Читаем Новгородец-2 онлайн бесплатно
Лекарка знает обо мне все, а вот Малу, Люту и Тихому я, по просьбе Мстислава, ничего пока не рассказывал. Но Зиму парни уже успели увидеть. Впрочем, о том, что у сына князя есть спутница-берегиня, знает уже все наше войско. Подруга решила, что скрываться больше не стоит, но показывается она только в случае необходимости. Просто не любит, когда на неё смотрит сразу много народа.
Командование объединенным войском по старшинству принял Мстислав. Вчера боярин провёл последнее совещание с участием всех командиров, на котором и произошло явление хранительницы леса.
Берегиня появилась такой, какой я её увидел впервые: в образе юной девушки, с венком на голове и в традиционной славянской рубахе. Дождавшись, когда собравшиеся мужчины придут в себя после первого потрясения, Зима четко, по-военному объяснила, как будет происходить перенос на границу новгородской земли. Затем она определила двенадцать человек, вокруг которых будут сформированы отряды для переноса, назвала очередность и исчезла, появившись у меня на плече в своем повседневном обличие.
Явление подруги произвело нужное впечатление, и боевой дух у войска ещё немного поднялся. Ведь одно дело знать, что сыну князя помогает хранительница леса, и совсем другое — увидеть её вживую. Красивую, мудрую и спокойную.
Сегодня утром объединенное войско вместе со всеми конями перенеслось к узлу, находящемуся в двадцати верстах от границы. Переход прошел без сучка и задоринки и по времени длился около часа. Дождавшись, когда Зима перенесет последний отряд, мы с Велеславой попрощались с боярином и поехали сразу вперед. Ждать остальных смысла не было. Войско от границы пойдет по южной дуге вокруг Пскова, к переправе через реку Великую, и там будет нас дожидаться. Мы же с Велеславой такой крюк делать не будем — обогнем захваченный город и доберемся до ближайшего к границе узла — из тех, которые пока что работают.
Псковский лес ничем не отличался от новгородского. Ну разве что тут было немного темнее. Хотя, возможно, мне так просто казалось.
Дорога, по которой мы ехали, была довольно широкой. Настолько, что по ней в ряд могли бы проехать сразу три или даже четыре телеги. Судя по лужам и ещё влажной земле, ночью тут прошел дождь. Впрочем, дорогу не развезло, копыта лошадей не скользили, а небольшие лужи нам не мешали.
Сразу после пересечения границы Зима спорхнула с головы коня и начала нарезать над нами большие круги. Иногда она замирала, словно к чему-то прислушиваясь, и потом снова продолжала летать как ни в чем не бывало.
Орали где-то вдали вороны, трещали деревья, воздух пах влагой и прелыми осенними листьями. Не знаю как кому, но мне такие поездки безумно нравятся. Когда ты просто так едешь по осеннему лесу, вокруг ни души, и у тебя ни о чем не болит голова. Нет, понятно, что мы тут не просто гуляем, но напрягаться я буду, когда прибудем на место. Ну а сейчас даже о безопасности думать не нужно. Зима и Велеслава о ней предупредят.
Мы ехали медленной рысью, чтобы иметь возможность нормально общаться, и я привычно рассказывал о Земле. За этими разговорами прошло часов пять без каких-либо приключений. В какой-то момент Зима перестала летать и, усевшись на голову коню, хмуро сообщила, что так и не поняла, что в этом лесу происходит.
— Нам ничего сейчас не угрожает? — на всякий случай уточнил у неё я.
— Я не чувствую угрозы, — подруга покачала головой, — но Сила здесь ведёт себя как-то странно. Она словно разделилась на сотни потоков. Не знаю, как объяснить.
— Не надо мне ничего объяснять, — я улыбнулся. — Вот освободим Псков, и будешь тогда разбираться. Лучше скажи: далеко ещё до узла?
— Ещё примерно двадцать верст, — на мгновенье задумавшись, пояснила подруга. — Будем там после заката.
Солнце тем временем уже заползло за деревья, и лес начали понемногу окутывать сумерки. Минут через тридцать, когда видимость заметно ухудшилась, дорога вывела нас на большое открытое пространство.
Вокруг на пару километров в обе стороны простиралась унылая равнина с темными пятнами чистой воды и торчащими повсюду корягами. Вдоль дороги тянулся заболоченный бурелом: поваленные полусгнившие стволы деревьев, местами скрытые под мутной водой и густым мхом. Вдалеке над водными окнами клубилась грязно-серая дымка. Воздух пах гнилью и сыростью. Звуки леса пропали, сменившись противными криками болотных птиц, сонным треском коряг и утробным бульканьем поднимающихся к поверхности газов.
Впрочем, несмотря ни на что, дорога тут была такой же широкой, и на ней даже не было луж. Далеко впереди темнел стеной нетронутый лес, словно очерчивая границу между жизнью и этим поганым местом.
— Старая гарь, — пояснила подруга, заметив выражение моего лица. — Нормальный лес тут вырастет лет через пятьдесят, если хозяин не решит превратить это место в болото.
— То есть это ещё не болото?
— Нет, — Зима покачала головой. — Пожар тут случился лет сорок назад. Так быстро оно не появится.
— Но место все равно поганое, — хмуро заметила едущая справа волхва. — В таких часто заводится всякая мерзость.
