Читаем Бездарный 2 онлайн бесплатно
Самым сложным оказалось нащупать все слои сигнальной сети — а их оказалось не два и не три, а целых семь. Точно семь, он дважды перепроверил. Отправить половину треть своего резерва, втянувшегося в тончайшие сенсорные нити и перегрузившие их было в разы проще. Даже поймать вовремя подставленным платком очередную капельку крови было сложнее.
Аккуратно убрав чернильницу, Семён без особого удивления обнаружил в стене небольшую металлическую дверцу с комбинационным замком — а чего, собственно, он ожидал: добра, сложенного аккуратной стопочкой и перевязанного бантиком? Было бы, конечно, неплохо, но мироздание подобными жестами вежливости как-то не балует, особенно его, особенно в последнее время.
Стетоскоп — приложить к холодному металлу, диск — медленно покрутить, и мир сузился до этого звука. До этих щелчков. До этих микроскопических вибраций, которые улавливали пальцы. Всё остальное стало неважным, попросту перестало существовать — в мире остались только он и замок. Только металл, который надо было понять, почувствовать, уговорить открыться. Можно сказать, наладить с ним конструктивный диалог.
Поехали. Первый диск — против часовой стрелки, медленно, очень медленно, чтоб не пропустить тот самый щелчок, когда сувальда встаёт на место. Готово. Второй — уже по часовой, чуть быстрее, потому что механизм тут был туже, пружины сильнее — но и второй сдался без особых брыканий. Третий — вообще как по маслу. А вот четвёртый…
А вот четвёртый — это уже интереснее. Диск с секретом — ложный паз, фишка этого производителя, только сложнее обычного. Попадёшь в паз — замок заклинит, и приехали, можно собирать вещи и идти сдаваться добрым людям из охраны, желающим побеседовать с ночным гостем по душам. К счастью или к сожалению (это с какой стороны посмотреть), он не попал — пальцы сами нашли правильный угол, выбрали правильное усилие, выстроили правильную последовательность. Спасибо, Кража, спасибо, родная, без тебя бы пропал.
Щелчок. Дверца открылась.
Внутри было то, что он и ожидал. И кое-что ещё, чего он, прямо скажем, не ожидал — но это уже отдельная история, и до неё нужно ещё дойти.
Стопка папок, перевязанных бечёвкой. Конверты с сургучными печатями — Семён мысленно отметил, как любят местные всякую такую средневековщину, ну а с другой стороны даже стильненько. Бухгалтерские книги в коленкоровых переплётах. Бегло просмотрел верхние документы — накладные, сопроводительные письма, расписки. Даты — есть вроде и нужные, потом подробнее разобраться можно. Грузополучатели и отправители — какие-то названия, которые он не запомнил, да и не пытался: Долгих узнает, ему виднее, ему за то деньги платят. А вот и подписи, причём, что характерно, даже Рыльские отметились. Не сам князь, не его уровень — кто-то из младших, но уже с родовой печатью.
Папки отправились в непромокаемый пакет, заранее припасённый за пазухой. Семён уже собирался закрывать сейф, когда взгляд зацепился за шкатулку — и вот тут-то начинается то самое «не ожидал».
Стояла она на нижней полке, почти незаметная за стопкой бухгалтерских книг — небольшая, с ладонь размером, из чёрного дерева, без видимого замка. Никаких петель, никаких застёжек — просто гладкая полированная коробочка, которая на первый взгляд казалась цельным куском дерева. На второй взгляд, впрочем, тоже. Но если шкатулка спрятана в сейфе, за магической защитой, за обманкой, за непростым замком — то, скорее всего, не для красоты её туда положили, не из любви к декоративно-прикладному искусству.
Он взял шкатулку в руки. И медальон на груди потеплел — как-то так, по-своему, с намёком. Как будто узнал что-то в этой шкатулке. Что-то родное. Что-то, связанное с кровью Рыльских.
— Ну-ну, — пробормотал Семён. — Это уже становится любопытно.
Покрутил шкатулку в пальцах. Замка не было, но закрыта она была крепко — не открыть, не поддеть ногтем, не уговорить честным словом. Кража, в очередной раз показав себя замечательным, сообразительным и в высшей степени универсальным талантом, подсказала решение: скрытые фиксаторы, три штуки, расположенные по углам, нажимать одновременно и в правильной последовательности — левый верхний, правый нижний, центральный верхний. Семён нажал — и верхняя панель шкатулки мягко откинулась.
Внутри лежала пачка писем. Старых, пожелтевших, перевязанных чёрной шёлковой лентой. Почерк на конвертах — детский, старательный, с неровными буквами и кляксами. Почерк, который он узнал не глазами, а чем-то другим. Чем-то, что осталось в теле после прежнего владельца — отдав ему в качестве прощального…или приветственного подарка.
Константин.
Это были его письма. Те самые, которые он писал, когда ему было, наверное, лет десять-одиннадцать. Адресованные, судя по первой строке на верхнем конверте, брату Александру. И письма эти явно не дошли до адресата — их перехватили, сохранили, спрятали в сейф вассала Рыльских. А теперь они лежали в его, Семёна, ладони, и было в этом что-то такое… ну, в общем, было.
