Читаем Уральский следопыт, 1961-07 онлайн бесплатно
Уральский следопыт, 1961-07
ГОТОВЬСЯ, РАБОТА ЖДЕТ.КАЧКАНАРСКИЕ ВСТРЕЧИ. Очерки В. Николаева.НА РЕЧНОМ ВЕЗДЕХОДЕ. Путевые заметки А. Граевского.ЗАВЕЩАНИЕ ДЕКАБРИСТА. Продолжение приключенческой повести Ник. Шагурина.САПОГИ. Рассказ В. Сивкова, присланный на конкурс.ПО СТРАННОМУ СЛЕДУ. Фантастический рассказ Кирилла Станюковича.ИНДРИК-ЗВЕРЬ. Очерк И. Акимушкина.ПО СЛЕДАМ СОБЫТИЙ.РАССКАЗЫ У КОСТРА.ФОТООХОТА.СЛЕДОПЫТЫ СООБЩАЮТКНИЖНАЯ ПОЛКАКАЛЕНДАРЬ «УРАЛЬСКОГО СЛЕДОПЫТА»ГАЗЕТА «СЛЕДОПЫТА».ИЗ БЛОКНОТА БОЛЕЛЬЩИКА.
Серия: УС, 1961
Приключения / Газеты и журналыВ номере:
ГОТОВЬСЯ, РАБОТА ЖДЕТ.
КАЧКАНАРСКИЕ ВСТРЕЧИ. Очерки В. Николаева.
НА РЕЧНОМ ВЕЗДЕХОДЕ. Путевые заметки А. Граевского.
ЗАВЕЩАНИЕ ДЕКАБРИСТА. Продолжение приключенческой повести Ник. Шагурина.
САПОГИ. Рассказ В. Сивкова, присланный на конкурс.
ПО СТРАННОМУ СЛЕДУ. Фантастический рассказ Кирилла Станюковича.
ИНДРИК-ЗВЕРЬ. Очерк И. Акимушкина.
ПО СЛЕДАМ СОБЫТИЙ.
РАССКАЗЫ У КОСТРА.
ФОТООХОТА.
СЛЕДОПЫТЫ СООБЩАЮТ
КНИЖНАЯ ПОЛКА
КАЛЕНДАРЬ «УРАЛЬСКОГО СЛЕДОПЫТА»
ГАЗЕТА «СЛЕДОПЫТА».
ИЗ БЛОКНОТА БОЛЕЛЬЩИКА.
Иван Суровцев (Н. Тагил), Геннадий Петелин (Челябинск) и некоторые другие пишут в редакцию, справедливо замечая, что наш журнал мало рассказывает о геологических экспедициях (это замечание «Уральский следопыт» учтет в дальнейшей работе). «Какие перспективы развития геологии?» – спрашивают наши читатели. «Какую специальность выбрать лучше, если есть мечта стать геологом?» – пишет Иван Суровцев. «Мне хочется стать геологом, – советуется Геннадий Петелин, – но многие отговаривают меня: дескать, это теперь бесперспективно».
Дорогие друзья! Семилетка нашей страны планирует сделать очень много в геологии, как и в других отраслях науки и хозяйства. Еще более громадные перспективы откроются после XXII съезда КПСС, к которому сейчас готовятся все советские люди.
С каждым годом растет народное хозяйство Советского Союза. Все больше и больше промышленного сырья надо заводам, фабрикам, комбинатам. Геологам прибавляется заботы: изучать, выявлять природные ресурсы. Именно – не только открывать новые месторождения, но и подробно изучать, чтобы иметь ясное представление о ресурсах каждого района страны, чтобы можно было правильно планировать строительство новых предприятий.
Особое внимание уделяется сейчас изучению богатств Урала, Сибири, Дальнего Востока, Казахстана, Средней Азии. Здесь непочатый край работы. За семилетку Восточная Сибирь станет мощным районом по электротеплоемким – потребляющим большое количество электричества и тепла – производствам. Создаются гигантская топливная промышленность и энергетика.
В Восточной Сибири очень благоприятные и технические и экономические условия, чтоб хорошо использовать угли. У тамошних месторождений угля – большой мощности пласты, они залегают неглубоко. Разработку можно вести открытым способом, что намного дешевле, чем с помощью шахт. Дешевые угли дают возможность строить высокоэкономичные тепловые электростанции.
