Читаем Уэйн онлайн бесплатно

— Не меньше двадцати миллионов долларов чистой предоплатой, — сухо отозвался Люциус, и в уголках его глаз блеснула редкая, искренняя улыбка абсолютного триумфа. — Акции взлетят еще пунктов на пятнадцать к открытию биржи. «Моторола» и «Белл» завтра объявят чрезвычайное положение и бросят все силы на то, чтобы разобрать наш корпус на молекулы.

— Пусть разбирают, — Брюс тихо, хищно усмехнулся, глядя на экран телевизора, где диктор уже взахлеб пересказывал детали презентации. — Композит они не повторят без наших патентов на полимеризацию, а схема литиевого накопителя зашифрована так, что при попытке вскрытия элемент просто превращается в кусок бесполезного огарка.

— Меня больше восхищает другое, — Фокс понизил голос почти до шепота, встав вплотную к Брюсу, чтобы их не услышали техники, сматывавшие кабели. — Мы только что легализовали производство сотен тонн броневого композита и сверхмощных элементов питания под видом гражданской электроники. Ни один аудит, ни один правительственный агент больше не сможет придраться к закупкам лития, бора и титанового проката для «Ковчега». Для всего мира мы просто строим самые надежные телефоны на планете.

— И самое главное, Люциус, — Брюс достал телефон из кармана, повертел его в пальцах и криво усмехнулся: — В каждый коммутационный узел нашей новой городской сети зашит маленький секретный протокол с прямым выходом на серверы в моем кабинете. Через пару месяцев половина мэрии, полиции и криминальных боссов Готэма будет носить эти трубки в своих карманах, искренне веря в неприступность нашего шифрования.

Парень похлопал управляющего по плечу и направился к выходу из павильона:

— А мы будем слышать каждое их слово, каждый шорох и каждую сделку. Закажи партию из сотни аппаратов в черном матовом исполнении для людей Слейда и Флэга. Пусть привыкают к хорошей связи. А я поеду переоденусь: вечером у меня ужин с акционерами городского банка, нужно отпраздновать наш маленький коммерческий успех бокалом хорошего бурбона.

— Постарайся сегодня не разбивать спорткары, Брюс, — бросил ему вслед Люциус с насмешливой улыбкой. — Ты теперь солидный промышленник, тебе не к лицу чинить помятые бамперы на глазах у зевак.

— Брось, Люциус, — донесся веселый голос юноши из полумрака коридора. — Солидным промышленникам прощают любые причуды, пока их телефоны выдерживают падение на асфальт.

Сухой канзасский ветер гнал по дну заброшенного известнякового карьера под Солт-Форком хлопья серой пыли вперемешку с прошлогодней перекати-полем. За ржавыми каркасами отработанных дробилок и циклопическими экскаваторами шестидесятых годов начиналась мертвая зона: сюда не долетал шум межштатной автострады, а редкие фермеры объезжали каньон за десяток миль из-за дурной славы грунтовых провалов.

В трех милях от карьера, на вершине лесистого холма, стоял неприметный фургон мобильной радиолокационной лаборатории на шасси тяжелого армейского «Ошкоша».

Внутри кунга мерно стрекотали ленточные самописцы, а четыре кинескопа высокого разрешения заливали тесный салон изумрудным и янтарным фосфорным свечением. На экраны выводилась картинка с гиростабилизированных оптических турелей, установленных на краю обрыва, и бесконечные колонки телеметрии: частота сердечных сокращений, давление хладагента в замкнутом контуре брони, датчики остаточной деформации полимерных плит и спектральный анализ теплового излучения.

Брюс Уэйн сидел в кожаном вращающемся кресле оператора, небрежно закинув ногу на угол металлической стойки. В правой руке двадцатилетний хозяин корпорации держал дымящуюся фарфоровую кружку с черным кофе, а пальцами левой лениво крутил верньер радиостанции дециметрового диапазона. На нем были простая фланелевая рубашка в клетку с засученными рукавами и потертые рабочие джинсы — идеальный наряд для случайного геолога, решившего проверить радиоактивность старых пластов.

Рядом, прильнув к экрану тепловизора, стоял Виктор Фрис, чьи тонкие пальцы непрерывно порхали по клавиатуре полевого терминала, вводя поправочные коэффициенты.

— Сигнал со спутника зафиксирован, — сухо, без малейшей дрожи в голосе доложил доктор. — Скорость объекта при входе в сектор составляла порядка восьмисот миль в час. Замечено резкое торможение над северной границей карьера. Наш маленький спектакль с сошедшим с рельсов составом химреактивов сработал безупречно: парень клюнул на приманку быстрее, чем окружной шериф успел допить свой утренний кофе.

— Еще бы он не клюнул, — усмехнулся Брюс, делая глоток горького напитка. — В мальчике из Смолвиля пока бурлит крестьянский идеализм чистейшей пробы. Увидел цистерну с надписью «Токсично» — и летит спасать сусликов.

Уэйн нажал педаль связи под ногой, переключаясь на зашифрованный канал в шлемофоне Нанауэ:

— Подъем, Ваше Плавниковое Величество. Гость на пороге. И помни наш договор: мы не пытаемся оторвать ему голову, мы всего лишь снимаем показания с твоих новых титановых щитков. Если сломаешь датчик пьезоэлемента на левом наплечнике — следующую неделю будешь жрать постную соевую кашу вместо ангуса.