Читаем Клятва онлайн бесплатно
Но да, городская трасса — моя любимая. И неважно, в каком она городе и стране.
Сэм: Через три круга ожидается легкий дождь. Он продлится два круга.
Я: Предпочел бы остаться на трассе. Какое отставание от Сафина?
Сэм: Три секунды ровно.
Вот же черт! Каждый его круг как квалификационный.
На длинной прямой от второго поворота ускоряюсь до трехсот десяти километров в час. Моя машина сильна на прямых и скоростных поворотах. А вот на медленных болид тяжел в управлении. Пару раз за сезон чуть не терял машину. Я часто скатывался в гравий, благо это было на тренировках и никогда на квалификациях или в гонках, что стоило мне несколько микросекунд. Но лучше сохранить болид целым и занять второе место в первом ряду, чем поцеловать стену и завалить механиков работой на всю ночь. В результате еще и стартовать с пит-лейна, потому что крупные аварии влекут за собой замену важных элементов и штраф за эти самые замены.
Я: На трассе капли дождя, — сообщаю инженеру.
Моя резина — мидиум, и после пит-стопа я планировал ехать на ней уже до конца гонки. Если дождь не усилится и не вынудит пилотов мчаться в боксы за интерами. По мере намокания трассы сцепление теряется, машина может скользить, и вероятность инцидента возрастает в разы.
Надеюсь, эти несколько капель — максимум на гонку. Осталось всего пятнадцать кругов.
Сэм: Обе «Феррари» едут в боксы. За ними «Быки» и «Папайя».
Я: Наш план?
Сэм: Ты сможешь продержаться два круга?
Если дождь усилится, гонка может быть остановлена красными флагами, при которых нынешний порядок пилотов останется таковым. Это выигрышная позиция. Я бы сказал, невозможно выигрышная при моем отставании от Сафина в уже четыре с половиной секунды. При всем моем желании я бы не смог догнать Тимура за оставшиеся круги, когда он увеличивает разрыв по секунде с круга.
Такое бывает, что выжимаешь из машины все соки (и из себя тоже), но дотянуться до соперников нельзя.
Я: Более точный прогноз есть?
Заднюю часть моего болида ведет в шестнадцатом повороте. Сердце загудело от волнения в этот неприятный момент. Ненавижу попадать в аварии. Сразу чувствуешь себя каким-то недопилотом. Новичком, что громит машины на каждом Гран-при. А я чемпион!
Сэм: По обновленным данным дождь усилится, но также закончится через два круга.
Ругаюсь мысленно и очень грубо.
Если переобуюсь, не факт, что с интерами можно доехать до финиша. Скорость на такого вида покрышках по сухому асфальту, а он будет высыхать обязательно, не сравнима со сликами. Я могу потерять скорость, за ней и место. Осталась группа пилотов позади, кто также планирует переждать дождь. В конечном счете все сводится к еще дополнительному пит-стопу.
Но если проигнорирую смену шин и не справлюсь с управлением в такую погоду, могу и вовсе вылететь.
Как же я ненавижу такой выбор! Без удачи в этом вопросе не справиться.
Чудом, но проезжаю обещанные два круга под несильными каплями дождя на мидиумах. Дважды болид поскальзывается. В этот момент адреналиновые брызги разбавляют густую кровь и прибавляют ей скорости, а мне жара.
Страх, с которым я научился работать, возвращался ко мне и не раз. Скорость у машины была по-прежнему большая. Но я не мог позволить этому страху взять себя за горло или же дать Сафину победить. Иногда пилоты совершают безумные вещи не потому, что их цель — победа, а потому что это часть их жизни: скорость, трасса, жажда испить шампанского на подиуме и получить поцелуй своей женщины, как выберешься из кокпита после остановки своей машины у таблички с номером «1».
Моя женщина не со мной…
И когда я останавливаю болид и выбираюсь из машины, Марты, стоящей у ограждения, не вижу. Привык, принял, но продолжаю верить, что когда-нибудь она вновь окажется здесь, со мной.
Поднимаюсь за наградой на подиум, вскрываю большую бутылку шампанского и обрызгиваю нас всех сладкой пеной: меня, Тимура, Майка и моего инженера. Победил-то я!
После многочисленных интервью и поздравлений команды (это вторая победа после летнего перерыва) ухожу к себе и снимаю мокрый комбинезон. Прохожусь пятерней по волосам и забираю их назад. С такой прической я как хипстер, но внутренняя сила подсказывает, что Марте нравится. Я такой ей нравлюсь.
Разница во времени и занятость моей модели только прибавляет нервозности. Ответа нет. Марта первой никогда не напишет, но я вновь набираюсь терпения. Она не послала меня после признаний в любви и отвечает на сообщения. Это уже внушает надежду.
Марта смотрела гонку. Какой я молодец, что рискнул и не поехал за интерами и пришел первым. Сижу теперь, улыбаюсь. Давление в венах нарастает, а пульс подскакивает.
Поверить до сих пор не могу, что в тот вечер я признался. Слова вырвались из меня. Только и помню, что удерживал брыкающуюся Марту в своих руках, когда самого трясло от дикого, необузданного страха: а если она уйдет? Насовсем? Страх скорости и в подметках не стоял страху потерять
