Читаем Расплата онлайн бесплатно
Выехали они вовремя, земля не успела раскиснуть, и машина, хотя и буксовала слегка, выкатилась вскоре, к радости Фалаха, на асфальт. Фалах взмок от напряжения, пока вел машину в лесу, он слишком хорошо понимал, что это значит — застрять на лесной размокшей дороге. Но теперь не страшно — пусть хоть сутки льет дождь, хоть двое.
Одно нехорошо — давал о себе знать проклятый коньяк. По телу расплылась убаюкивающая теплота, стали мягкими веки, и Фалах остановил машину на обочине. Надо было прийти в себя. Он расслабился, ему вдруг стало весело и от хорошо проведенного дня, и оттого, что удалось вовремя выехать на асфальт. Не хотелось двигаться… Не хотелось ни о чем думать… Хотелось спокойно поспать… Ну хоть немножко… Нельзя! — кольнула мысль. — Нельзя! Ведь надо еще отвезти Гасиму в ту деревню, где у них сегодня концерт, потом надо ехать в город. Поставить машину в гараж, потом — домой… Выходит, километров сто, не меньше, никак не меньше. Фалах глубоко вздохнул, открыл дверцу и подставил голову под дождь. «Бесплатный душ», — улыбнулся он про себя. Ему захотелось созорничать и приложить влажную ладонь ко лбу Гасимы, но он побоялся ее испугать. Гасима спала, уронив голову на грудь, и ничто ее не беспокоило. Жалко было будить ее, но Фалах не знал, где остановилась их концертная бригада.
— Гасима, проснись на минутку, — Фалах потряс ее за плечи. Гасима вздрогнула и испуганно открыла глаза.
— Что-нибудь случилось? Машина сломалась?
— Куда тебя везти, милая? Где вы сегодня выступаете?
— Сегодня? — непонимающе спросила Гасима.
— Сегодня, моя дорогая. Куда прикажешь везти?
Гасима потерла кулачками глаза и рассмеялась.
— Сегодня в Казань, и только в Казань!
— В какую Казань? Очнись! Разве у тебя сегодня нет концерта?
— Нет, Фалахчик мой, нет. Мы вчера дали последний, и наши, наверное, уже давно в Казани, они должны были выехать еще днем…
— Тогда другой разговор, — обрадовался Фалах. — Знал бы, не будил тебя. Глядишь, вернулась бы домой, как стеклышко.
— А зачем как стеклышко?
— Ну, знаешь, мужу все-таки приятнее встретить трезвую жену…
— Во-первых, я и так трезвая, а, во-вторых, я не думаю, что он будет трезвее меня. А подремать, подремлю с удовольствием, — и Гасима сладко потянулась.
Фалаха всегда удивляло, как легко и беспечно могла эта хорошенькая женщина выказывать свое пренебрежение к мужу.
— Дремли, сколько угодно, — неожиданно жестко сказал он, — но прошу только не разговаривай со мной. Сама видишь — дорога скользкая.
— О господи, очень мне нужно с тобой разговаривать, — обиделась Гасима, — слова от меня не услышишь до самой Казани. Тоже мне — джентльмен… И она демонстративно отвернулась, замурлыкала что-то себе под нос, а вскоре задремала.
Машина, мягко пружиня, бежала по мокрому асфальту. Дождь кончился, в приоткрытое окно приятно струился поток чистого промытого обильным дождем воздуха. Казалось, дождь обмыл заходящее солнце, и каждый лучик сверкал ярче обычного, дробясь в ветровом стекле.
Встречных машин было мало, и Фалах спокойно вел машину, удерживая стрелку спидометра на 80–90 километрах. Вот уже и Дербышки… Значит, меньше, чем через час — Казань. Гасиму он высадит на трамвайной остановке у Компрессорного (по городу — от греха подальше — он ее не возил), быстренько сгоняет в гараж, поставит машину и — домой, к дочурке, к жене. «Где рыба?» — спросит жена, а он улыбнется и разведет руками. — «Увы, на этот раз не повезло, — скажет он. — Вот вернулся без рыбы. Не все коту масленица. Другие рыбаки вообще из шести рыбалок только один раз с рыбой возвращаются». «Ну, разве что», — согласится жена. «И кроме всего, — тут Фалах перейдет в наступление, — не ты ли меня не отпустила с вечера, да и с утра надулась? Уехал-то я поздно, а там уж какая рыбалка…» И виноватой окажется жена…
От мысли, что все складывается как нельзя лучше, — вот ведь и машину он ведет как заправский профессионал, — Фалах счастливо заулыбался, довольный своей смекалкой и сноровкой. Он, Фалах, летит по шоссе в черной «Волге», а рядом дремлет молодая красивая женщина, известная артистка, и она его любит… Его, Фалаха. А что, разве он не достоин любви?
И Фалах даже запел, правда, негромко, от переполнивших его чувств:
Напевая, он не заметил, как сбавил скорость, и посмотрел на спидометр только тогда, когда мимо прогрохотал, обгоняя его «Волгу», груженный бетонными панелями «КамАЗ». От шума обгоняющей машины проснулась Гасима. Она посмотрела на удаляющийся «КамАЗ», потом на Фалаха и звонко рассмеялась:
— Ну, дорогой мой водитель, этого уж я от тебя не ожидала. Ладно бы «Волга» или «Чайка», но дать обогнать себя какому-то грузовику, да на таком шоссе, да с такой пассажиркой…
