Читаем Усадьба Сфинкса онлайн бесплатно
Она тряхнула длинными лохматыми дредами и выскочила в коридор. Остальные остались сидеть за столом в неловком молчании. Послышалось короткое лязганье засова на двери, негромкие голоса, а потом Ксюша крикнула:
– Ребята, идите сюда, помогайте!
Инга, Лиля и Альберт со своей Харуко с облегчением выдохнули и поспешили воспользоваться возможностью выйти из неудобной и напряженной ситуации, с готовностью загремев табуретками и отправившись в коридор. У открытой двери стояла ошеломленно улыбающаяся Ксюша с огромным снопом длинных белых лилий в руках.
– Ничего себе!
– Красотища какая!
– Это кому?!
– Не знаю, курьер сказал, что заказ на квартиру, – ответила Ксюша, передавая цветы Альберту, который бережно принял их в охапку.
– Наверняка это Вике, – с легким вздохом предположила Лиля.
– Нет, навряд ли, – Вика тряхнула головой, прогоняя образ Кирилла Игоревича, со слезами раскаяния выбирающего для нее букет покрасивее. – Это Зое, сто процентов даю.
– Что делать будем?
– Девчонки, в любом случае надо их в воду поставить!
Сладковатые, липкие ароматы наполняли коридор и квартиру, как густой цветочный сироп. Лилии отнесли в кухню и сложили на стол: им едва хватило на нем места. Кто-то спохватился, что нужно сфотографироваться, и все с готовностью согласились:
– Лилька, давай нашим пошлем и скажем, что это нам в Питере подарили! Вот они офигеют все!
– Можешь сфоткать, как будто я в цветах лежу вот такая?
– Осторожнее, поломаешь!
– У кого ваза есть?
– Тут кастрюля нужна, какая ваза!
Неприятный разговор за веселыми хлопотами немного забылся, но Вика однозначно решила для себя, что нужно будет пообщаться с сестрой. О бабушке действительно у них в семье рассказывали очень немного: работала педагогом, рано умерла, фотокарточек мало, ну, потому что в те времена вообще редко фотографировались… Кстати, о снимках.
– Давайте я тоже сфоткаю для сестры, – сказала Вика, – и кружочек еще запишу. Надо спросить, вдруг знает, от кого и по какому поводу эти лилии.
Зоя долго сидела в темном кабинете у себя наверху и размышляла о том, что сделала бы на ее месте Алина. Убила бы этого мужика вешалкой? Зоя всегда не без оснований считала себя девушкой смелой и резкой, но в последнее время происходили события, к которым, как принято говорить, жизнь не готовила: внезапно схвативший ее в вагоне метро сумасшедший апологет мизогинии еще хоть как-то укладывался в представления о вероятном – в конце концов, к ней нередко приставали чрезмерно настойчивые ухажеры, хотя к принту на шоппере претензий никто предъявлять не додумался; но вот местный алкаш и бродяга, орошающий темно-желтой уриной оконное стекло буквально у ее ног, выходил уже за всякие рамки. Что, если он так и стоит там, с расстегнутыми штанами?..
Зоя прогнала видение темно-коричневого члена, высовывающегося из густых грязных зарослей, и решительно засобиралась домой.
У дверей офиса никого не было. За аркой двора ледяной ветер метался по улице, заставляя дрожать фонари и невольно втягивать голову в плечи; на черной поверхности Мойки серебрилась зеркальная рябь. Зоя быстро дошла до бульвара напротив Манежа и встала на остановке, прячась от непредсказуемых порывов за прозрачной панелью с рекламой какого-то банка. Минут через пять подошел троллейбус, и неспеша повез ее мимо подсвеченной золотом громады Исаакиевского собора и нарядных фасадов «Астории», через Большую Морскую и дальше по Невскому, почти от самого его начала и до площади у вокзала. Маршрут составил бы украшение любой обзорной экскурсии, но был привычен исконному петербуржцу, предпочитающему экран телефона или страницы книги освещенным колоннадам дворцов, фронтонам лютеранских церквей и голым укротителям непослушных коней.
Их как раз и миновала Зоя, когда в наушниках коротко прозвучал сигнал полученного сообщения, раз и другой. Она подняла глаза; мимо проплывал с детства знакомый грязно-красный дворцовый фасад. Зоя вытащила телефон и открыла мессенджер. Сообщения пришли от сестры.
Первой была фотография: пышная груда роскошных раскрывшихся лилий возлежала на поверхности кухонного стола. Зоя почувствовала, как перехватило гортань, и нажала на кружочек видеосообщения. В ушах зазвучали смех и веселая перебранка; сначала опять мелькнули белые лилии, а потом появилась Вика, держащая телефон так, чтобы виден был стол:
– В общем, у нас тут оранжерея, смотри! Признавайся, тебе прислали? Потому что девчонки сейчас всё по комнатам растащат!
Сердце остановилось, и мир сжался до размера экрана смартфона, до кружочка, где раз за разом ее веселая Бэмби показывала на похоронные белые лилии. Зоя, едва не выронив аппарат из руки, нажала на вызов. В динамике зазвучали невыносимо протяжные гудки. Сестра ответила после третьего.
– Привет, ты…
– Вика, никому не открывайте дверь! – закричала Зоя. – Я бегу к тебе, дождись! И никому не открывайте, ты поняла?!
