А некоторые – Большим Ответом.Никаких мигрантов. В Москве людей осталось не больше миллиона. Восемнадцатый век или, скорее, даже Золотой. Рай.Короче, так хорошо, что аж страшно. Но люди в основном не боятся. Чувствуют себя как рыба в воде. Оно и понятно, недаром их называют тихими. Они теперь под стать окружению. Здоровые, спокойные, никуда не торопятся, не жадничают, не завидуют, а главное – совершенно не переживают, что исчез фейсбук.Они вообще мало о чем переживают. Как будто даже совсем не вспоминают о прошлом. Такое ощущение, что им хорошенько промыли мозги каким‑то успокоином.Зато переживают дерганые. Такие, как я. Ну, если честно, я как раз нетипичный случай, а вообще дерганые переживают сильно. Как жить без Интернета? Как теперь слетать на Мальдивы и перед кем похвастаться? А внедорожники? А финансовые рынки? А шоу‑бизнес? Как без всего этого?Дерганые оказались устойчивыми к Воздействию. Что это за Воздействие, навсегда ли оно, никто не знает. Но одни счастливы, а другие, наоборот, настолько несчастливы, что поставили себе целью вернуть все назад. Как было. Сделать счастливых несчастливыми, а несчастливых – счастливыми. Но я‑то понимаю, что на самом деле они хотят просто снова сделать одинаково несчастливыми всех подряд.Я не такой. Я, так сказать, дерганый‑выродок. Тяжелый случай. Таких, как я, совсем мало. Один на тысячу, не больше.Отличий много. Все нормальные дерганые живут в Секторе, а недоделанные, такие как я, где попало. Все называют тихих кретинами, а мы заводим с ними семьи. Ну и так далее. Многих я знаю. Как правило, это военные или люди бывших интеллигентных профессий.Если честно, меня вроде бы все устраивает. Я торгую. Путешествую туда‑сюда. Живу в Тихой, много времени провожу в Секторе. Очень комфортно. Хочешь покоя – пожалуйста. Хочешь временно в дурдом – просим. До Переворота я никогда не чувствовал себя так хорошо.Но если совсем уже быть честным, то я, наверное, тоже хотел бы стать тихим. Они не бывают трусливыми. Среди них вообще нет трусов. Вот в чем дело.Была бы моя воля, я бы огненными буквами написал на небесах: «Меняю комфорт на храбрость! С доплатой».Иногда я немного успокаиваюсь, а иногда, как это было после этой поездки к Смирновым‑Инстаграм и после встречи с людьми в серых костюмах и розовых рубашках, иногда просто хочется упасть на колени и возопить:– Господи! Или кто там это всё сделал с нами… Ну почему ты смог уничтожить бомбы и атомные электростанции, решить проблемы перенаселения и голода, вырастить кофейные плантации в Калуге, но не смог одного маленького незначительного человечка, Ивана Кошкина, сделать смелым? Сделай же что‑нибудь! Прошу тебя! Тебе ведь это не трудно…
<p>10</p> 
