Читаем Парторг 6 онлайн бесплатно
Солдаты его полка поддержали отряды боевых дружин рабочих. Дружинники разоружили полицию города, захватили городское полицейское управление и взяли под охрану важнейшие государственные учреждения Минска. Виктор Семёнович участвовал в организации медицинской помощи при возможных столкновениях, но, к счастью, обошлось без крови. Он рассказывал, как вместе с братом ходил по казармам, убеждая колеблющихся.
— Помню, один унтер кричал, что мы предали царя и отечество. А я ему говорю: народ с голоду пухнет, а царь каждый день ест французские булки? Он замолчал, а потом сам вступил в дружину.
Когда товарищ Фрунзе осенью 1917 года вернулся в Шую, Виктор Семёнович, к тому времени уже вступивший в большевистскую партию, уехал вместе с ним. Он вспоминал, как Фрунзе похлопал его по плечу:
— Поехали, доктор. Там работы не меньше, чем здесь.
В Шуе Виктор Семёнович занимался формированием рабочих отрядов, учил их обращаться с оружием.
— Мужики фабричные, пороха не нюхали, а энтузиазма через край. Приходилось и доктором быть, и нянькой, и командиром.
В составе вооруженного отряда шуйских рабочих под командованием товарища Фрунзе Виктор Семёнович участвовал в ноябре семнадцатого года в уличных боях в Первопрестольной. Особенно запомнились ему бои у гостиницы «Метрополь». Пули свистели над головой, и в очередной раз он был ранен. Осколок задел плечо, ранение так себе, но крови потерял почему-то много и потерял сознание. После боя его подобрали санитары и отправили в госпиталь. Там он переболел тифом. Несколько недель температуры и бреда, и только молодой организм да заботливые сёстры помогли выкарабкаться.
— Во сне всё Ксению видел, — признался он. — И Леночку. Думал, не свидимся больше.
После выздоровления в марте 1918 года Виктор Семёнович вступил добровольцем в молодую Красную Армию. Здесь его ждал новый поворот судьбы: по рекомендации товарища Фрунзе он окончательно стал не врачом, а красным командиром. Михаил ВАсильевич сказал:
— Из тебя выйдет толк, Виктор. Врачи нужны везде, но командиры сейчас важнее.
Так Виктор Семёнович променял скальпель на шашку. Он учился командовать людьми, вести их в бой, принимать решения под огнём. Было страшно, но отступать некуда.
Потом были две обороны Царицына. В пыльных степях под палящим солнцем он водил бойцов в атаки, отражал налёты белой конницы. Особенно запомнился эпизод, когда его отряд попал в окружение. Трое суток без воды и еды, но они прорвались.
— Воды не было, лошадей зарезали, пили кровь, — рассказывал он тихо. — Кровь солёная, горячая… Не дай бог никому такого попробовать.
Я сразу же вспомнил страшную рукопашную и то как я перегрыз горло проклятому фашисту. Сейчас, когда прошло почти два года это стало наконец-то хоть и страшным, но воспоминанием. Затем был Польский фронт. Там он снова встретил товарища Сталина, с которым познакомился еще в Царицыне в восемнадцатом году. Виктор Семёнович лишь мельком упомянул об этом, но я понял, что те встречи оставили глубокий след.
— Товарищ Сталин тогда ещё не был тем, кем стал потом, — сказал он задумчиво. — Но уже был жёсткий и требовательный. Умел говорить с красноармейцами. Я его уважал.
Потом был Крым, разгром армии барона Врангеля. Море, горы, и снова бои. Виктор Семёнович вспоминал, как ворвались в Симферополь, как местные жители выходили на улицы, встречая красных.
— Девушки цветы кидали, старики плакали. Но было видно, что люди радуются не нашему приходу, а просто концу войны, — он замолчал, глядя в одну точку. Я сидел молча, боясь даже шелохнуться.
Затем участие в заключительном аккорде Гражданской войны, разгроме белых и японских интервентов на Дальнем Востоке. В октябре 1922 года во время штурма Спасска Виктор Семёнович был ранен в пятый раз. Пуля пробила навылет левую руку и застряла в груди. Его вынесли с поля боя, и он снова оказался в госпитале. За годы Гражданской войны красный командир Андреев он был награжден двумя орденами Красного Знамени РСФСР.
Виктор Семёнович неожиданно достал и показал мне пожелтевшие грамоты, которые он оказывается постоянно носил с собой. Во время его рассказа о боях на Дальнем Востоке в голосе его слышалась гордость.
После выздоровления Виктор Семёнович по состоянию здоровья был демобилизован и направлен на партийную работу в Приморье. К нему приехала наконец-то жена и дочь. Там он занимался восстановлением народного хозяйства, помогал налаживать мирную жизнь.
— Владивосток тогда был город особый, — рассказывал он. — Контрабандисты, шпионы, белогвардейцы ещё по подвалам прятались. Приходилось и с ними работать, убеждать, что Советская власть — это надолго.
Он вспоминал, как создавал первые сельскохозяйственные коммуны, как учил крестьян новой жизни. Не все принимали, были и убийства, и поджоги.
