Читаем Квантум онлайн бесплатно

Снова что-то шарахает сверху, мне на голову сыпется ворох мелкого стекла. Сквозь звон я слышу тугие звуки выстрелов, чей-то крик… и вдруг прямо передо мной сваливается ещё один человек. Свалился он, кажется, именно с платформы.

Что там сверху, я ещё не видел, но уже подозревал. Потому как именно на командира орудийного расчёта меня и учили в кадетке на втором курсе. Так что надо мной, судя по россыпи патронов, зенитное орудие малого калибра — вот они, четыре ствола, заключенные в роторную систему, хищно таращатся в небо. И нахожусь я, судя по всему, в зенитной башенке.

Свалившийся был стрелком, и он был ещё жив, несмотря на окровавленные руки. Совсем ещё молодой, с довольно шальной чёлкой, которая теперь прилипла к потному лбу.

Я тут же подполз к нему, заодно понимая, что сам вполне себе цел и невредим. Видимо, по нашей орудийной башенке прилетел такой же дрон, что и по лестничной площадке — мой взгляд уже разглядел характерные отметины шрапнели на противоположной стене. И именно наводчику больше всего не повезло.

— Пиховкин… — стонал стрелок, — … дроны, Пиховкин…

— Да, да! — я уже стянул с его пояса аптечку.

Кроме лёгкого ранения в руку и мелких ссадин на голове страдальца, я уже приметил густую кровь на его животе. Именно из-за этой раны он и свалился, отстреляв весь заряженный запас. Кхм, заряженный, видимо, мною.

Я был очень рад, что кадетка осталась в моей памяти, особенно курсы первой помощи. Уж и не вспомню, как распорол ножницами форму, схватил пакет с гемостатиком… Это же гемостатик, да⁈ Потом, как смог, запихнул прямо в рану тампонаду и поблагодарил всех угольных богов, что в аптечке нашёлся громадный пластырь. Не пришлось бинтовать!

— Пихов… — стрелок начал сваливаться в обморок.

— Так, не спать! Нельзя спа… — начал было я, и вдруг вспомнил.

Погодите, а этот «лечебный сон», который я получил, он сейчас с нами в одной комнате? А это только для меня плюшка, или я могу ей кормить окружающих?

Я вспомнил случай с Михеем, как отмотал время, и что надо было всего лишь пожелать этого. Коснулся лба стрелка, вызывая в себе страстное желание помочь, и…

Активирована ранговая способность: «Лечебный сон».

Стрелок тут же умиротворённо уронил голову, а я получил твёрдое знание — жить будет. Мой взгляд скользнул по мёртвому офицеру. Эх, сейчас бы мне какую-нибудь «мега-нега-пупер-тропию», и я бы откатил время… Но, кажется, та способность была разовой акцией.

Звон в ушах окончательно стих, уступив место оглушающим звукам боя — совсем рядом звучали взрывы, выстрелы и угрожающе тарахтели дроны. Вот выстрел раздался совсем близко, что-то рвануло и застучало по перекрытиям сверху, и я, обняв голову руками, прижался к стойке кресла. Фух, не задело!

Схватившись за перила, подтянул себя наверх и наконец-то вытаращился в стеклянный треснутый колпак, пробитый с одного краю. Огромный предутренний пейзаж, наполненный затянувшими небо взрывами, катился прямо на меня. Это зенитное гнездо находилось в передней части крейсера, на наклонной броне, и представляло из себя что-то вроде полусферы, вжатой в обшивку.

Позади и подо мной стальные переборки, а вот передняя часть орудийной башенки выполнена из армированного бронестекла, напоминающего пчелиные соты. И в этот фасетчатый экран, в специально оставленные отверстия, торчит наша зенитная установка — четырёхствольная коса смерти убойного 23-го калибра.

Руки тут же схватили рукояти, пальцы нащупали гашетку, а губы дрогнули от давней и почти забытой обиды… В кадетке, помнится, нам крайне редко давали пострелять, редиски! Еще бы, снаряды-то дорогущие.

На треснутом стекле, которое с хрустом двинулось вместе с поворотом зенитки, мигали остатки прицельных планок, но они сейчас только мешали. Придётся по старинке — сквозь перекрестие мушки. Пальцы выжали гашетку, загудел электромотор, раскручивающий стволы орудия… Ну сейчас-то посмотрим, какой я…

Щёлк!..

Что?

Щёлк, щёлк, щёлк!

Ругая себя на чём свет стоит за собственную дурость — заряжающий, на хрен, а всё туда же, в стрелки метит! — я буквально свалился с кресла вниз, и сразу подскочил к одному из внушительных ящиков у задней стены. Он уже был без крышки, и я, подтянув его к орудию, вытянул наружу тяжеленную ленту. Поднатужившись, потащил её к казённику.

Ох ты ж! Чуть не поскользнулся на снаряде. Да твою ж мать! Соседний ящик был раскурочен осколками, и из него по полу рассыпались тускло поблёскивающие латунью гильзы. Да вдобавок крейсер явно начал манёвр уклонения, и взял заметно правее. Я ещё успел увидеть, как справа мелькнул темный силуэт то ли скалы, то ли ещё чего, а потом машину тряхнуло, и я свалился вместе с лентой.

Ну всё, стравля ядрёная! Заряжающий я или тварь дрожащая⁈

Я тут же вскочил, хватаясь за ещё горячий кожух и, ругаясь на чём свет стоит, подтянул ленту вверх одной рукой — да со здоровым-то локтем чего бы и не шикануть⁈ — и сразу вогнал снаряд в механизм. Уверенно подтолкнул, и тут же юркнул в кресло стрелка.

Вот теперь…