Вставка на тему "Звание – сила". С моим воинским званием дело обстояло кисло. Если всем офицерам, окончившим училища, очередное звание присваивается через два года (конечно, – если занимаемая должность "соответствует" запросам жаждущего более высокого звания), то нам, тотальникам, – только через три. Для должности старшего офицера отдела, на которой я числюсь, предусмотрено воинское звание "инженер-капитан", но я не могу получить даже звание старшего лейтенанта, пока не "выбегаю" три года. Даже если соискатель звания будет командовать полком или целой армией. Чернопятов уже с отвращением смотрит на мои погоны с маленькими двумя звездочками. Их сиротство несколько скрашивают скрещенные молоток и ключ, которые положены только инженерам.
По команде Чернопятова отдел кадров заранее готовит все бумаги на присвоение мне высокого звания "старший лейтенант". 30 декабря 1957года истекает трехгодичный срок моего лейтенантства, и все бумаги на присвоение звания чуть ли не нарочным отправляются в Москву. Обычно такие мизерные звания младшим офицерам присваивались замами министра элементарно, и на все процедуры уходило около недели.
Проходит неделя-другая, затем – месяц, затем – второй и даже третий нетерпеливого ожидания. Наконец в секретную часть (все дела по кадрам идут под грифом "секретно") приходит бумага с простеньким вопросом: на каких таких основаниях инженер-лейтенанту Мельниченко Н. Т. командование части хочет досрочно присвоить воинское звание "старший инженер-лейтенант"?.
Все стают на уши: о чем разговор, если человек влачил свое высокое звание "лейтенант" целых три года??? Вскоре шарада решается: трехлетний срок истек 30 декабря в 24-00, следовательно, представление, подписанное тем же 30 декабря, т. е. до 24-00 является представлением о "досрочном" присвоении…
Вот это "dura lex, sed dura"! А "дуры" и "дурики" из отдела кадров, как профессионалы, должны были это знать?! Все документы с чертыханием перепечатываются (о, грохочущие Ундервуды, где надо из-за одной маленькой ошибки все надо перепечатывать!) с датой 31 декабря и отправляются "в обратный зад"… Звание старлея (и соответствующую денежную прибавку) я получаю месяца на четыре позже других…
Проблема командования людьми старше по званию, по возрасту или по обоим признакам, конечно, существует. Особых комплексов с этим у меня не было, и, если занимаешься с нормальными людьми просто делом, то и проблем "кто есть ху" обычно не возникает. Как правило, это понимали и старшие по званию. Например, две экспедиции моим очень лояльным подчиненным был майор Петров, "Капитоныч". Кстати, в экспедицию 1958 года мне для оформления нарядов и разных бумаг был назначен мой непосредственный начальник майор Никита Павлович Байдаков – мужик достаточно вздорный и "тягучий", если можно так выразиться. Байдаков числился зам начальника производственно-технического отдела, в котором я был всего лишь старшим офицером. И вот, на время экспедиции, я оказался его начальником. Но даже с таким человеком мне не пришлось "меряться погонами", а просто обуздывать его гнусный характер, о чем расскажу дальше. В начале нашей офицерской службы старше нас по возрасту были почти все сверхсрочники. И тут выяснения отношений были только в отдельных случаях, например – у людей типа чрезвычайно беспомощного Севастьянова. У меня такой случай был только один, в прошлом году, – с мичманом Шабаниным. А когда сверхсрочниками ставали матросы, выращенные нами "от сохи" до классных специалистов, тут уже никаких вопросов по отношениям не возникало вообще…
Люди, которые свое суждение о порядке и взаимоотношениях в армии составляют после просмотра довоенных фильмов, жестоко ошибаются. Там все показано так, как должно быть по строевому уставу. "Товарищ старший лейтенант, разрешите обратиться?"; "Разрешите идти?"; "Так точно!"; "Никак нет!". После каждого, строго уставного предложения, руки военных автоматически дергаются "под козырек". Однако, неправы будут и те, кто представляет армейскую жизнь по современным чернушным фильмам, показывающим беспредел. К сожалению, нельзя сказать, что истина лежит посредине: эта "правда", возможно, будет правдой только в статистическом смысле. Да и то с поправкой на "переживаемый момент". В действительности – все "имеет место быть", и все зависит от командиров – как официальных, так и неформальных…
Работа над будущими ошибками.– Зачем тебе галоши, малыш? Грязи ведь нет!
– Я найду, мама!
