Читаем Нулевые онлайн бесплатно
Это была глупая ошибка, поскольку Ржанов тут же накинулся на Диму, обрушив на него целую серию коротких ударов по корпусу. Со стороны было видно, что Артемов совсем неопытный боец, он часто мешкал и словно боялся лишний раз навредить Илье. Зато тот явно регулярно участвовал в уличных драках. Он методично избивал Диму, нарочно целясь в самые болезненные зоны. Маша с ужасом смотрела на кровь, размазанную по лицу Артемова: рубиновые капли сочились из рассеченной брови и разбитых губ, брызгами летели в сторону, когда Дима пытался увернуться от очередного удара. Он явно уступал сопернику, но не собирался легко сдаваться. Ему наконец удалось обхватить правую руку Ильи и использовать как рычаг, давя на предплечье. Ржанов стал клониться назад и рычать от боли. Маша сжала кулаки и закусила губу, молясь о том, чтобы драка скорее закончилась и Дима вышел из нее победителем. Илья начал уступать в поединке, и на его лице отразилась паника.
– А ну прекратить! – раздался зычный рык.
Все обернулись и с ужасом увидели учителя физкультуры, который едва не дымился от разгорающегося внутри него гнева. Лицо Геннадия Павловича стало красным, а губы сжались в тонкую линию.
– Ржанов! Ты, как всегда, массовик-затейник у нас, даже Артемова втянул!
– Палыч, да мы просто развлекаемся, – прохрипел Илья, распрямляясь. – Кровь молодая бурлит, сам знаешь.
Дима уже отошел от Ильи на несколько шагов и переводил дух, время от времени сплевывая кровь на грязный снег.
– У вас есть две минуты, чтобы разойтись, иначе будут последствия. А у Ржанова шестьдесят секунд, так как он уже изрядно на этой неделе проштрафился. – Физрук посмотрел на наручные часы и крикнул: – Разойтись!
– Ну пока, Артемов! Машенька, а мы с тобой еще поговорим. – Илья махнул ей рукой и вместе с приятелями зашагал прочь, слегка прихрамывая.
Большинство зрителей быстро разбежались, осталась только группа девчонок: Таня, Кристина, Наташа и Аня о чем-то тихо шептались, косясь на Машу.
Маша подошла к Диме, на ходу доставая бумажные платки.
– Не нужно, у меня есть. – Дима поднял с земли рюкзак, прижимая рукав куртки к разбитому носу.
– Что у тебя болит? – спросила Маша, пытаясь оценить серьезность повреждений.
– Ничего у меня не болит, – отрезал Дима, доставая салфетки и прикладывая их к брови.
– Да что ты с ним как мамка? – сплюнул Геннадий Павлович. – До свадьбы заживет. Мне в его годы и не так рожу мяли. Куда же без мальчишеских школьных драк?
Маша хотела было спросить: «А вы точно педагог?» – но решила не нарываться. Таня в это время молча протянула Диме бутылку питьевой воды, которую всегда носила с собой, и он взял, коротко поблагодарив. Кристина тоже подошла ближе, копаясь в своей замшевой сумочке. С победоносным видом она выудила несколько мятых пластырей, но в этот момент Аня сунула Диме кусок бинта и йод.
– У нашей старосты с собой целая полевая аптечка, – засмеялась Наташа, снабжая Диму зеркальцем.
– Ох и баб ты вокруг себя собрал, Артемов! Снова будешь получать от Ржанова! – присвистнул физрук, а Маша бросила на него злобный взгляд. – Давайте, девки, лечите его, а я пойду.
Геннадий Павлович зашагал обратно к школе, насвистывая навязчивую мелодию.
Дима кое-как привел свое лицо и руки в порядок, совершенно не обращая внимания на мечущуюся вокруг него Машу. Тане и то он уделил больше внимания, попросив подержать Наташино зеркальце, пока заклеивал ссадины на лице.
– Надо будет накладывать швы на бровь? – участливо спросила Аня, склоняясь к Диминому лицу, пока он пытался отряхнуть брюки.
– Я сам сегодня зашью, все равно буду на работе, – ответил он, с сожалением оглядывая грязную одежду.
– Ну, раз о тебе столько девиц заботится, не буду мешать, – не выдержала Маша.
– Постой! – окликнул ее Дима. – Поехали сейчас в клинику, сделаем тебе снимок руки.
– Обойдусь без твоей благотворительности, – ответила она, вздергивая нос.
– Ты опять за свое? При чем здесь благотворительность? – вскипел Дима. – Сделала глупость по совету Ильи. Сняла гипс, даже со мной не посоветовавшись. А теперь от снимков отказываешься?
– Да при чем здесь Илья? И кто еще делает глупости? – воскликнула Маша. – На себя посмотри! Еле живой стоишь, а нотации читаешь!
– Не ссорьтесь, – примирительно сказала Таня, но ее никто не послушал.
– Я в полном порядке, – отчеканил Дима, хотя, судя по его внешнему виду, все было ровно наоборот.
Он стоял, опираясь рукой о железную радугу, и время от времени прикладывал к носу платок, промокая кровь. На его лице уже расцветали багровые синяки, а правая скула опухла, сделав Диму похожим на пасечника-неудачника.
– Почему ты врешь? Я же вижу, что тебе больно, – тихо сказала Маша, оглядывая его с ног до головы. – И если ты приедешь в таком виде к деду в больницу, чтобы сделать мне снимок, как думаешь, кого он обвинит в том, что ты влез в драку?
– Поедем тогда в другую клинику, – ответил Дима, снова сплевывая кровь. – И не демонизируй моего деда, он тебя не съест.
– Пусть так. Но тебе сейчас надо думать о себе, а не обо мне!
