Читаем Убийца Шарпа онлайн бесплатно
— И Национальная гвардия, — пояснил Шарп. — Сидели в этом городе годами, пока настоящие солдаты воевали. Тренировочные стрельбы проводят, небось, два дня в месяц.
— Тогда зачем вообще они атаковали нас?
Шарп уже отвечал на этот вопрос, и не раз, но понимал, что он вызван нервозностью Винсента. Майор был храбрым человеком, как и положено исследующему офицеру, но он не привык к кровавой бойне линейного сражения.
— Они атакуют нас, — терпеливо повторил Шарп, — потому что их проклятый командир хочет выслужиться и мечтает об ордене Почетного легиона или, что вероятнее, хочет произвести впечатление на свою паршивую любовницу.
Французы достигли разрыва в изгороди, распахнули тяжелые деревянные ворота и теперь просачивались на поле.
— У кого-то все же есть капля здравого смысла, — прокомментировал Шарп, наблюдая, как вражеские войска разворачиваются вдоль нижнего края поля. — Они пойдут в атаку линией.
— А разве они не всегда так делают? — удивился Винсент.
— Эти ублюдки обычно прут колонной, — ответил Шарп, — так их легче убивать. Но этот идиот, — он указал в сторону французов, — видать, читал сводки.
— Какие сводки?
— О том, что атакующие колонны всегда проигрывают. В колонне стрелять могут только первые ряды и боковые шеренги, а в линии каждый человек может всадить в тебя пулю. В прошлое воскресенье они уже пытались разворачиваться в линию. Видимо, кто-то велел им перестать совершать самоубийство и атаковать колоннами наши линии.
— Но в воскресенье им это не слишком помогло.
— Разумеется. Они стреляют слишком медленно, а мы лучше. — Шарп усмехнулся майору. — Не волнуйтесь, мы их разобьем.
Гарри Прайс разыскал Шарпа.
— Моим ребятам продолжать огонь? — спросил он. Его Легкая рота уже укрылась среди деревьев.
— Твои стрелки пусть выбивают офицеров, остальные ждут общего залпа. Молодцы.
— Мы хорошо драпали? — с усмешкой спросил Прайс.
— Лучше бы и я не смог, Гарри. Эти кретины думают, что побеждают. Вели стрелкам высматривать офицеров.
Прайс отвел «красных мундиров» своей роты на левый фланг, а его одетые в зеленое стрелки рассредоточились вдоль остального батальона. Они продолжали вести прицельный огонь, пока французы строились в три шеренги. Шарп прикинул, что глубина поля составляет шагов двести. Он собирался ждать, пока враг не преодолеет половину пути до леса, и только тогда дать залп из мушкетов. Винсент по-прежнему стоял плечом к плечу с Шарпом.
— Что мы будем делать с нашими ранеными? — спросил майор. Было ясно, что он боится задержки в пути.
— Оставим их на ближайшей ферме, дадим денег на надлежащий уход, и пусть армия разбирается с ними, когда доберется сюда.
У французов забили барабаны, увлекая всю линию вперед. Солдаты спотыкались на неровном дерне. Яркий лунный свет играл на бляхах киверов и металлической отделке мушкетов. Штыки примкнуты не были. Барабанный бой был размеренным, и наступление шло медленно. Шарп отступил глубже в тень и снял с плеча винтовку. В центре наступающей цепи он приметил офицера в двууголке с белым султаном. Тот шел с обнаженным палашом. Шарп решил, что это и есть комендант гарнизона. Он прислонил винтовку к стволу дуба и поднял прицельную планку, но понял, что в лунном свете прорезь видна плохо, и снова опустил ее.
— Наугад и с Божьей помощью, Дэн,— прошептал он и прильнул к прикладу. Он метил в озаренный луной офицерский султан, рассчитывая, что пуля осядет и попадет офицеру в грудь. Услышав выстрелы других винтовок, он увидел, как один из врагов споткнулся и рухнул, а затем нажал на спуск.
Кремень ударил по огниву, высекая сноп искр, и мгновение спустя винтовка рявкнула, толкнув Шарпа в плечо. На щеку попала крупица горящего пороха. Облако дыма скрыло врага, и Шарп шагнул в сторону, чтобы снова видеть поле. Офицер исчез. Шарп принялся перезаряжать оружие.
Он делал это машинально, не задумываясь. Ричард начинал службу рядовым в 33-м полку, где его вымуштровали заряжать и стрелять из мушкета, и, хотя прошло уже десять лет с тех пор, как он получил офицерский патент, он все еще носил длинноствольное оружие. Для Шарпа винтовка была единственным достойным оружием солдата, куда более важным, чем тяжелый кавалерийский палаш на левом бедре. Палаш указывал на его звание, но винтовка говорила, что он солдат, один из тех убийц в зеленых мундирах, что были кошмаром французов на протяжении долгих лет войны. Он с силой вогнал пулю в кожаном пластыре в нарезной ствол, вернул шомпол на место и увидел, что французы уже на середине поля.
— Южный Эссекс! — взревел он, выкрикнув старое имя батальона. — Встать!
Французы мгновенно замерли, увидев, как из лесных теней внезапно выросли шеренги солдат. Красные мундиры образовали линию в две шеренги, почти такую же широкую, как французская.
— К бою! — скомандовал Шарп. — И берите ниже!
Мушкеты взлетели к плечам. Несколько французских мушкетов выстрелили на упреждение, пули просвистели над головами британцев.
— Огонь! — рявкнул Шарп, и длинная цепь мушкетов изрыгнула пламя и дым. — Перезаряжай!
