Читаем Танцовщица онлайн бесплатно
— Мам, ты что тут делала? Почему не сказала?
— Я же сказала — дела! — рявкнула она в трубку. — Что я, отчитываться перед тобой буду, сопля зеленая? Ты мать примешь или мне на вокзале с бомжами сидеть?
— Нет, конечно! Но… Давай я тебя заберу? Где ты? Я сейчас вызову такси… или…
— Не маленькая, разберусь, — отрезала она. — Я уже в такси села. Водила спрашивает, куда ехать. Адрес, Кира! Я долго ждать буду? Тут счетчик тикает!
Паника накрыла меня с головой. Мама. Здесь. В пентхаусе Тагирова. Я ей даже не сказала что замуж вышла.
Господи, она меня убьет.
— Эм… Улица…— я на автомате продиктовала адрес элитного ЖК, чувствуя, как холодеют руки.
— Ага, поняла. Жди. Через полчаса буду. Чай поставь. И чтоб прибрано было.
Гудки.
Она отключилась.
Я сидела, сжимая телефон, и пыталась осознать масштаб катастрофы.
Моя мама. Женщина, которая считает, что богатство — это от лукавого, а все мужики — козлы. И Дамир. Мой фиктивно-реальный муж, миллиардер, который вчера чуть не подрался в клубе.
Они встретятся. Через тридцать минут.
— Твою мать…
В этот момент дверь ванной распахнулась.
В клубах пара, насвистывая какую-то мелодию, вышел Дамир.
Абсолютно, тотально, бесстыдно голый.
Капли воды стекали по его широким плечам, по рельефному прессу, теряясь где-то внизу. Он даже полотенцем не обернулся. Просто вытирал им голову, чувствуя себя хозяином жизни.
Он увидел меня — взъерошенную, с телефоном в руке и глазами по пять копеек.
— Доброе утро, жена. Как голова? Ты вчера была огонь. Я почти простил тебе тот наряд.
Он сделал шаг ко мне, явно намереваясь продолжить «утреннюю гимнастику», которую мы практиковали всю неделю.
— Дамир…
— М? — он забрался в постель, под одеяло и начал целовать мои ноги — Иди ко мне, у нас есть время до обеда.
— Дамир, пусти! — я уперлась ладонями в его мокрую грудь, пытаясь отодвинуться. — Какое «до обеда»? Мама будет здесь через двадцать минут!
Тагиров замер, приподнявшись на локте. Его бровь поползла вверх.
— Мама? Она же у тебя в селе каком-то живет, за тридевять земель.
— Не в селе, а в пригороде, — нервно поправила я, сползая с кровати и начиная метаться по комнате в поисках халата. — У нас дом бабушки тут, в Подмосковье. Она умерла год назад, мама с наследством разбиралась, документы оформляла. Я надеялась, что они уже все решили и она уехала, но…
Я замерла, прижимая к груди найденный халат, и посмотрела на мужа с неподдельным ужасом.
— Но дело даже не в этом, Дамир. Я ей не сказала, что вышла замуж. Вообще. Она узнает об этом сейчас и меня убьет.
Дамир усмехнулся, садясь на кровати и небрежно прикрываясь одеялом.
— Ого. Сама Кира Ветрова, гроза олигархов и прыгунья из машин, кого-то боится? Маму?
— Это единственный человек в этом мире, которого я боюсь, — серьезно ответила я. — Ты не видел её в гневе. Твой отец по сравнению с ней — добрый дедушка Мороз. Вставай! Одевайся! И ради бога, надень что-то… попроще. Костюм не подойдет.
Через полчаса мы сидели в гостиной.
Точнее, сидел Дамир — в джинсах и простой футболке (моя маленькая победа), изображая спокойствие удава. Я сидела рядом, нервно теребя край футболки и чувствуя себя пятилетней девочкой, которая разбила любимую вазу.
А напротив, в глубоком кресле, которое стоило больше, чем весь наш бабушкин дом, сидела мама.
Она не выглядела впечатленной ни пентхаусом, ни видом на Москву, ни тем фактом, что ей наливали чай в фарфор ручной работы. Она сидела прямо, сложив натруженные руки на коленях, и буравила Дамира взглядом, от которого у меня бы уже началась крапивница.
В комнате тикали часы. Громко. Зловеще.
— Замуж, значит, вышла, — наконец произнесла она тихо. — А матери, значит, сообщать об этом не нужно. По факту поставила.
— Мам, — пискнула я. — Все так быстро получилось… Это было в доме родителей Дамира, закрытая церемония. Ты бы все равно туда не пошла.
Мама фыркнула, окидывая пренебрежительным взглядом роскошную обстановку гостиной.
— Не пошла бы. Что мне делать среди этих… буржуев недорезанных? Ярмарка тщеславия, тьфу. Я человек простой, мне эти золотые унитазы даром не нужны.
Я втянула голову в плечи. Дамир рядом сохранял каменное лицо, но я чувствовала, как напряглись его мышцы.
Мама медленно перевела тяжелый взгляд на него. Сканировала долго: от черных волос до уверенной позы хозяина жизни.
— Дамир, значит, — протянула она. — Кто по национальности? Вижу, не русский.
Дамир выпрямился, глядя ей в глаза.
— Татарин.
Мама хмыкнула. Уголок её рта дернулся.
— Татарин?
А потом она вдруг рассмеялась. Коротко, сухо, без веселья.
— Кровь тянется к крови, значит. Ну надо же. Ирония судьбы.
— Мама… — прошипела я, чувствуя, куда катится этот разговор.
— Не мамкай! — рявкнула она, резко оборачиваясь ко мне. — Взрослая стала, замужняя? Вот и помалкивай, пока старшие говорят.
— Что это значит? — спросил Дамир. В его голосе прорезались властные нотки, он не любил, когда говорили загадками. — При чем тут «кровь к крови»?
Мама посмотрела на него с какой-то злой жалостью.
