Читаем Нулевые онлайн бесплатно

Когда они подъехали к барахолке, ливень закончился. Но капли с деревьев и крыш все равно продолжали стекать на землю, и Маша не спешила закрывать зонт, который ей вручил Илья.

– Так, постойте пока тут, мы припаркуемся и за вами придем, – сказал он, оставляя их под крышей небольшого павильона, в котором продавали китайские игрушки.

– Кстати, ты доставила мое письмо? – спросила Таня, провожая взглядом машину пацанов.

– Ага.

– Спасибо! Честно говоря, это меня Саша попросил, а не отец. Я боялась, что, если скажу правду, ты не станешь мне помогать. А за это он пообещал нам купить сегодня шмотки! – поделилась с подругой Таня, переминаясь с ноги на ногу от нетерпения.

– В какую мутную схему ты меня втянула? – воскликнула Маша. – Что было в том письме? Чего он сам его не отнес, раз по городу на машине разъезжает и ерундой страдает?

– Да какая разница? Я не знаю, что там было, – потупила взгляд Таня.

– Это подозрительно, не считаешь? – спросила Маша, проклиная себя за то, что привлекла Диму к темным делишкам Ильи и его друга.

Таня лишь пожала плечами.

Илья и Саша, одетые в одинаковые куртки из черного кожзама, спортивные штаны и белые кроссовки, уже спешили к ним.

– Ну, чиксы, готовы? – прокричал Илья.

Но Маша сложила зонт и ткнула им Ржанова в живот:

– Сперва скажите-ка, что было в той записульке, которую вы попросили доставить Таню.

– А? – Илья растерянно моргнул, переводя взгляд с Маши на Таню.

– Саша твой ей дал, – продолжила Маша.

– Всего лишь письмо для моего отца. Он ушел из семьи и скрывается, не платит алименты, а при виде меня сбегает, – вклинился Саша. – Почему ты вдруг так напряглась?

– Потому что отец рассказал мне ужасные вещи про Илью и его шайку, – ответила Маша, стряхивая дождевые капли с зонта и возвращая его Ржанову.

– Твой папка меня ненавидит, это факт, – засмеялся Илья. – Но он несправедлив. И мы вам докажем, что на нас можно положиться. Да, Саня?

Тот кивнул и взял Таню под руку. Они красиво вместе смотрелись – оба высокие, зеленоглазые, даже оттенок волос у них практически совпадал.

– Маш, это просто какое-то письмо. В чем криминал? – снисходительно улыбнулась Таня, прижимаясь к Саше теснее.

– Не нравится мне эта мутная история, я вам не верю, – прошептала Маша, но поплелась следом за подругой, не рискуя бросать ее одну.

Во многих палатках продавцы уже собирали свои товары: недавний ливень разогнал почти всех покупателей, и на барахолке было непривычно безлюдно. Лишь одна девочка стояла с несчастным видом на картонке, примеряя спортивный костюм-тройку, пока ее мама азартно торговалась. Илья повел их в самую глубь. Грязь чавкала у Маши под ногами и липла к новым кроссовкам, заставляя сердце обливаться кровью от этого зрелища.

– Могу понести на руках, – предложил Илья, глядя на то, как Маша пытается перепрыгнуть лужу.

– Еще уронишь, – отмахнулась она.

Но он не внял ее словам, а подхватил и взвалил себе на плечо.

– У меня же гипс, идиот! Больно! – взвизгнула Маша.

Илья пробормотал извинения и перехватил ее под мышки и под колени, неся как принцессу. Маша злобно выругалась, обставив в выражениях даже собственного отца, отчего Ржанов присвистнул, но на землю ее не опустил.

– Пришли, – сообщил он, осторожно ставя Машу перед палаткой с одеждой на краю торгового ряда, возле которого была припаркована «девятка», побывавшая, судя по виду, не в одной аварии. – Димон, привет!

Из палатки вышел невысокий паренек, пропускавший между пальцами деревянные четки:

– Здорово.

– Мы вчера с Саней просили нам кое-что отложить.

– А… – Парень подошел к машине и достал из багажника коробку из-под телевизора. – Держите.

Илья поставил коробку на прилавок, достал из кармана нож и разрезал скотч.

– Маш, сядь сюда, – попросил он, кивая на колченогую табуретку в глубине палатки.

Маша понимала, что спорить в этой ситуации – лишь понапрасну тратить время, и потому послушалась. Илья придирчиво рассматривал сапоги, которые извлекал из коробки. Саня тоже протиснулся в палатку и принялся шуршать пакетами, сложенными у дальней стены.

– Вот, выбирай. Тут юбки, джинсы, кофты. – Он набрал целую охапку вещей, запакованных в прозрачную пленку, и выложил их перед Таней возле суетящегося Ильи.

– Эти мне нравятся. И размер твой. – Илья продемонстрировал Маше остроносые замшевые сапоги на высокой шпильке, украшенные стразами.

– Слишком вульгарно, – поморщилась она.

– Да тебе пойдут, примерь! – Илья опустился на одно колено, развязал на Машином ботинке шнурок, который она сегодня утром с горем пополам затянула в узел одной рукой, и осторожно всунул ее ногу в сапог. – Внутри мех!

– Илья, я же сказала, что сама себе куплю обувь! – возразила Маша, глядя, как он осторожно подворачивает ее джинсы, чтобы застегнуть молнию на голенище.

– Ты меня хочешь обидеть? Мы же с тобой утром спорили! – Илья поднял на нее голубые глаза, в которых плескалась досада. – Я, по-твоему, не мужчина? Не в состоянии сдержать слово?

– Да нет. – Маша вздохнула, от всего происходящего у нее уже начала болеть голова; в палатке ужасно воняло кожей, искусственным мехом, клеем и какими-то химикатами.