. И пока ты твердила только «я, я, я», ты не слушала новости, полностью отгородилась от окружающего мира и даже не знала, что жизнь девочки зависела от плейлиста, который она смогла составить лишь благодаря твоему МРЗ-плееру.
– Ты искажаешь правду, подгоняя ее под свое больное мировоззрение! – закричала Алина. – Ты убиваешь невинных людей. Этому нет оправдания. Ты не мститель, ты – подлый, ничтожный, больной убийца.
– Это не так. И я докажу это прямо сейчас, просто оставив тебя в живых.
– Как? – У Алины во рту было столько желчи, что ей хотелось сплюнуть.
– Как я уже сказал, смерть не является моей целью, и убийство – не мое желание. Я караю слепоту и эгоизм. И с учетом этого, думаю, твое наказание будет гораздо суровее, если я оставлю тебя в живых.
Он щелкнул языком, словно подтверждая собственное решение.
– Да, думаю, это хуже быстрой, милосердной смерти. Знать, что отныне снова придется жить в полном одиночестве. Без зрения, несмотря на операцию. Без жениха, несмотря на предложение руки и сердца. Без Цорбаха, который уже едет в тюрьму, а я тем временем покину Берлин и отправлюсь в отпуск.
