Читаем Дофамин онлайн бесплатно

Лишь она вызывает во мне их, и я сам в ахере с того, что могу подобное испытывать. Но увидеть ее безумно влюбленной в меня уже дело принципа. Почему? Просто потому что каждая клетка моего тела при виде нее вибрирует и орет «хочу».

Хочу. Полностью и без остатка. Увидеть самой покорной, уязвимой, потерявшей от меня голову. Мне необходимо доказать своему мозгу, что она обычная, такая же, как и сотни женщин до нее, что растекались у моих ног.

– Нет? – переспрашиваю я, и в моём голосе звенит что-то стальное и едва уловимое. – Ты только что снова сказала мне "нет"?

Она делает шаг вперёд. Один маленький шаг, но он меняет всё. Теперь между нами почти нет расстояния. Я чувствую её запах – что-то цветочное с нотками ванили и чего-то более тёмного, дразнящего. Чувствую тепло её тела.

Такая сладкая и манящая. Такая недоступная, несмотря на то, что находится на расстоянии вытянутой руки.

– Я сказала "нет", ты же не глухой, – дерзко повторяет она, и её голос не дрожит. – Потому что ты не хочешь, чтобы я встала на колени, Дэймос. Ты хочешь, чтобы я сломалась. Чтобы доказала тебе, что я такая же, как все остальные. Что я готова унизиться ради твоей защиты, – словно прочитав мои мысли, на одном дыхании выдает девушка. А дальше… она совершает то, чего я снова не ожидаю.

Мия поднимает руку медленно, осторожно и касается моей груди. Ладонь ложится точно над сердцем, и я чувствую этот контакт так, словно она прикоснулась к оголённому нерву.

– Но я не такая, – шепчет она. – И ты это знаешь. Именно поэтому ты не можешь перестать думать обо мне.

Я должен отстраниться. Должен убрать её руку. Должен показать ей, кто здесь главный, кто устанавливает правила этой игры.

Но я не двигаюсь.

Потому что она права. Чёртова, дерзкая, невыносимая девчонка – права.

– Ты слишком самоуверенна, – говорю я, и мой голос звучит хрипло. Слишком хрипло. – Думаешь, я позволю тебе второй раз смыться? После твоей выходки я все спустил тебе с рук. Но ты забыла, что ты перешла мне дорогу, и меня тебе стоит бояться не меньше, чем своего бывшего. Что ты улыбаешься? Думаешь, я блефую? – вспыхиваю я, замечая, как она обнажает белые зубки, раздвигая губы в белоснежной улыбке.

– Мне забавно от того, что ты ведешь себя как мальчишка, которому не купили сладкое или приставку. Я слышу все твои дешевые манипуляции. Может, я и выгляжу просто, но я не простая девушка, Дэймос. И разбираюсь в психологии не меньше всех этих «больших дядь», собравшихся здесь под одной крышей. Я вот лишь одного не пойму, – выдыхает она. – Почему ты так ко мне прикопался тогда? И сейчас? Почему?

– Потому что именно ты мне понравилась. Точка. Привлекла, – ставлю ее перед фактом. – А если мне что-то нравится, я это сразу беру, приобретаю или забираю в свою коллекцию. Я привык к этому. Но ты видела лучшую версию меня. А я могу быть другим. Гораздо хуже. Я могу стереть тебя в порошок. Закрыть каждую возможность, каждую дверь, в которую ты попытаешься постучать. После того публичного позора, после всего дерьма, что ты мне принесла – ты всё ещё думаешь, что имеешь право диктовать условия?

Мия пытается держать лицо, этот свой непробиваемый взгляд, но зрачки девушки расширяются. Дыхание становится чаще, это едва заметно, но я чувствую.

Страх.

Не тот животный ужас, что заставляет бежать сломя голову. Нет. Это что-то другое. Более глубокое. Страх человека, который понимает, что карты на столе не в его пользу, но всё ещё отчаянно пытается блефовать.

Её челюсть напрягается, а пальцы сжимаются в кулаки в защитном жесте.

И всё же она не отводит взгляд.

И вот что меня и бесит в ней, и восхищает одновременно: она напугана, но не сломлена. Загнана в угол, но всё ещё готова царапаться. В её глазах горит война. Между желанием убежать и упрямством, не позволяющим сдаться.

Между нами искрит настоящее электричество. Опасное и притягивающее, осязаемое.

Борьба за власть, где никто не хочет проиграть или сдаться. А власть – это мой личный сорт дофамина.

– Ты либо со мной, либо против меня. И если ты выберешь второе… то узнаешь каково это, когда весь мир внезапно становится слишком маленьким, чтобы в нём спрятаться. Ты не права: я не мальчишка, которому не купили игрушку. Я мужчина, который не привык слышать «нет». И который всегда добивается своего. Всегда.

– Думаю, ты пытаешься напугать меня, – отвечает Ми.

Её пальцы скользят выше, к воротнику. Я чувствую, как они касаются обнажённой кожи у основания шеи. И этого прикосновения достаточно, чтобы по позвоночнику прошла волна жара.

– Но ты впервые не контролируешь женщину, и тебя это бесит, – продолжает издеваться она. И этот цирк пора заканчивать.

Я хватаю её за запястье. Резко. Сильно. Может быть, слишком сильно, но мне плевать. Мне нужно остановить это. Остановить её. Остановить то, как она переворачивает всё с ног на голову одним прикосновением, одним взглядом. Она начинает дрожать… непроизвольно так, словно мой жест пробудил в ней нехорошие и тяжелые воспоминания.

– Не испытывай моё терпение, – предупреждаю я. – У меня его не так много, когда дело касается твоих цирковых представлений.