Между прочим, велики и гидроэнергетические ресурсы Восточной Сибири. Они равны восьмистам миллиардам киловатт-часов, что превышает водные ресурсы США, Канады, Франции и ФРГ, вместе взятые.
В Восточной Сибири для ее мощного развития есть и большая минерально-сырьевая база. В Красноярском крае найдены нефелины для алюминиевой промышленности. Открыто и разведано месторождение магнезитов в Красноярском Приангарье. Обнаружены промышленные источники природного газа в Якутии. Неисчерпаемы богатства каменной соли в Ангаро-Ленском районе.
Такое удачное сочетание топливно-энергетических возможностей и минерального сырья позволяет широко развивать в Восточной Сибири производство легких и других цветных металлов, ферросплавов, продуктов синтетической химии и иной разной продукции, требующей большого количества электрической энергии. Все специальности по этим производствам очень перспективны. Выбирайте!
Большое значение для народного хозяйства страны имеют административные экономические районы Якутии, Иркутской, Читинской областей. Там огромные запасы угля, железа, алмазов, цветных металлов, и работы там хватит не одной тысяче геологов.
В недалеком будущем Южно-Якутский каменноугольный бассейн, видимо, станет одним из главных поставщиков кокса для сибирских металлургических заводов. Большие запасы железных руд в этих районах в сочетании с первосортными коксующимися углями Южной Якутии создают хорошие условия, чтобы развивать крупную промышленность восточнее Байкала. Намечено построить железную дорогу, она даст выход южноякутскому углю на транссибирскую магистраль.
Двадцатый и Двадцать первый съезды КПСС поставили задачу: в ближайшие десять – пятнадцать лет создать в восточных районах страны новую мощную металлургическую базу и комплекс предприятий тяжелой промышленности. XXII съезд КПСС уточнит и разовьет эти планы.
Сейчас ученые проводят экспедиции, чтобы исследовать возможности развития и очередность использования железорудных и угольных ресурсов Ангаро-Енисейского района, Восточного Забайкалья, Южной Якутии, Амурской области и Хабаровского края. Эти экспедиции, в том числе и геологические, помогают правильно планировать развитие промышленности. А новая промышленность – это новые города, новые центры культуры, науки, искусств.
В Красноярском крае, например, целесообразнее развивать алюминиевую промышленность. На базе приангарских железорудных месторождений можно строить и предприятия черной металлургии. В крае сейчас создаются мощнейшая лесопильная и деревообрабатывающая промышленности. Будут развиваться машиностроение, электротехника, химическая, легкая и пищевая промышленность. В южных районах продолжится освоение целинных и залежных земель.
Изучаются пути и перспективы развития ведущих отраслей народного хозяйства Забайкалья. По природным богатствам и разнообразию полезных ископаемых этот район занимает одно из первых мест в стране. Благодатный климат, роскошная природа также сулят краю великое будущее. Между тем, пока минерально-сырьевые и энергетические ресурсы там еще мало изучены.
Исследования ведутся и на Камчатке. Развитие промышленности этой области также имеет большое значение для хозяйства нашей страны. В этом семилетии запланировано изучение и природных богатств Коми АССР. Там найдены уголь, нефть, газ, калийные и натриевые соли, гипсы, там много леса. Ученые предполагают, что есть и месторождения железа. Разведаны все эти богатства еще очень слабо.
Сколько еще таких малоразведанных районов! Природные ресурсы нашей Родины неисчерпаемы. Многое не изучено вовсе, многое еще изучено недостаточно, а многое и не открыто.
Готовьтесь, друзья. Работы много!
Владислав НИКОЛАЕВ
Рисунки В. Жабского
Конечно, качканарцам пока не до гостиниц. Жилых домов не хватает. В одном из общежитий несколько комнат отведено для приезжих, но получить здесь койку так же трудно, как выиграть по лотерейному билету «Москвича». Командировочного удостоверения от какого-нибудь солидного учреждения для этого мало. Нужно еще, чтобы на удостоверении была виза начальника стройки или его зама или пома. А иногда есть и удостоверение, и виза на нем, а койки все равно не дают: заняты.
