Читаем Сиа онлайн бесплатно

— Ваши мирные намерения оставили шрамы на моей спине, — Эл-Лан вскинул голову. — И на спинах трети присутствующих здесь сиа, не говоря о погибших. Мы вам не верим. Любой, кто подойдёт слишком близко, окажется в коме. На всякий случай в договоре прописано расстояние — сто метров. Толпы любопытных праздношатающихся нам тоже не нужны.

— Вы уверены, что сможете существовать в полной изоляции? — в голосе Вилора звучала самая настоящая растерянность. — Но где вы достанете воду, что вы собираетесь есть, как вы будете бороться с болезнями?

— Какая трогательная забота, — если бы Эл-Лан был человеком, он бы ухмыльнулся, но сиа лишь поднёс палец к губам. — Где ж вы были раньше, мьесс, когда нам вынесли смертный приговор?

Вилор стиснул губы, расписался в обоих свитках и один убрал в карман пальто.

— Я хочу видеть пленных, — заявил он.

— Выходите, — Эл-Лан повёл рукой в сторону купола. — Мы будем выпускать их по одному и снимать воздействие.

— Но как я проверю, что вы меня не обманываете?! — вспыхнул багровым генерал.

— В отличие от вас мы выполняем то, что обещаем. Всегда.

Через минуту напряжённого противостояния Вилор развернулся и пошёл к границе. Он старался держаться прямо, и ему это почти удавалось. Вслед за ним потрусил Мирон, замыкал на сей раз ординарец. Мы с Нэлом медлили.

— Сестра! — окликнул меня Эл-Лан.

— Как же вы будете? — горячо заговорила я, убедившись, что наши спутники покинули купол. — Брат, а если пищи не хватит? Или опять заболеют дети?

Ореол над головой сиа засветился васильковым, он приложил ладонь к груди.

— Сестра, мы готовились. Забрали все наши запасы. Здесь достаточно места, под землёй есть водоносный слой, а искусственный климат позволит получить несколько урожаев в год. И от простуды мы теперь избавлены. Но твоё беспокойство приятно. Скажи, ты не хочешь остаться с нами? Твоего избранного мы примем тоже. Он честен и смел, может стать достойным братом.

Я посмотрела на Нэла. Наша прежняя жизнь потеряла смысл. Он не вернётся в армию, мне больше не нужно бороться за права сиа. Только я целитель и давала клятву помогать людям. А у Нэла семья, родители, брат…

— Спасибо, — я тоже приложила ладонь к груди. — Но наша жизнь — среди людей, какими бы они ни были. Я лишь прошу позволения иногда навещать Ай-Мью.

— Мы всегда будем тебе рады, аэла.

— Бесполезный дар, — вырвалось у меня. — Никак не пригодился.

— У Сиале свои пути. Доброго солнца!

Эл-Лан поклонился, и я отозвалась эхом:

— Доброго солнца!

Солдаты выходили по одному. Сначала они безучастно вышагивали, точно послушные механические куклы, устремив невидящий взгляд ровно вперёд, затем потихоньку оживали, оглядывались и садились прямо на траву. Их ореолы светились фиолетовым и розовым, затем растерянность и страх сменялись оранжевой тревогой. Кто-то громко ругался, с кем-то случилась истерика, но всё проходило лучше, чем я опасалась. Последними вышли тридцать семь человек, оставшихся в живых после казни. Эти были злющие как черти, и Нэл ушёл их успокаивать.

— Пока что я их командир, — сказал он мне.

Я сидела в машине. После лета под куполом воздух снаружи показался ледяным, и наблюдать за действиями Вилора и Нэла я предпочитала из окна. Мирон бесцельно прогуливался по дороге — угрюмая тёмная закорючка на светлом сияющем фоне. Внутри меня царила странная опустошённость. Так бывает, когда ты долго-долго бежал, боясь опоздать, к примеру, в театр, чудом успел и на дверях увидел объявление, что спектакль отменён.

Не верилось, что всё закончилось.

Наверное, я должна была радоваться. Четыре года я мечтала о безопасном месте для сиа, и вот моя мечта сбылась. Даже если люди нарушат договор — а в этом я не сомневалась — защитный купол не пропустит их внутрь. Можно перевести дыхание и начать просто жить. Проблема в том, что я слишком отвыкла думать о себе, и сейчас, образно говоря, растерянно топталась перед объявлением на дверях театра.

— Они ничего не помнят, — Нэл сердито хлопнул дверцей. — Последнее воспоминание — как их товарищей увели на казнь. Меня называют предателем, говорить со мной не хотят, подчиняться не собираются. Я пытался объяснить, что ты спасла их от смерти, но они не слышат. Хорошо, вмешался Вилор, всё-таки боевой генерал, авторитет.

— Тебе не место в армии, — тихо произнесла я. — Несмотря ни на что, ты — сын профессора. Это чувствуется, Нэл. Скольких людей ты убил? Ты вообще сможешь выстрелить в человека? А в войне с Теницей придётся и стрелять, и убивать.

— Ты сейчас слово в слово повторяешь папу, — он вздохнул. — Я уже решил, Уна. Вилор прав: лучше уйти самому, чем по статье. Но как люди могут быть такими твердолобыми, ожесточёнными, предвзятыми?! И почему я не замечал этого раньше?

— Потому что думал, как они. Считал сиа опасными агрессивными животными, которых следует уничтожить.

Вилор подошёл к нашей машине, стукнул в окошко. Нэл опустил стекло.