Читаем Квантум онлайн бесплатно
— Здесь вы свои, вас выслушают, и помогут. А вот СБ никогда не станет разбираться… Закроет вас обоих, и пришьёт все косяки, какие только можно. Замучаетесь потом отмываться! Да вы ещё это поймёте, штыба вы угольная, — он отмахнулся, — Всё, наставление закончено, пошли работать. Глаза б мои вас не видели! Куда⁈ Фонари забыли, вашу кашу! Куда без фонарей⁈
Нацепив фонари поверх шлемов, подхватив лопаты и длинные металлические ломы, у которых один конец был сплющенный широкий, а второй заточен на манер карандаша, мы двинулись туда, где мне уже довелось побывать дважды.
Стоило покинуть отсек, как навалился полумрак и гул движущегося крейсера тут же усилился. Пришлось включать фонари.
— Ты как будешь работать⁈ — крикнул Михей, пытаясь перекричать шум. — Со своей больной рукой-то!
Из-за шлема я едва расслышал его. Да уж, тут можно обсуждать, что угодно, точно никто не послушает.
— Показывай, куда идти! А то я ни черта не помню!
— Ха-ха! Смешно! — отозвался Дрёмушкин, но всё же пошёл первым.
Мы добрались до того помещения, в котором я не так давно очнулся, и вдвоём, поднатужившись, откинули в сторону одну из решёток, заменяющих пол. Лучи фонарей осветили шахту, ведущую вниз. Метра три тут, не меньше. Это что же получается, мы спустимся на один уровень с реактором? Что ещё за вышлаковка?
— Давай ты первый! — предложил я Михею, — Инструменты внизу примешь!
— Ага, щас! Чтобы ты мне на голову лом уронил? — возмутился Дрёма, и сбросил вниз свои инструменты. Затем жестом показал, чтобы я повторил его действия.
Я тоже спустил инструменты и вытаращился вниз, пытаясь услышать грохот железок.
— Мазин, что с тобой? — крикнул Дрёма, — Ты как будто впервые тут оказался!
— Так и есть! Впервые! — ответил я и постучал по шлему, — После удара головой! И ни черта не помню!
— Ха! Гонишь! — снова рассмеялся Михей, — Такое не забывается! Всё, жду тебя внизу!
Спустя минуту я оказался в большой трубе, диаметр которой едва ли превышал полтора метра. Здесь нам и предстояло работать, а если точнее, соскребать со стен налипший шлак — остатки отработанного реакторного топлива, отходов хладагента, и всё это сгонять к сбросовому люку, сейчас закрытому. За несколько суток шлака скопилось тут предостаточно, и хорошо, что он успел остыть, иначе нам пришлось бы дышать такой гадостью, что мы бы работали по очереди, по несколько минут, а затем отдыхали у воздухозаборников.
Тут-то мне и пригодились мои навыки работы лопатой и ломом, как и привычка к тяжелому физическому труду. Сам споро выполнял поставленную задачу, и Дрёме не давал филонить, подгоняя его криками. Так что чистку мы закончили гораздо раньше, чем предполагал Никанорович.
Больше всего меня напрягало молчание Системы. Так можно было бы поверить, что всё это было наваждением, и я на самом деле всю жизнь был Борисом Мазиным. Просто перегрелся, да и контузия сказалась, вот и навоображал себе всякого.
Было и другое объяснение, которое позволяло мне сохранить ясность ума. Система ценила только выполнение своих протоколов, а методичное и монотонное исполнение роли носителя Система поощряла скупо. И, видимо, подвиг по чистке шлюза вообще подвигом не считала.
— Ну вот, за полтора часа управились, — сообщил мне Михей, когда мы закинули на створки люка последние две лопаты шлака.
— Откуда тебе знать, сколько времени прошло? — усмехнулся я, — Часов то нет.
— Ты сейчас серьёзно? — лицо Михея, освещаемое лучом моего фонаря, стало предельно подозрительным, — Ты же сам учил меня, как здесь отсчитывать время! По срабатыванию вон тех клапанов, что стравливают отработанный хладагент!
Жизнь научила меня, что Дрёма с лопатой в руках шутить не любит, поэтому я уставился туда, куда он указал.
Клапана и правда имелись, и из них периодически обильно капала маслянистая жижа. Эта жижа, кстати, и создавала налёт на стенах, к которому налипали пыль, зола, а затем и шлак. Я даже подозревать начал, что эта гадость ядовитая, так как на языке появился слегка кисловатый привкус, а в носу свербило.
— Между срабатываниями ровно десять минут, — продолжал тем временем рассказывать Михей, опираясь на лопату, — Десять раз отработка капала, пока мы тут махали. Первый раз сразу, едва сюда спустились.
— Молодец, помнишь! — улыбнулся я, погрозив пальцем и делая вид, что проверял Дрёмушкина.
Однако в этот раз обман не прошёл.
— Слушай, мы тут вдвоём, и я тебя открыто спрашиваю — кто ты такой⁈ — выпалил младший оператор и выставил перед собой лопату, чтоб я не смог быстро приблизиться.
— Я же… — начал было я
— Ты не Борис! Да он совсем иначе к работе относился, его вообще хрен заставишь лишний раз лопату поднять, — он мотнул головой в сторону, — В прошлые разы я тут за двоих всё время пахал! Так кто ты⁈
Я снова открыл рот, думая, чего бы ещё соврать, но крепко задумался. А почему бы этому парню не сказать правду?
Он ведь может и поверить, в отличии от лейтенанта СБ. Просто потому, что молод. Ну ещё и потому, что уже видел всякое, и до сих пор, даже после карцера и словесной казни от Фрола Никаноровича, своё мнение не изменил.
