Читаем Клятва онлайн бесплатно
Закрываюсь, скрестив руки под грудью. Что он себе возомнил? Указывает, командует, оскорбляет. Будто право имеет.
Слышу хлопок двери и решаю, что осталась одна. Рычу вслух, стряхиваю напряжение с рук.
— Свое обещание я выполнил, Марта. Новая дверь, новый замок. Все правильное, австрийское. Мышь не проскочит. Твоя очередь держать слово, — раздается позади.
Я не одна… Жар касается щек. Неловко за свое поведение, у которого не должно было быть свидетелей.
Отбросив обиду и включив рассудительность, которая была со мной ровно до того момента, как Алекс Эдер купил танец, признаю, что гонщик прав? Веду себя и поступаю, как дур…
— Я женщина. И я передумала! — говорю твердым голосом.
Пальцы заламываю. Смотрю в серые глаза Эдера с вызовом, на что никогда не решалась раньше.
Ну и что дальше придумаешь?
Тишина в комнатке гудит и давит. Жду, что Алекс разозлиться и уйдет, чтобы больше никогда не возвращаться, а я зарекаюсь обращаться к нему за помощью или банальными просьбами. Но в голове играют как на скрипке диалоги из прошлого. Захотелось оказаться в одном из прошлых дней, когда мне было спокойно и немного счастливо.
— Передумала… — вздыхает.
— Угу, — мычу.
Алекс неминуемо наступает и выглядит грозно. Почти зажмуриваюсь, чтобы принять его гнев на себя, но Эдер распахивает створки моего шкафа и вышвыривает оттуда одну вещь за другой. Шепчет немецкие ругательства, которых я еще не знаю. Уверена, они непереводимы.
Да, уроки немецкого тоже выпали из моего плана.
— Платье. Надевай. Сначала идешь со мной на гребаную съемку, а потом в ресторан.
И вновь длинная речь на немецком. Цепляюсь только за обрывок фразы: «Все нервы выкрутила».
Отбрасываю платье, беру кинутый клатч в руки и выхожу из дома. Выбранное гонщиком платье — для свидания. Но ни о каком свидании с Алексом Эдером и речи быть не может.
Глава 23. Марта
— Я не понимаю, как это все может нравиться? — Алекс злится, в десятый раз проводя салфетками для снятия макияжа по своим щекам с заметной щетиной.
— На тебя всего лишь пару раз взмахнули пудрой. Не нагнетай.
— А зачем? Я разве в этом нуждался? — дергается.
Чуть отстав, прячу довольно беззаботную улыбку за спиной Алекса. Не нужно, чтобы он ее видел, иначе надумает разного. Не спросит. Я забеспокоюсь о его неверных выводах, и мы снова как бы поссоримся.
Ссорятся же только близкие? А мы не они.
— Ты хорошо справился, — решаю приободрить уязвленного пудрой гонщика.
Он же привык пахнуть бензином и маслом, и по полдня носить пропитанный потом гоночный комбинезон. А тут вдруг взмахи невесомой телесной крошки, что позволяет фотографам меньше обрабатывать материал.
— Спасибо. Я чистый? — неожиданно останавливается и поворачивается. Вместо широкой спины теперь грудная клетка. Суженные глаза, чуть поджатые после перенесенного стресса губы. И волосы, небрежно взлохмаченные порывами ветра.
Странно, что Алекс делится всеми переживаниями со мной. По сути, с чужим человеком. Я же и в прессу могу пойти, рассказать о чувствительности «первого номера» грида. Шантажистка и обманщица.
— Дай посмотреть, — поднимаюсь на носочки.
Смешно, ей-богу. И необъяснимо спокойно, учитывая последние сорок восемь часов моей жизни.
— Кажется, остались следы тонального крема.
Прикусываю нижнюю губу, изучаю реакцию Эдера как под микроскопом. Смешной он.
— Врешь? — выдыхает. Но в первую секунду поверил.
Его плечи опускаются, и наши взгляды встречаются. Но уже не как прежде. Мы не просто смотрим друг на друга, между нами что-то возникает. Ну, как то, от чего вновь хочется бежать и кричать, чтобы Алекс Эдер исчез с моего пути.
— Немного, — отворачиваюсь и нахмуриваюсь. Надо как-то попрощаться. Свое обещание я сдержала скрипя сердце. Нам даже удалось посмеяться.
Машина Алекса припаркована в дальнем ряду, до куда идем целую вечность. Поторопиться бы, но просить об этом — верх неуважения и невоспитанности.
— Что ж… — начинаю издалека. — По правде говоря, ты замечательно справился, и я уверена, фотки будут классными. Обещаю что-нибудь прикупить из коллекции.
Оставленные шорты и топ не совсем подходят для вечерней прогулки даже по парковке. Сегодня довольно прохладно.
Ежусь. Каждая мурашка под пристальным наблюдением гонщика.
Вновь переглядываемся. Алекс опускает голову и тушит свою усмешку. Любопытно, почему?
— Так не хочешь поужинать со мной? — от его честности и прямого вопроса все внутри сжимается.
— Я не голодна.
— А я не кусаюсь.
Да ну? Резкий выдох, и мои брови летят вверх. Только мгновение спустя понимаю, как это выглядело со стороны.
Прошлое, какое же ты беспощадное.
— Это было давно, — отвечает на мой упрек. Смело. — Прости за утро. Психанул.
— Вышлю чек за уборку, — облизываю губы и скрещиваю руки.
— Без проблем.
Зависаем.
— Чего ты боишься? — спрашивает довольно громко, я вздрагиваю, но вот от тона ли?
— Ничего.
— Это просто ужин двух старых знакомых. Мы две ночи подряд спали вместе, а сегодня у меня есть ключи от твоей новой двери.
— Звучит не очень хорошо. Возможно, я сменю замки.