Куда же деваются те, которые приезжают.в Качканар на свой страх и риск, без командировок, без направления? Я долго ломал над этим голову, пока не познакомился с Ольгой Ивановной Голевой или попросту тетей Олей – вахтером того самого общежития, в котором несколько комнат отведено для приезжих.
Мы сидели в коридоре второго этажа. За окном в конце коридора стыла густосиняя ночь. Позвякивая вязальными спицами, тетя Оля говорила:
– Зарабатываю-то что? Тридцать шесть рублей в месяц. Плохо бы жила, если не дочь. Она у меня крановщица. Толковущая такая, заботливая до всех. С ее-то зарплатой нам хватает.
Тетя Оля закутана в толстый суконный платок. Концы его завязаны за спиной.
Она, верно, простужена, потому что время от времени шмыгает носом и при этом нос и рот поводит набок, отчего все ее бледное лицо перекашивается.
Внизу громыхнула дверь, по лестнице морозно застучали сапоги, и через минуту перед нами вырос губастый паренек в полупальто с обметанным изморозью воротником. В руках он держал чемодан.
Паренек хмуро оглядел меня, тетю Олю и потребовал:
– Кровать мне. На работу приехал. Тетя Оля шмыгнула носом и жалостливо развела руками:
– Негу, сердечный, кроватей. Даты, чай. И без направления?
– Без направления, – мрачно подтвердил паренек.
– Рисковый.
Тетя Оля занялась вязаньем, а потом спросила:
– Откуда приехал?
– Из Свердловска.
– Свердловск-то поди совсем построен, и делать там нечего. А здесь работы много.
– Много? – переспросил паренек, в первый раз улыбнулся, и стало ясно, что он совсем еще мальчишка, ну, самое большее, шестнадцати лет; его, наверно, всю дорогу мучили сомнения, удастся ли устроиться на работу, и слова тети Оли обнадеживали.
– Да и приезжают к нам немало, – отчего-то вздохнув, сказала тетя Оля.
Паренек снова поскучнел, насупился: его шансы устроиться падали.
– В Свердловске работал?
– Учился.
– Отец, мать там у тебя?
– Нет, бабушка.
– Сиротинка, значит? Ой, как я жалею сиротинок.
Паренек свирепо глянул на тетю Олю – не понравилось, что пожалела. Потом расстегнул полупальто, «и из-под него сверкнула чудо-рубашка в десяток расцветок. Совершенно новенькая, не стиранная еще. Потрогал чемодан. Тоже новенький, не помятый. Вот, смотрите, какой я, и воздержитесь от глупых слов!
Рубашку и чемодан, по-видимому, купила бабушка, отправляя внука на первую работу. Это последний подарок бабушки – теперь очередь за внуком.
– Как тебя зовут? – спросила тетя Оля.
– Генка.
Тетя Оля, охая, поднялась, положила на стул, где только что сидела, недовязанную четырехпалую перчатку. Пятый палец, большой, зиял квадратным отверстием, обложенным срубиком из стертых до блеска железных спиц.
– Ну, Гена, – сказала она, – пойдем в кухню. Там переночуешь. А завтра, бог даст, и место в общежитии получишь. Сколько уже в этой кухне перебывало народу – половина Качканара!… Неделю назад враз шесть человек приехало. Две ночи у меня спали. Видала я их потом – четверо устроились. А двое – нет, по лично своей глупости. Документов с собой не взяли. Разве мыслимо без документов на работу ехать!…
В кухне жарко дышал титан, глухо рокотала в нем вода. Вдоль одной стены тянулись в два яруса широкие деревянные полки для предполагаемой посуды. Тетя Оля, кивнув на эти полки, сказала Генке:
– Вот здесь и располагайся.
Генка снял полупальто, расстелил его на нижней полке, к стенке пристроил чемодан, лег, поворочался, встал. Взял у титана два березовых полена и подсунул их под пальто, вроде подушки. Примерился и, довольно и устало улыбнувшись, закрыл глаза.
– Замерзать станешь, я подкину в титан дровец, – сказала тетя Оля, уже держась за ручку двери. – Свет-то погасить?
– Погасить, – отозвался Генка сонным голосом.
