Читаем Концессионер онлайн бесплатно
— Господа акционеры! Ваше Императорское Высочество! — начал он, и его хорошо поставленный голос разнесся по затихшему залу. — Перед нами сегодня стоит выбор не просто между двумя проектами. Перед нами выбор между здравым смыслом и авантюрой, между немедленной выгодой для Отечества и туманными прожектами, сулящими лишь убытки и разорение.
Он сделал паузу, обводя зал своим властным взглядом.
— Путь на Юг, к портам Черного моря, к Одессе, — это путь к немедленному процветанию! — продолжил князь, переходя к первому, главному тезису. — Европа жаждет нашего хлеба! Англия, Франция готовы платить за него твердой валютой — фунтами стерлингов и золотыми франками! Это — живые деньги в казну Общества! Это — живые деньги в казну Империи, столь необходимые нам после недавних потрясений! Мы можем получить отдачу от наших капиталовложений уже через год-два! Нужно ли говорить больше?
По рядам, где сидели купцы-хлеботорговцы, судовладельцы и связанные с ними банкиры, прошел одобрительный гул. Аргумент был прост, понятен и бил точно в цель — в карман.
— Но дорога на Юг — это не только быстрая прибыль, господа! — Вяземский повысил голос, переходя к следующему пункту. — Многие из нас помнят горькие уроки недавней Крымской войны. Помнят, как наши доблестные полки гибли под Севастополем не столько от вражеских пуль, сколько от голода, болезней и катастрофического бездорожья! Отсутствие надежных путей сообщения на юге стоило нам тысяч солдатских жизней и, в конечном счете, победы! Железная дорога на Одессу — это не просто торговый путь. Это — наша стратегическая артерия! Это — гарантия того, что в случае новой угрозы с юга, от османов ли, от англичан ли, мы сможем быстро перебросить войска и снабжение! Это — вопрос безопасности наших южных рубежей, вопрос чести Империи!
Военные, присутствовавшие в зале в парадных мундирах, одобрительно закивали. Этот аргумент был еще сильнее первого — он апеллировал к патриотизму и горькой памяти о недавнем поражении.
— А что же нам предлагают наши оппоненты? Уважаемые господа «восточники»? — Князь позволил себе легкую ироничную усмешку. — Они предлагают нам тянуть дорогу в дикую, безлюдную степь! Закапывать миллионы в сибирскую мерзлоту! Чтобы везти хлеб на Урал каким-то заводам, которые еще неизвестно, будут ли его покупать и чем смогут заплатить! Это — авантюра чистой воды! Это — распыление средств на сомнительные, туманные прожекты! Россия — европейская держава, господа! Мы должны укреплять наши связи с цивилизованной Европой, торговать с ней, учиться у нее, а не уходить в азиатскую дикость, в погоне за призрачным золотом и сомнительными геополитическими выгодами!
Он закончил речь под громкие аплодисменты. Аргументы «южан» казались неопровержимыми: быстрая прибыль, патриотизм, здравый смысл.
Я искоса взглянул на своих союзников. Кокорев сидел мрачный, сжав кулаки. Штиглиц, бесстрастный, как всегда, лишь едва заметно постукивал тонкими пальцами по подлокотнику кресла. Великий князь сделал очередную пометку в своем блокноте, его лицо оставалось непроницаемым.
Председатель собрания, явно довольный произведенным эффектом, уже поднялся со своего места, собираясь ставить вопрос о южном направлении на голосование. Он был уверен в исходе.
Я понимал, что мы проигрываем. Против такой мощной, патриотичной и, на первый взгляд, абсолютно логичной речи мои сухие экономические расчеты и туманные перспективы сибирского освоения могли показаться неубедительными. Нужно было что-то большее. Нужен был ответный удар такой же силы, бьющий не только в разум, но и в сердце.
Я поднял руку, прося слова. Председатель собрания, явно не ожидавший такого поворота, на мгновение растерялся, но присутствие Великого князя обязывало соблюдать формальности.
— Слово просит… господин Тарановский, — произнес он с легким недоумением.
Я встал и направился к трибуне. По залу тут же пронесся недовольный гул. Из рядов «южан» послышались высокомерные возгласы:
— Кто это? Мы его не знаем! — Он не член правления! Какое право он имеет? — Пусть сначала представится!
Шум нарастал, грозя сорвать мое выступление еще до его начала. Но тут со своего места тяжело поднялся Кокорев.
— Господа! — прогремел его бас, мгновенно перекрывая галдеж. — Позвольте представить! Это — господин Владислав Антонович Тарановский, генеральный управитель Акционерного общества «Сибирское Золото» и, с недавних пор, один из крупнейших акционеров нашего Общества! — Он сделал паузу, обводя зал тяжелым взглядом. — Он имеет право голоса. И он имеет право быть услышанным!
Шум неохотно стих. Все взгляды устремились на меня. Я поднялся на невысокую трибуну.
Я начал говорить негромко, но мой голос, з разносился по огромному залу, достигая самых дальних углов.
