Читаем Плейлист онлайн бесплатно
«Из „Амброзии"? Та, о которой говорил курьер?»
– Как ты с ней связан?
– Я познакомился с ней в «Тиндере». Она зарегистрировалась на платформе вскоре после того, как потеряла мужа. А я… ну, ты понимаешь, как это бывает, когда у человека есть потребности. – Шолле грязно рассмеялся. И наверное, облизнулся, как ящерица. – Ее муж избивал ее, и она уже дважды искала убежища в городском женском приюте; в последний раз соседка подсказала ей обратиться в «Амброзию». Когда муж снова напал на Табею, она пошла к доктору Либерштетт. Ну а после этого мужа не стало, и Табея смогла безбедно жить на наследство.
Сквозь окна донесся приглушенный гул вертолета. Лопасти стучали в том же ритме, что и сердце Алины.
– Значит, ты стоишь и за этой безумной машиной самосуда? – спросила она.
Он цокнул языком.
– «Амброзия» не безумие; она действует по проверенному веками методу. Око за око – сказал бы я, если бы это не было так неуместно в твоем случае. – Он рассмеялся. – Но нет, это не я все организовал. Я лишь поддерживаю Либерштетт. Как психотерапевт, работающий с травмированными женщинами, я ведь буквально сижу у источника, что касается жертв. Самые тяжелые случаи я направлял в «Амброзию» и получал свою долю, когда мужей-тиранов заставляли расплачиваться за содеянное.
Алина поднялась, сама не зная, что собирается сделать, если ее колени не подогнутся и она удержится на ногах – несмотря на все удары, которые только что обрушились на нее.
– Почему такая ненависть ко мне? Что я тебе сделала?
Его ответ последовал мгновенно, будто выстрел:
– Ты испортила мои самые важные «тесты на любовь». Вы с Цорбахом постоянно вставали у меня на пути. И я хотел отомстить тебе за это. Я собирался выведать у тебя все твои секреты, а потом в самый уязвимый момент – когда ты мне больше всего доверяла, – раскрыть, кто я на самом деле.
– Ты – больной психопат, – прохрипела Алина, все еще стоя, хотя казалось, будто земля уходит у нее из-под ног.
Шолле изобразил обиду:
– Ты ко мне несправедлива. Я всегда давал тебе честный шанс. И неоднократно предупреждал тебя, что произойдет, если ты не отстанешь от моего «теста на любовь» для Томаса Ягова. Том-Том на станции метро, виселица на зеркале – но ты не послушала. Все равно встретилась с курьером и тем самым подписала ему смертный приговор.
Значит, Шолле был за рулем машины, которая жестоко переехала беднягу.
– Скажи, ты действительно веришь в этот бред, который несешь? – прошипела Алина, понимая, что не важно, останется ли она спокойной или закричит. Решение Шолле закончить свою игру – а значит, и ее жизнь – было уже принято. Иначе он не стал бы так охотно объяснять ей свои мотивы.
– А то, что ты ослепил Табею кислотой, – это тоже было предупреждение?
– Нет. Это было наказание для Фелины. Я думал, в тайнике нет Интернета. Но она оказалась умной и нашла способ передавать сигналы через песни. В тот день, когда я возил ее домой – чтобы провести тест с ней и ее отцом, – я проверил ее вещи и обнаружил, что она как-то нашла Сеть. Иначе невозможно было объяснить, почему ее плейлист изменился: она явно посылала сигнал SOS.
Алине не нужно было спрашивать, в чем заключалось наказание Фелины. В извращенном, безумном мире Собирателя глаз утрата любви была для ребенка самым страшным. Лишить Фелину единственного контакта в плену казалось ему куда ужаснее, чем ослепить Табею.
– Ты сказал Либерштетт, что я сделала это с Табеей, и таким образом наслал на меня курьера! – подытожила Алина.
– Именно так, – невозмутимо подтвердил он. – Я знал, что обман очень быстро раскроется, но надеялся хотя бы на пару дней навлечь на тебя неприятности от «Амброзии». Это сделало бы игру для тебя еще интереснее. Я даже оставил там тебе мобильный телефон, чтобы у тебя была возможность сбежать. – Он захлопал в ладоши. – Разве это не честно? – спросил он, явно восхищаясь самим собой. – У тебя всегда были хорошие шансы в игре.
Игра.
Плейлист.
Игровой лист.
Алина невольно покачала головой, осознав, почему Шолле не удалил плейлист Фелины, когда нашел его. А только изменил.
– У Фелины в списке было гораздо меньше песен, верно?
M
85
U
I
O
В конечном счете, решающей оказалась всего одна подсказка – точка, где фантомная линия U10 пересекалась с маршрутом автобуса M85.
«Почему я этого не заметила?»
Теперь все казалось чересчур театральным – эта французская фраза «Je meurs là», которая была бесполезна для спасателей девочки. Только если Фелина знала, что ее похититель представлялся доктором Самуэлем Реем.
«Но в таком случае после освобождения она назвала бы это имя полиции, и Шолле давно бы скрылся».
– Ты дополнил плейлист, – заключила Алина, и Шолле медленно захлопал в ладоши, подтверждая ее догадку.
«Сначала первые девять песен. Потом „Рага Paradise" – вероятно, какая-то больная шутка для финальной развязки».
Кожа скрипнула.
– Ладно, хватит болтать, – произнес Шолле более низким голосом; видимо, он тоже встал. – Пора заканчивать, Алина. Не хочешь снять очки для того, что сейчас произойдет?
Алина с презрением плюнула в сторону Шолле, но, к сожалению, не попала.
