Читаем Авигея онлайн бесплатно

Щёлкнул замок. Не сразу – сначала осторожно, как будто с сомнением, с внутренним сопротивлением, и только потом дверь приоткрылась на узкую щель. На пороге стояла молодая женщина в форме: лёгкое платье, передник, аккуратно убранные волосы, в руках – ключ-карта и тонкая тележка с принадлежностями для уборки, оставленная чуть в стороне. Она смотрела на Веронику с растерянностью, не сразу понимая, что именно происходит перед её глазами. Перед ней стояла девушка – бледная, растрёпанная, с покрасневшими глазами, и в этом виде было что-то неправильное, выбивающееся из привычной картины работы, где гости либо спокойны, либо раздражены, но никогда – такими.

– Please… help… – выдохнула Вероника, делая шаг вперёд, словно боялась, что дверь снова закроется.

Горничная инстинктивно отступила на полшага, её взгляд метнулся в сторону коридора, потом снова вернулся к Веронике, и в нём уже не было только непонимания – появилось беспокойство.

– Problem? – осторожно спросила она, с заметным акцентом, стараясь подобрать слова.

Вероника кивнула слишком резко.

– Yes… yes… he… – она сбилась, не зная, как объяснить быстро, понятно, так, чтобы её не оставили здесь снова. – He keeps me… I can’t go… please… (Он удерживает меня, я не могу уйти, пожалуйста).

Слова путались, ломались, но смысл был очевиден. Женщина нахмурилась, уже не скрывая тревоги, и на секунду задумалась, будто решая, как правильно поступить, как не ошибиться, не вмешаться в то, что может оказаться чем-то иным, чем выглядит.

– Wait… (Подождите) – тихо сказала она и обернулась, зовя кого-то.

В коридоре послышались шаги. Появился мужчина – старше, в той же форме, но с бейджем, с более уверенным, настороженным взглядом человека, привыкшего решать вопросы, которые выходят за рамки обычной уборки. Он посмотрел на Веронику внимательно, быстро оценивая ситуацию, и уже через секунду его выражение лица изменилось.

– What happened? (Что случилось?) – спросил он спокойно.

Вероника шагнула ближе, почти вцепившись в эту возможность, как в единственное, что у неё осталось.

– Please… don’t let him take me back… (Пожалуйста, не дайте ему вернуть меня обратно) – прошептала она, и в этих словах было столько страха, что перевод уже был не нужен.

Мужчина переглянулся с горничной. И в этом коротком взгляде между ними что-то решилось.

Он сделал шаг в сторону, освобождая проход.

– Let’s go, (Пойдёмте) – сказал он тихо.

И это было первое настоящее движение к свободе, пусть ещё не полной, но уже реальной.

Мужчина с бейджем повёл её по коридору быстро, но без суеты, как ведут тех, чьё состояние требует тишины и внимания, и Вероника шла рядом, стараясь не оглядываться, не сбиваться, не думать о том, что будет, если за спиной снова раздастся знакомый голос, потому что сейчас важно было только одно – идти вперёд, не останавливаясь. Они свернули в узкий служебный проход, где шум гостиницы становился глуше, где вместо мягкого ковра под ногами был холодный пол, а вместо приглушённого света – яркие лампы, не оставляющие теней, и именно здесь, в этом переходе между видимой частью мира и его внутренней, скрытой стороной, мужчина остановился. Он повернулся к ней, внимательно посмотрел, словно пытаясь окончательно понять, с чем имеет дело, и уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент из-за угла вышла ещё одна сотрудница, быстро, почти на ходу обратившись к нему на своём языке. Он нахмурился, переспросил, и его взгляд, до этого сосредоточенный и решительный, на секунду изменился – в нём появилось сомнение, осторожность, та самая внутренняя пауза, в которой человек вдруг понимает, что ситуация может быть не такой однозначной, как показалось сначала.

– Just a moment… (Секундочку), – произнёс он, уже иначе, мягче, но с заметной дистанцией.

Вероника почувствовала, как внутри что-то холодеет.

– What? – тихо спросила она, не понимая, но уже угадывая, что происходит.

Он не ответил сразу, провёл рукой по бейджу, словно собираясь с мыслями, и только потом произнёс:

– Your husband… he told… – он запнулся, подбирая слова. – He says you are… not well. You can say… not true things. (Ваш муж сказал, что это не хорошо. Вы можете говорить неправду).

Слова прозвучали осторожно, с извиняющей интонацией, но их смысл обрушился на неё резко, без перехода. Вениамин предусмотрел и это, оставил след, подстраховался, предупредив администрацию, что его жена не совсем адекватная и может вести себя странно... Вероника отступила на шаг, не отрывая взгляда от мужчины, и в этот момент стало ясно, что тонкая грань, на которой держалась её надежда, начинает исчезать.

– No… – прошептала она, качая головой. – No, please… it’s not true… (нет, пожалуйста... это неправда...)

Но теперь её слова уже не воспринимались так же, как несколько минут назад. Горничная смотрела на неё с сочувствием, но в этом сочувствии появилась растерянность, неуверенность, как будто она больше не знала, кому верить. Мужчина сделал шаг вперёд.

– We called manager, – сказал он, уже более официально. – Please wait. (Мы позвонили менеджеру. Подождите, пожалуйста).