Читаем Карма онлайн бесплатно
— Понимаете, — говорил меж тем отец, — мы создавали компанию годами. Это семейное предприятие, и продажа акций постороннему человеку была бы для нас ножом в сердце. Словно отдать своего ребенка на воспитание чужим людям. Андрей… возможно слишком близко к сердцу принимает происходящее, но я не могу его за это винить. Более того — я благодарен ему за то, как он старается.
— Да уж видно, как он старается, — кивнул Валерий Сергеевич. — Катерина света божьего не видит! Всё у нее работа на первом месте!
— Что поделать? Наши дети трудоголики. Но это лучше, чем бездельники, правда?
Жданов смотрел на них во все глаза.
О чем вообще они сейчас толкуют?
Сидят и по-отцовски обсуждают своих отпрысков так, словно этих отпрысков вообще нет в помещении?
— Мы с Марго завтра улетаем в Лондон, — сказал отец. — Нам бы очень хотелось поужинать с вами и вашей женой… Но придется отложить эту встречу, простите. Кира в ужасном состоянии. Она нам как дочь.
Состояние Киры мало волновало Валерия Сергеевича.
— Да что уж там, — великодушно кивнул он.
— Вы уж приглядите тут за этими оболтусами.
— Не беспокойтесь, Павел Олегович. Будут у меня по струнке ходить.
Отец улыбнулся.
Вошла Вика с напитками.
— Чай, кофе, горячая кукуруза… — сказала она трагически. — Павел Олегович!
Её страстный крик был так внезапен, что Пушкарев вздрогнул.
А отец ничего так, попривык.
— Вы скажите Пушкаревой, чтобы она не увольняла меня, — продолжала Вика. — Без Киры-то кто меня защитит!
— Киры не будет только пару недель, — спокойно ответил отец, — и за это время тебя никто не уволит.
— А возьмите меня с собой в Лондон! Я вам там буду кофе приносить.
— Забери её, пап, пожалуйста, — взмолился Жданов, — и забудь в самолете. В багажном отсеке.
— Вика, мы потом поговорим… Кстати, Катя, вы решили оставить свою фамилию?
— Что? — спросила она малость безумно.
— Мне нравится Катина фамилия, — быстро сказал Жданов. — Она такая… боевая.
Пушкарев, который отвлекся на Вику, не сразу вернулся в беседу.
— А… фамилия у нас боевая. Я вам расскажу, откуда она взялась.
И так далее.
И тому подобное.
Под конец, когда расчувствовавшиеся отцы крепко обнялись на прощание, Жданов уверовал в богиню удачи.
— Катя… Катя. Катя! Поговорите со мной, пожалуйста!
Зависла его Пушкарева.
Водой что-ли на неё побрызгать?
— Так не бывает, — прошептала она, глядя в пустоту. — Так не бывает, Андрей.
— Катя, всё хорошо. Всё уладилось. Кать!
— Что уладилось? — спросила она, едва не плача. — Теперь мои родители думают, что мы не женаты. А твои знают — что мы женаты. Это ты называешь уладилось?
— Зато ты перестала мне говорить «вы».
— Простите, Андрей Павлович. Это я… но теперь мы же можем подать на развод?
— Никаких разводов до окончания процесса, Катя!
Он так разозлился за её желание немедленно бежать разводиться, что и сам удивился.
Развод?
Да ни за что!
Ждановы не разводятся!
— Но это будет просто глупо…
— Как же мы будем делить имущество?
— Какое еще имущество?
— Катя, вам что, так сложно побыть за мной замужем еще полгода?
— Сложно, — сказала она доверчиво. — Я вообще не люблю врать. А теперь придется притворяться в Зималетто, что мы женаты, а дома — что я не замужем.
— Давай поженимся еще раз. Для твоих родителей.
— Перестаньте вмешивать моих родителей в дела компании!
— Кать, ну что мы с тобой целый день ругаемся?
Она устало улыбнулась.
— То, что сегодня случилось — это просто передышка. Ты понимаешь?
Жданов вздохнул.
— Кать, я знаю, что ты сердишься на меня за то, что я втянул тебя во всё это безумие… Но во всем этом есть и положительные стороны.
— Например?
— Мы с тобой женаты.
— И что в этом хорошего?
Он едва не застонал от отчаяния.
Либо она совершенно не понимала его, либо успешно притворялась.
Либо он как-то плохо доносил свои чувства.
Попробуем еще раз.
— Кать, — Жданов сел рядом с ней и поцеловал её руку. — Мне очень нравится думать о том, что вы моя жена.
— Почему? — она смотрела на него прямо и спокойно. Как будто они обсуждали финансы.
Жданов склонился еще ближе и медленно, нежно поцеловал её бледные губы. Сначала простым и легким поцелуем, но Катя попыталась что-то сказать, и он, не желая слушать новых вопросов, поцеловал её снова, с изумлением ощущая в себе нарастающую жажду. Катя отпрянула.
— Я хочу быть с тобой, — хрипло сказал Жданов, крепко удерживая её возле себя. Её шея в его ладони казалась такой тонкой, такой хрупкой. — Ты слышишь меня, Катя?
Она смотрела на него завороженно, неверяще, смятенно.
От этого взгляда внутренности Жданова скручивались в тугой узел, а в паху становилось всё тяжелее.
Он снова попытался её поцеловать, но Катя накрыла его губы ладошкой.
— Не надо… — попросила она со слезами в голосе. — Пожалуйста.
— Почему не надо-то, Кать? Кому не надо? Мне надо именно это.
Она покачала головой, упрямо, слепо оттолкнула его. Закрыла лицо руками.
— Андрей, — сказала глухо, — не надо со мной… как со всеми твоими женщинами. Пожалуйста.
Он вскочил, роняя кресло.
— Что это значит, Катя? — резко спросил её, едва сдерживая себя.
