Читаем Расплата онлайн бесплатно
То ли не прошло еще полностью действие наркоза, то ли дало себя знать волнение, а, может быть, вступившая в ногу тупая боль дала о себе знать, но Фалах впал в беспамятство, а потом забылся беспокойным сном.
…Сон ли то был или явь, Фалах не мог понять. В дверях одиночной камеры, где его содержали как опасного преступника, стояла дочка. Она не решалась подойти к Фалаху, в глазах ее дрожали слезы.
— Папочка, зачем ты здесь сидишь? Потому что попал в аварию, да? И был выпивши? Мне тебя очень жалко. Тебе, наверное, страшно одному? Давай, папа, пойдем домой! Я тебе спою новую песенку, которую мы выучили в детском садике. И мама будет рада, она очень, очень скучает без тебя. А я тебе обещаю манную кашу есть и молоко пить даже с пенками, и капризничать не буду. Я ведь уже большая. А чтобы тебе дома не было одному скучно, как здесь, я даже в детский садик не пойду, а буду играть с тобой. Мы поставим телевизор в твою комнату и будем смотреть мультики. А потом ты мне сказку расскажешь или книжку почитаешь, ладно? А то мне никто ничего не рассказывает и не читает. Раньше ты читал или мама. А теперь тебя нет, и мама, расстроенная, все время ходит и даже сердится ни за что, ни про что… Ну, пойдем домой, обрадуем маму! И у Венеры папа есть, у Асии тоже есть, у всех ребят папы каждый день домой приходят, одного тебя все нет и нет. Помнишь, мы с тобой в прошлом году в зоопарк ходили, там слонов видели, львов, обезьян. Там, помнишь, обезьянка маленькая была, она теперь, наверное, выросла. Вот бы посмотреть! Ведь обезьяны быстро растут, не то, что люди. А хочешь, я тебе мамину песенку спою? Она сама ее придумала. Про маленького братика, которого вы мне обещали. А без тебя, мама говорит, она не купит мне братика… Она еще, знаешь, что хотела тебе сказать? Чтобы ты не боялся вернуться домой, что она сердиться не будет, мало ли, все бывает… Ну, вставай, папа, пошли! Ну, что же ты молчишь?!
…Не в силах Фалах ни встать, ни сказать хоть слово. Да и как объяснить шестилетней девчушке все, что с ним произошло. И не только ей, самому себе… А она смотрит на него глазами, полными слез, и ждет.
И он говорит…
…Кто-то тронул Фалаха за плечо. Мелькнула мысль — пришел следователь брать показания. Фалах в испуге приоткрыл глаза. На него внимательно смотрел мужчина с красноватым, словно после недавней бани, лицом. Белая шапочка, белый халат… Доктор? Ну, конечно, доктор, тот самый, что делал ему операцию.
— Бредишь, дружок? — спросил доктор, мягко улыбнувшись.
— Наверно, — засмущался Фалах. — А что, я кричал в бреду?
— Кричать не кричали, но голос подавали. Я думал, с кем-нибудь беседуете, решил зайти. Как вы себя чувствуете, больной? Как нога?
— Спасибо, доктор, терпимо. Если не двигаться, слегка ноет, а вот если нечаянно дернешься, больно.
— Не без того, дорогой товарищ, не без того. В вашем положении это в порядке вещей. А голова не кружится?
— Кружиться не кружится, но тяжелая какая-то, и шумит в голове, точно набили ее чем-то.
— Это очень хорошо. Это значит, что сотрясения мозга вы избежали, хотя ударились головой, судя по ушибам, довольно сильно. А шум в голове — так это обычное явление после наркоза. Пошумит и перестанет, — доктор достал из кармана фонендоскоп, откинул одеяло и послушал Фалаха. — Все в порядке, больной, ничего серьезного. Главное, лежите спокойно, зря не ерзайте, не волнуйтесь. Месяца через полтора встанете на ноги, будете и ходить, и бегать.
— Через полтора месяца?! Так долго?
— Да разве это долго? У вас, голубчик, как-никак перелом. Кстати, ваша попутчица кем вам приходится?
Лоб Фалаха покрылся испариной, он не знал, что ответить.
— А сама она что сказала? — язык Фалаха еле ворочался.
— Да, знаете, как-то непонятно. Сначала сказала, что вы ей двоюродный брат. А когда мы ее попросили подежурить возле вас, пока вы в сознание не придете, отреклась, знаете ли, от родственных связей. Просто, говорит, проголосовала на шоссе, и вы любезно согласились подвезти ее до города. И дежурить возле вас она не сможет, потому что дома ждет ее маленький ребенок.
«Вот это Гасима, — с горечью подумал Фалах, — а ведь говорила, что любит».
— Да, доктор, — как можно спокойнее произнес Фалах, — эта женщина мне незнакома, так что хорошо, что она ушла.
Врача, явно, не интересовали отношения Фалаха и его попутчицы, его волновало другое.
— Поймите меня правильно, что возле больного в таком, как вы, состоянии обычно дежурит кто-нибудь из родственников или знакомых. По ночам это просто необходимо. У нас на все травматологическое отделение в данное время всего одна дежурная нянечка, одна, понимаете? Конечно, она везде поспеть не может. А кто из вашей семьи мог бы подежурить?
— Доктор, у меня жена и шестилетняя дочь…
— Как говорится, не густо. У других, знаете ли, братья, сестры, родители-пенсионеры. Так все по очереди и ходят, а что делать? С вами потрудней, дочку одну ночью не оставишь. Но друзья-то у вас есть? Соседей можно попросить присмотреть за девочкой.