С Генкой я встретился на следующий день на улице. Он куда-то бежал, но, узнав меня, на мгновение остановился, махнул рукой и крикнул:
– Устроился! Каменщиком на строительстве домов! И место в общежитии получил!
Поздно вечером я опять поднялся к тете Оле. Она сидела на стуле, все так же перетянутая суконным платком, шмыгала простуженным носом и вязала новую перчатку.
– Здравствуйте, – сказал я громко.
– Тише! – Тетя Оля приложила палец к губам: – Новенькие прибыли. Спят.
Я осторожно приоткрыл дверь в кухню.
На нижней полке головами в разные стороны спали две девушки; ресницы у них подрагивали, а щеки от тепла горели жаркими красными пятнами.
У Володи Щелконогова на подбородке бугристый шрам: мальчишкой выдергивал из лошадиного хвоста волосы для лески. Лошадь брыкнулась – и осталась отметина на всю жизнь.
Какая она была, эта лошадь, – белая, рыжая или вороная – Володя уже не помнит. Шрам воскрешает другие воспоминания детства. И одно из них цепче всех проросло в душе. Отец, крупный, костлявый и черный, как головня, вывел Володю за двор и, показав рукой на синеющую вдали гору, сказал:
– Запомни, вот у той горы твое будущее. Гора эта особенная, доверху набита сокровищами. Демидов еще хотел до них добраться, да руки коротки оказались. А у нашей власти руке подлиннее, недолго уже осталось дремать горе. И как только появятся там люди, иди к ним. Володин отец, как и все, кто жил в поселке Косьва, работал на прииске, мыл золото и платину. Год от году все меньше оседало в старательских лотках сверкающих драгоценных крупинок. Люди беднели. Перекашивались дома, оседали крыши, и не на что было их подправить. Некоторые, забив в своих избах окна досками, уезжали искать «фарта» в другие края. Но многие оставались – у них не было аил бросить землю, которую оросили потом прадеды, деды и отцы. Они ждали. Ждали Качканара.
Издали, из поселка, разным он казался, Качканар: в ясные дни – светлым и улыбчивым, а когда к его горбатой вершине льнули тучи – черным, неприветливым, страшным. Но каким он был на самом деле, ни Володя, ни его закадычный дружок Витька не знали.
Володя был в отца – крупный, смуглый, с толстыми, чуть вывернутыми губами, а Витька – маленький, худенький; белые волосы на его голове были легкими и мягкими, как пух одуванчика; Витька не признавал платков и вытирал мокрый нос решительным жестом то правой, то левой руки, поэтому рукава его рубашек всегда лоснились и похрустывали, как невыделанная кожа. Но Витькина голова всегда была полна всяких идей и соображений насчет того, как и где интереснее всего убить день. Поэтому, несмотря на маленький рост и нелюбовь к носовым платкам, в дружбе с Володей он был главным.
Витька как-то отвел Володю за сарай и, шаркнув рукой по носу, предложил:
– Давай сходим на Качканар. Володя от изумления пошлепал толстыми губами и не сразу признался:
– Страшно Там магниты.
– Какие магниты! – недовольно фыркнул Витька.
– Да такие. Бабы рассказывают: встанешь на них и ног не оторвешь, притягивают.
Витька презрительно сморщил красный нос и авторитетно заявил:
– Брехня это все! Бабьи сказки! Магниты притягивают только железо. Я об этом читал. А мы оставим свое барахло дома, и нам ничего не будет.
Витька вывернул карманы, и из них посыпались в траву гайки, болты, шурупы, гвозди.
– Ну! – прикрикнул он на дружка.
Володя послушно сделал то же самое. Они уже прошли насквозь поселсж, как вдруг Володя остановился:
– У нас же на ботинках подметки прибиты гвоздями. Притянут магниты. Не пойдем лучше.
Это соображение озадачило и неустрашимого Витьку, но ненадолго. Он сказал:
– Можно разуться. Можно и гвозди из подметок вытащить, а вместо них вбить деревянные шпильки. Давай так и сделаем: вобьем шпильки.
Они вернулись. Дома у Витьки была только младшая сестренка Нюська, такая же белоголовая, как и он. Витька порылся в отцовском ящике с инструментом, нашел кусачки, принялся вытаскивать из ботинок гвозди и заколачивать шпильки.
