Читаем Комполка онлайн бесплатно
За время своего попадания Алексей уже насмотрелся на очень большое количество исторических личностей, но вот эта встреча почему-то тронула его больше всего.
Правда, Зеленой, Раневской и Пельтцер количество знаменитостей не огранивалось. Рядом за столиком в одиночестве скучал кудрявый парень, на смазливой, хмельной роже которого отражалась прямо вселенская печаль и адские терзания. А чуть поодаль, тоже один, восседал здоровенный и брутальный мужик с угрюмой физиономией. Сергей Есенин и Владимир Маяковский, соответственно. Оба персонажа неспешно потягивали пивко, изредка не очень приветливо косились друг на друга, а на остальную публику почти не реагировали.
Но Лексу оба поэтических гения не впечатлили и на половину так, как увлекли Рина, Татьяна и Фаина. Тут сказались личные предпочтения, поэзию он не любил и не понимал, а советские фильмы просто обожал.
К слову, Гуля чувствовала себя в компании актрис совершенно своей, очень свободно и непринужденно, да и они сами приняли ее, как закадычную подружку. Они все вместе дружно язвили по поводу других представительниц женского пола в зале, обсуждали мужчин, хохотали, и вообще, весело проводили время. И главное, Гуле все это явно нравилось. Лекса сразу же поклялся терпеть до последнего, чтобы жена оторвалась всласть.
И попутно исподтишка любовался своей ненаглядной. В своем скромном бархатном платье-баллоне с муаровыми вставками и прической боб с коротенькой челкой она выглядела неимоверно загадочно элегантной и экзотически красивой.
Семка тоже не терялся, напропалую балагурил, рассказывал сомнительные, пошловатые байки, но, они, на удивление дамам заходили, вызывая вспышки хохота. Впрочем, скорее всего, не из-за художественной ценности баек, а из-за опустевшей уже пятой литровой бутылки крымского брюта.
Неожиданно сквозь гул в зале пробился оглушительный заунывный хрип:
— Язык поганый, агарянский, индо-какой-там-прагерманский…
Лекса с перепуга вздрогнул, помянул кобылу и уставился на сцену, с которой вещал какой-то тип крайне подозрительной наружности.
— Китайской грамоте подобный, всеевразийски несъедобный; теперь еще американский,
всё — соловьиный, басурманский… — продолжил завывать поэт, совершая хаотические экспрессивные пассы руками и перебирая хилыми ножками
— В армию бы тебя, убогий, — едва слышно сочувственно выдохнул Лешка. — Там у тебя живо просветление в мозгу наступит…
Подобную публику он считал блаженными, но, в целом, особо не порицал. Каждый с ума сходит по-разному, хотя, в армии, все-таки, быстро бы сделали человека из любого поэта.
Но стихи неожиданно вызвали в зале бурный эффект, публика одобрительно заревела, даже Есенин с Маяковским вяло несколько раз хлопнули в ладони.
— Извини, дорогая, но я прямо таки любуюсь твоим мужчиной… — неожиданно томно проворковала Раневская, пристально рассматривая Алексея. — Какой типаж! Какая стойкость! Смотрите, девочки, ему до усрачки здесь не нравится, но сидит, даже глазом не поведет!
Лекса слегка смутился.
— Офицер?.. — с придыханием поинтересовалась Фаина, плавно раскачивая бокалом вина в руке. — Пардон, командир? Выправка, выправка, мои милые, у меня глаз наметанный. Такой молоденький, а уже капитан? Эээ… — она картинно исполнила смущение. — Как там сейчас по-новому? Увы, не разбираюсь. Я бы тебе, мой дорогой, полковника влепила бы только за внешний антураж. Обожаю военных!
Фаина явно играла, но так талантливо, натурально и смешно, что все опять расхохотались.
— Экая ты дурища, Фаина… — прыснула Татьяна Пельтцер. — Не узнала? Это же Алексей Турчин, он и есть уже полковник, герой, кавалер и все такое…
— А ты откуда знаешь? — Фаина испуганно вытаращила на подругу глаза.
— Газеты надо читать, милочка! — наставительно заявила Татьяна. — Я всех героев на карандаш беру, а вдруг доведется познакомиться! — она изобразила на личике обольстительное выражение и решительно отмахнула рукой. — Вот тут я и не оплошаю!
От хохота даже зазвенели бокалы на столе.
— И у меня военный! И у меня! — опять запищала детским голосом Рина. — Никому не отдам моего чертушечку! Знаете, знаете? Он у меня кран сам исправил и половицу прибил! И на руках носит! Вот так возьмет и носит по квартире!
— Да ну? — искренне ахнула Фаина. — Не интилихент, значит! Надо брать!!! А ты, Гулька, где своего полковника отхватила?
— На водопое подкараулила… — лукаво пискнула Гуля. — Смотрю, мальчишечка такой, худенький, беззащитный, портки скинул и плескается. Тут я и накинулась! Рр-р… — она ласково и призывно рыкнула. — Да, мой родной? А он и не сопротивлялся почти…
У Лексы немедленно забухало сердце. Жену он любил просто беззаветно.
— Вот! — согласно закивала Раневская. — Их надо брать из засады! Неожиданно и молниеносно!
— И когда они без портков! — захохотали Рина и Татьяна. — Так сподручней!
Смех заглушил приветственный рев. Лекса глянул на вход и слегка обалдел. В зале появился…
