Читаем Сердечный экстрим онлайн бесплатно

Уголок его рта слегка дергается. Тимур тяжело вздыхает, приподнимает и опускает меня. Ого! Оказывается, совсем короткая пауза может быть очень неприятной. А что, если он сейчас скажет, что женат? Или что есть отношения, но он решил от них отдохнуть? Или просто заявит, что это не мое дело? Я сжимаюсь, готовясь принять любой из этих вариантов.

— У меня есть работа, которая занимает все мое время, и никакая нормальная девушка этого не выдержит.

Он отвечает просто, с легкой усмешкой на губах. И я верю — не чувствую фальши.

Все! Розовые пони ликуют в моей голове. Какой смысл ему врать? И нет, я не надеюсь на что-то серьезное. Но сам факт того, что он свободен, у него нет отношений и он так хочет меня, поднимает внутри незнакомую волну ликования. Я не буду вспоминать о том, что было до, — пусть прошлое остается в прошлом. Я сотру те воспоминания и буду помнить Тимура — своего первого мужчину, самого лучшего.

И мы опять целуемся, уже так знакомо и так волнующе.

— Милана? — Он отрывается от моих губ и шепчет в ухо.

— Что? — отвечаю я тоже шепотом.

Он проводит губами по ушной раковине, и я вжимаю голову в плечи от пробежавших мурашек.

— Сделаешь мне приятное?

— Как?

— Хочу минет.

— Я не умею.

Он тихонько смеется.

— Я научу, главное — твое желание. — И снова вылизывает мое ухо.

Почему мне никто не говорил, что здесь есть эрогенная зона? Голова немного кружится, между ног опять влажно.

— Научи… — наконец говорю я, понимая, что краснею.

Я хочу выполнить его просьбу. Мне хочется, чтобы ему было приятно.

Глава 22. Милана

Тимур идет ко мне по коридору:

— Линии восстановили, но электричества у нас нет. Живем, пока есть топливо в генераторе.

— И что делать? — Я ставлю в микроволновку сложные бутерброды — только что «сочинила» их из продуктов, оставшихся в холодильнике. Нажимаю кнопку — работает.

— Администратор говорит, что снегоуборщик заканчивает чистить дорогу и скоро к нам приедут рабочие, чтобы проверить, в чем тут проблема.

В этом шале я просто гостья, но мне очень льстит, когда Тимур называет его нашим. А еще я понимаю, что наше совместное уединение заканчивается. Катя меня почти потеряла — уже переживает. Я заверила ее, что вечером точно буду дома.

— Чудесные бутерброды! — Мы пьем чай, и Тимур берет уже второй.

За окном слышится шум, раздается звонок в дверь. Я выглядываю в окно и вижу, что на площадке перед домом крутится небольшой снегоуборщик. Значит, если вызвать такси, оно сможет проехать. Но мне совсем не хочется уезжать. Мне хочется снова забраться под уютное одеяло на расправленном диване и повторить этот день. Ну почему нельзя так сделать?

Тимур отвечает на вопросы двоих сотрудников технической службы, а я смотрю на него, не отрываясь. Он такой взрослый, умный, сильный, страстный… Хорошо, что он случился в моей жизни.

— Мне пора, — подхожу я к нему, когда он заканчивает разговор с техниками.

— Куда это?

— Мне правда сегодня нужно быть внизу. — Стараюсь сказать так, чтобы в моих словах прозвучало сожаление.

— Ладно. — Он открывает дверь в посещение, где работают техники. — Мы уходим. У вас же есть ключ от шале? Закроете? — Сотрудники кивают. — Идем.

— А ты куда?

— Провожу тебя.

Мы выходим на крыльцо, и я дышу чудесным морозным воздухом с ароматом хвои.

— Милана, тебе вызвать такси? Или пройдемся пешком?

Мы только что перекусили, и, хоть идти вниз минут сорок, я не хочу отказываться. Еще немного побуду с ним рядом… Хватаюсь за локоть Тимура:

— Пешком!

Мы молча спускаемся по обочине расчищенной дороги, проходим под редкими фонарями, создающими интересные тени. В кармане вибрирует телефон, и, когда я смотрю на экран, мое сердце падает и летит. Мама… Мы давно не разговаривали, и я очень боюсь ей говорить, что давно уже не в Питере. Я не могу ей этого сказать! Но и не ответить тоже не могу.

— Да, привет!

— Миланка? Ты как там? Совсем про дом забыла?

Боже… Врать сейчас, рядом с Тимуром, мне еще сложнее, а ему точно интересно — я вижу этот взгляд.

— Мам, у меня все хорошо. Давай я тебе попозже наберу? Сейчас не могу разговаривать. — Завершаю звонок, чувствуя себя ужасной дочерью. Это уже четвертый лживый разговор по телефону, а я до сих пор не придумала, как скажу ей, что не приеду домой на Новый год. У меня работа, и это не обсуждается — таков договор.

— Переживает за тебя? — спрашивает Тимур, придерживая меня под руку, когда я чуть не поскальзываюсь.

— Да, это же мама!

Останавливаюсь у торца общежития сотрудников. Я не хочу, чтобы Тимур провожал меня до крыльца, и он, кажется, это понимает.

— Все, я пришла.

— Хорошо. — Он смотрит на меня очень серьезно.

— До Нового года еще неделя. Я буду рад, если мы проведем ее вместе. — Его губы чуть улыбаются, а мне сразу становится легко. — На ужин сходим в ресторан или приготовим его сами в шале?

— В шале, — отвечаю я сразу, не задумываясь.

И теперь он расплывается в улыбке, а к моим щекам приливает жар. Надеюсь, что на морозе это не так заметно.

— Но ночевать у тебя я больше не буду!

— Почему? — отвечает он с той же с улыбкой.

— Это… неправильно. И мне нужно работать, — нахожусь я.

Теперь он смеется.