Читаем Танцовщица онлайн бесплатно
Братья притихли, но их глаза горели алчным огнем.
— Рты закрыли, стервятники! Раскатали губу! Денег им захотелось!
Она повернулась ко мне. В её взгляде не было восторга. Была только усталость и понимание.
— Значит, всё-таки объявил, — тихо сказала она. — И Дамир твой в этом замешан, так?
Я кивнула, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.
— Он всё устроил. Без меня. Договорился с ним, чтобы якобы защитить меня. А меня просто поставили перед фактом.
— Вот оно что, — мама покачала головой. — Ну, в своем репертуаре мужики. Всё порешали, а бабу спросить забыли.
— Мам, да какая разница⁈ — встрял Пашка. — Главное — результат! Кирка теперь принцесса! Мы можем бизнес открыть! Автосервис! Или шаурмичную сеть!
— Ага, — поддакнул Рома. — Я давно хотел «Газель» поменять. Кир, ну ты же поговоришь с папаней? Скажешь, что у тебя братья сироты, голодают?
Меня накрыло.
Я вскочила с дивана, расшвыривая семечки по ковру.
— Вы чего, совсем охренели? — обвела их взглядом. — Я вам что, лотерейный билет? Я только что узнала, что у меня есть отец, который двадцать лет плевать на меня хотел, а вы уже делите его деньги? А обо мне кто-нибудь подумал⁈ Что меня продали и купили, как вещь⁈
— Да кто тебя продал-то? — удивился Виталик. — Тебе жизнь устроили!
— Мне жизнь сломали! — я ткнула пальцем в экран, где крутили мое фото. — Я не просила этого! Я не просила этого папашу с его миллиардами! Я хотела нормальной семьи, а не… этого цирка! Вы такие же, как они! Лишь бы урвать кусок!
— Кира, успокойся, — мама попыталась взять меня за руку, но я вырвалась.
— Не успокоюсь! Две недели я тут сижу, и никто, никто из вас не спросил, что у меня на душе! Только «когда к мужу вернешься» и «место занимаешь»! А теперь еще и денег дай! Да подавитесь вы этими деньгами!
Я стояла посреди комнаты, злая, растрепанная, с горящими щеками, готовая разрыдаться от обиды. Братья переглядывались, выглядя виноватыми и растерянными. Они не со зла. Они просто… простые. Им казалось, что если есть деньги — то и проблем нет.
И в этот момент раздался звонок в дверь.
Резкий, требовательный, долгий.
Все вздрогнули.
— Кто там еще? — буркнул Рома, радуясь поводу отвлечься от моей истерики.
Он пошел открывать, шаркая тапками.
Я замерла, прислушиваясь. Сердце почему-то начало отбивать чечетку.
Щелкнул замок. Скрипнула дверь.
— О… — раздался из коридора удивленный голос Ромы. — Явился — не запылился. Легок на помине.
Повисла пауза.
А потом я услышала голос. Тот самый голос, от которого у меня мурашки бежали по коже, даже когда он просто читал меню. Низкий, хриплый, уставший, но твердый.
— Где она?
Я вжалась в спинку дивана.
Дамир.
— Проходи, гостем будешь, — усмехнулся Рома. — Только предупреждаю: она сегодня не в духе. Кусается.
В проеме гостиной появился он.
В черном пальто, расстегнутом нараспашку, под которым виднелся пиджак и расстегнутый ворот рубашки. На щеке щетина, под глазами — тени. Он выглядел так, будто не спал эти две недели. Или пил. Или работал на износ.
Он обвел комнату взглядом. Скользнул по притихшим братьям, кивнул маме.
И остановился на мне.
Наши взгляды встретились.
Дамир сделал шаг вперед.
— Собирайся. Мы едем домой.
— Я не…
— Ветрова, — перебил он, и в его голосе прозвучали те самые властные нотки, которые меня бесили и заводили одновременно. — Позлилась, поупрямилась и хватит. Поехали домой.
— Здесь мой дом! — взвизгнула я, вскакивая с дивана и отступая на шаг назад, словно он собирался меня покусать (хотя, судя по его взгляду, этот вариант он тоже рассматривал). — Здесь! Среди этих обоев в цветочек и запаха жареного лука! А там… там просто золотая клетка, из которой меня выставили!
— Тебя никто не выставлял, — прорычал Дамир, и жилка на его виске начала пульсировать в опасном ритме. — Ты ушла сама. Устроила драму на ровном месте и сбежала.
— Драму⁈ — я театрально всплеснула руками, краем глаза замечая, что мои братья сидят на диване, как каменные истуканы с острова Пасхи. В комнате была такая тишина, что слышно было, как гудит холодильник на кухне.
— Ты продал меня моему отцу! — продолжала, набирая обороты. Мне хотелось орать, топать ногами и швыряться предметами. Не потому что я всё ещё так сильно злилась, а потому что мне нужно было увидеть реакцию. Мне нужно было увидеть, что ему не всё равно. — Ты всё решил за меня!
— Я обеспечил тебе безопасность! — рявкнул в ответ, делая ещё один шаг. Теперь он нависал надо мной, огромный, темный и злой. — Ты хоть знаешь, что творилось эти две недели? Ты хоть раз ответила на звонок? Я оборвал тебе телефон! Я дежурил у вашего дома, пока меня твоя мать не прогнала шваброй!
Мама в углу деликатно кашлянула, но промолчала.
Я закусила губу, чтобы скрыть предательскую улыбку. Шваброй? Серьезно?
Внутри меня всё пело и плясало. Он злился. Он был в бешенстве.
Господи, какой же он красивый, когда орет. Эта щетина, эти горящие глаза, этот распахнутый ворот рубашки… Мне хотелось вцепиться ему в волосы и поцеловать.
Но я держалась.
Я должна была доиграть эту сцену. Я должна была заставить его побегать за мной, помучиться, как мучилась я эти две недели без него.
