Читаем Усадьба Сфинкса онлайн бесплатно
– Плохо изучили матчасть, – жестко ответил Кравченко. – Я в свое время много работал в архивах, так вот: как минимум с 1948 года в различных делах, оставшихся нераскрытыми, встречается этот характерный укус. Не всегда это была серия из пяти жертв – я думаю, что некоторые тела просто не находили или, например, смерть потерпевших не квалифицировалась как убийство, – но интервал в пять лет и смена сезонности выдерживались строго. Единственное, что изменилось, – это дополнительный элемент почерка: до 63-го года на телах жертв находили капли некоего вещества, предположительно касторового масла, а потом его сменила соль. На момент ареста Швеца мы понимали, что Сфинкс, кем бы он ни был, убивает уже пятьдесят лет. Пятьдесят! Даже если предположить, что он начал в двадцать, к 1998-му ему должно было бы исполниться семьдесят. Какова была вероятность, что он вернется через пять лет? А потом еще раз? Пять лет – это немалый срок. Я уже говорил о том, как все перевернулось с 1988-го до 1993-го; к 1998-му мы опять оказались как будто в другой стране, и в 2003-м снова, и в 2008-м, и до сегодняшнего дня каждую пятилетку все меняется невероятно: вспомните-ка, какой была жизнь пять лет назад и какова она сейчас? Мы все словно подхвачены каким-то вихрем и летим, кружась все быстрее, с сумасшедшей скоростью в неизвестность, к концу, который все ближе – не только страна, но и человечество, и весь мир… И вот с одной стороны – остающийся неуловимым на протяжении полувека, почти мифический убийца, который просто по естественным причинам должен вот-вот остановиться, если он не бессмертный, а с другой – совершенно реальный мерзавец, зверски изнасиловавший и убивший девочку-подростка, которому все сошло с рук и который почти наверняка убьет снова, если его не остановить, потому что почувствовал вкус смерти и крови…
– Я понимаю, – сказала Алина.
Кравченко немного смягчился.
– Если вы спросите меня, почему начиная с 2003-го года, когда все повторилось, следствие по делу Сфинкса не возобновили, то я не знаю. Мне сразу после суда над Швецом предложили перейти на административную должность в Прокуратуре, возглавить один из отделов кадрового управления, и я согласился. Звание выше, оклад больше и работа не в пример спокойнее, а мне ведь было уже далеко за сорок. Игорь уволился из органов, ушел на пенсию, как только выслуга наступила, в сорок пять лет. Но мы оставались в курсе дел, и когда узнали про семнадцатилетнюю девушку, якобы покончившую с собой, обмотав голову пленкой и обвязав запястья под коленями строительной стяжкой, у которой из бедра был выхвачен кусок плоти, то это стало как будто жутким посланием, потусторонним приветом для нас лично. Особенно когда все повторилось и снова, и снова. Игорь от этого запил: с женой он развелся, дети разъехались кто куда и не навещали; он почти перестал выходить из дома, страшно растолстел и, когда я в последний раз видел его, практически врос в кресло с пепельницей на одном подлокотнике и стаканом коньяка на другом. В том кресле его потом и нашли мертвым. Это случилось в 2011-м, а в 2013-м я, хоть и давал себе слово больше не интересоваться этим делом, опять узнал про задушенных девушек со следами укуса. Пять лет назад я подумал было, что все закончилось, но если вы говорите, что Сфинкс вернулся… Нет, немыслимо. Ему должно быть лет сто, если не больше.
– Есть гипотеза, что это может быть подражатель, – предположила Алина.
– Сложно сказать, – отозвался Кравченко. – Подражают обычно хорошо известным преступникам, а дело Сфинкса до сих пор засекречено и недоступно без специального допуска. Я думал о том, что он не один; что это несколько психопатов с каким-то странным видом перверсии, которая заставляет поступать их именно таким образом, некая новая порода сумасшедших убийц: бывают же сходства, иногда поразительные, в повадках маньяков со схожим расстройством психики. Хотя в последнее время я вообще предпочитаю об этом не думать. И, если уж говорить начистоту, вам тоже на эту тему размышлять не советую. Во всем, что связано со Сфинксом, чувствуется присутствие чего-то, с чем мне за несколько десятилетий работы в розыске и следствии сталкиваться не приходилось, а я, поверьте, повидал такого, что большинству не являлось даже в кошмарах.
– Спасибо, – отозвалась Алина. – Я это учту.
Она собралась уходить.
– Уже покидаете нас? – расстроенно спросила Аглая Романовна, выглянув в коридор из кухни, где что-то негромко шкворчало. – А я думала, пообедать останетесь. У нас редко бывают гости, сын с внуками если раз в месяц заедет, и то хорошо.
– Молодость, молодость! – Кравченко снова стал похож на бодрого, жизнерадостного дедушку. – Все торопятся, всё хочется успеть!
Он помог Алине одеться. Она взяла сумочку и вдруг вспомнила:
– Кстати, откуда взялось прозвище Сфинкс?
