Читаем Хрустальные города онлайн бесплатно

– Давай я их лучше в «Бургер» свожу? – предложила Настя, прикидывая, сколько времени займут действия, о которых говорила мама.

– Это будет не очень здóрово. Обычно твой день рождения все ждут.

За ужином папа сделал неожиданное предложение.

– Разбаловали твоих друзей выездами за город, полетами в аэротрубе и еще… Что вы там делали?

– Еще было персональное ледовое представление, – вспомнила Настя.

– А мы, между прочим, не миллионеры, – подытожил папа.

– Но мы можем позволить себе подарок для дочери, – возразила мама.

– В лес. С ночевкой. С палатками. Еда на костре, – сказал папа. – Или пешая экспедиция. Марш-бросок тридцать пять километров по лесам Ленобласти.

– Правильно. Проверим, кто настоящий друг! – засмеялась мама.

Настя задумалась – у нее появилось нестерпимое желание узнать, кто настоящий друг.

– Как устроить марш-бросок? – спросила она.

– Найти проводника. Проложить маршрут. Собрать людей. Найти снаряжение, – перечислил папа.

– Какое снаряжение? – насторожилась Настя.

– Ботинки, дождевики, топорик, котелок.

– А топор и котелок зачем?

– Ну ты совсем! – возмутился папа.

– Что – я совсем? – возмутилась дочь в ответ.

– Еду готовить! На костре! В кино, что ли, не видела?

– Все я видела, – возразила Настя задумчиво. – Но еда на костре – это не подойдет. И вообще поход тоже не подойдет, уже холодно. И дождь постоянно.

– Тогда не знаю, – махнул рукой папа.

– Что ты на меня рукой машешь? – нахмурилась Настя.

– Мы на дни рождения собирались в квартире классом, – сказал папа.

– А если коммуналка, то как? – спросила дочь.

– Там, где я вырос, не было коммуналок.

– Малосемейки же были, – возразила мама.

Папа ответил:

– Ну, это почти отдельная квартира, только маленькая. В них мы в студенчестве собирались бу…

Мама выразительно посмотрела на папу и задвигала бровями. Ясно – в малосемейках собирались бухать.

– Ладно, я работать. – Папа поднялся со стула. – Но ты подумай, может, все-таки поход?

– Угу-у, – протянула Настя.

От слов «поход», «палатка» и «котелок» пахло старостью и мокрой землей. Но идея похода почему-то привела в неописуемый восторг Колю и Валю и даже Даню, которого никто еще не приглашал, а он уже согласился.

– Ладно вам! Что сложного в этом походе? – вставила Данина соседка-гот Любава. – Нас родители через выходные таскают. То на форты, то на Сестрорецкое болото. Типа здоровье. В гробу я видела такое здоровье.

– Ты все в гробу видела, – парировал Даня.

– Ага, и тебя тоже, – приняла подачу Любава.

– Ну давайте-давайте-давайте, пожалуйста, пойдемте! – воскликнула Валя. – Я готова кашу варить! Все время!

– Самое большее – на день, – сказала Настя. – Будет некомфортно. Придется идти пешком. Нужны крепкие ботинки или сапоги. Возможно, будет идти дождь. Наверняка выживут не все.

– Огонь! – восхитился с задней парты Коля.

– Идти до тропы от станции – три километра. И потом еще – обратно.

– Так пусть твои родители автобус закажут, как всегда, – предложил Грузин.

– Ага. Узнай у мамы, где она заказывала в прошлый раз, – сказала Валя.

Настю возмутило, как свободно друзья распоряжаются деньгами ее родителей, и она отрезала:

– Поедем на электричке.

– Проверим, кто настоящий друг! – рассмеялся Максим.

Настя с удивлением на него посмотрела – он повторил мамину фразу, причем с ее же интонацией. Вообще, он часто становился задумчивым и подолгу смотрел в одну точку. Бывало, вдруг посреди общего веселья словно отстранялся и осматривал всех вот таким взглядом. Как его описать, Настя не знала – вроде смотрит на что-то внимательно и одновременно находится глубоко-глубоко в себе.

Один раз на литре он рассказывал у доски о женских образах в «Обломове». Видно было, что его зацепил Гончаров и ему было что сказать. Он начал говорить эмоционально, громко, точно подбирал слова, и это даже близко не было похоже на заученные ответы отличников. Он говорил сердцем, слова и чувства выходили из тех глубин, куда его сознание ныряло, когда Максим становился отрешенным.

Отвечая, он разгонялся и заводился, говорил быстрее и отчаяннее, и одноклассники недоуменно переглядывались, на задних партах проснулись от спячки, вытягивали шеи. Зинаида Геннадьевна растерянно смотрела на ученика. Его несло по бурной реке, и он не собирался останавливаться.

– Максим, спасибо, – сказала классная.

Но тот продолжал, видно, сам уже не мог остановиться.

Раздались редкие смешки.

«Идиоты!» – подумала Настя.

– В целом женские образы в «Обломове», да и образ самого Обломова…

«Остановись, дурак, будут смеяться!» – попросила про себя Настя.

– Максим, достаточно, спасибо! Я вижу, что ты подготовился, – повысила голос Зинаида Геннадьевна, чтобы Максим услышал ее.

Тот замолчал, посмотрел на лица одноклассников. Настя тоже оглядела класс. Кто-то усмехался. Кто-то сидел с удивленным лицом, некоторые – с оторопелым. Максим опустил глаза и пошел к своей парте.

– Вот такие они, женщины Обломова! – крикнул Даня.

Класс рассмеялся, и атмосфера сразу разрядилась.

Настя мысленно поблагодарила Даню. Одноклассники начали бы шептаться, но сейчас, когда все отсмеялись, шептаться было не о чем.