Читаем Орлов онлайн бесплатно

— Изучу по дороге, — ответил я.

Наутро я быстро собрался. В новый рюкзак сунул ноутбук, блокнот и ручку. В карманы деньги на расходы и свой паспорт. В Московской Академии Истребителей Монстров с лишним не пустят — это я знал наверняка. Зашнуровал ботинки, надел куртку и вышел.

Дорога до платформы заняла заявленные пятнадцать минут неспешным шагом. Электричка, полупустая в это время дня, довезла до Ярославского вокзала за двадцать; мерный стук колёс по стыкам убаюкивал, но я не давал себе расслабиться. Я вышел на привокзальную площадь, в самую гущу московской суеты. Гул голосов, рёв двигателей, запах асфальта, кофе и выхлопных газов — после тишины нашего убежища это било по органам чувств. По-старому, по-пиратски, я мгновенно просканировал окружение: камеры, копы вдалеке, бомжи у стенки, спешащие по своим делам люди. Ничего угрожающего. Поймал такси.

— На Волхонку, 16, — бросил я водителю, среднеазиату с усталыми глазами.

Тот молча кивнул.

Москва проплывала за стеклом. Я любил большие города. Хоть в них слишком много глаз и слишком много правил, но и возможности для 117-летнего пиратского Адмирала открываются колоссальные. Но МАИМ был порталом в высшие эшелоны Империи, открывал двери в государственные структуры и к аппарату власти, а официальный вес мне сейчас был нужен. Законное прикрытие, доступ к знаниям, неограниченным ресурсам и государственная броня. Игра стоила свеч, даже если приходилось жечь их с двух концов.

Здание Московской Академии Истребителей Монстров производило впечатление сдержанной мощи. Не помпезный дворец, а скорее укреплённый форпост, стилизованный под старинный особняк. Толстые стены из тёмного клинкерного кирпича, узкие, но высокие окна с бронированными рамами, массивная кованая ограда с острыми пиками. Над главным входом, под сдержанным гербом — скрещённый клинок и оберег, — виднелась едва заметная рябь в воздухе, признак защитного поля низкой частоты, вызывающая лёгкий звон в ушах. У ворот, в будке из бронестекла, дежурили двое стражей. Не охранники в костюмах, а именно стражей: в практичной тактической форме тёмно-серого цвета, без знаков отличия, но с холодными, профессиональными глазами. На поясах — не просто шокеры, а компактные излучатели эфириального подавления, их корпуса были исцарапаны в бою.

Я подошёл, держась уверенно, но без вызова. Один из них, коренастый, с бычьей шеей, молча указал на небольшой арочный сканер, вмонтированный в боковую стойку.

— Стой. Документы. Проход через сканер, — его голос был без эмоций.

Я положил паспорт на столик, поверхность которого была прохладной и идеально гладкой, и шагнул на платформу. Сбоку щёлкнули спрятанные камеры, арочный сканер над головой зажужжал, и по коже пробежал лёгкий статичный заряд. На экране внутри будки промелькнули строчки зелёного текста. Второй страж, помоложе, но с таким же каменным лицом, бегло глянул и произнёс:

— Орлов Н.Г. Ранг: Адепт. Статус: Барон (наследственный, неактивен). Био-резонанс: стабильный. Угроз: не выявлено. Доступ: общий (ограничен, сопровождение до приёмной).

Коренастый страж посмотрел на экран, потом на меня. В его глазах мелькнуло что-то вроде лёгкого удивления или недоверия, будто он увидел призрак из прошлого.

— Барон Орлов, — произнёс он, растягивая слова, будто пробуя их на вкус. — Давно не было таких в МАИМ. Цель?

— Консультации для поступления.

Он на секунду задержал на мне взгляд, потом кивнул, будто ставя какую-то внутреннюю галочку, и отдал паспорт.

— Так и быть. Вадим, — он кивнул второму стражу, — проводи до дверей приёмной. Никуда не сворачивать.

Молодой страж вышел из будки и жестом предложил следовать за ним. Мы прошли через массивные дубовые двери, окованные сталью; они отворились беззвучно, но с ощутимым сопротивлением тяжёлых механизмов.

Внутри пахло совсем иначе, чем я ожидал. Не книгами и полиролью, а антисептиком, озоном, лёгкой гарью и… чем-то животным, приглушённым, как в хорошо проветриваемом зверинце. Полы были выложены не скрипучим паркетом, а практичным рифлёным полимером, поглощающим шаги. Стены украшали не портреты учёных, а схемы поражения различных тварей и их классификаций, развешенные рядом с настоящим, поцарапанным и потемневшим от крови и грязи, оружием в стеклянных кейсах. На стене в рамке висел лаконичный девиз, выжженный по металлу: «Видишь угрозу — устраняй. Не видишь — ищи. Не ищется — готовься».

Вадим довёл меня до массивной двери с табличкой «Приёмная комиссия» и, молча кивнув, развернулся и ушёл, его ботинки не оставили ни звука на покрытии.

Внутри была аскетичная обстановка: несколько стульев, стол секретаря, за которым сидел мужчина лет сорока, бывший военный по всем статьям, с короткой седеющей щетиной. Он печатал что-то на терминале, поднял на меня взгляд. Взгляд оценивающий, как на потенциальный ресурс или возможную проблему. Его левая рука лежала на столе, и я заметил, как его пальцы машинально потирали цепочку старых, белесых шрамов поперёк костяшек.

— Фамилия, имя, отчество? Ранг? Цель? Размер сапог? — отрезал он, без предисловий.