Читаем Женат онлайн бесплатно
В зале суда нечем дышать. Здесь пахнет пылью, а еще чем-то тяжелым, вроде бремени, наказания и преступлений. Разного рода: против тела, личности, воли.
В нашем случае дело касается сразу всех аспектов.
Благодаря связям и деньгам, нам удалось продвинуть дело, и его рассматривают быстро. Всего пару месяцев прошло с момента, когда меня обвинили в том, чего я никогда в жизни не сделал бы. Еще даже листья не успели распуститься на деревьях, а мы уже сидим здесь.
И не только мы.
Настояв на слушании в присутствии прессы, на присяжных, в зале суда действительно слишком мало кислорода. Стены давят. Стоит гул. Мне все это не нравится, и я бы не так хотел расставаться со своей женой, пусть даже нелюбимой. Я бы хотел, чтобы это было тихо и добровольно, но свою свободу мне приходится буквально выдирать из ее рук.
Анна сидит через проход, как хозяйка положения. Наверно, ей бы хотелось видеть меня в клетке, но этого не произошло, сколько бы усилий она ни приложила. Доказательств ее слов не нашлось. Подозреваю, что к этому тоже приложил руку Кир, который буквально курирует мое дело с характерной для него въедливостью.
Думаю, дело не во мне. Точнее, не совсем во мне. Когда-то его тоже подставили жестко, но он не смог защититься, так что теперь наказывает предателей с особым наслаждением, разгоняя тучи над моей головой. Признаюсь честно, я во всем этом разбираюсь плохо. Работать честно? Это я могу. Строить бизнес? Заключать сделки? Прорабатывать стратегию? Тоже могу, но вот… темные игры? Манипуляции? Шантаж? Я даже взятку никогда не давал, черт возьми! И совершенно не знаю, с какой стороны подступиться.
Для Кира — это его стихия. Он похож на режиссера, который сидит в своем кресле и руководит процессом. Постановка света, актерский состав и их игра — как дирижер, он плавно водит руками и выпускает каждую пешку в нужный момент.
Наше дело — это два перекрестных огня. Анна обвиняет меня в домашнем насилии, я ее в клевете. Но за моей спиной стоят три ангела-хранителя, а еще одна маленькая девочка, которая бережно хранит мое сердце. А за ее только общественность.
Которая очень скоро от нее отвернется.
Это третье слушание по нашему делу. Оно должно стать последним, — Кир загадочно дал такое обещание с утра.
Первые три дня — меня обливали помоями, пока выступала ее сторона. Столько всего наплели… Я, оказывается, буквально силой держал ее рядом! Этакий доморощенный, домашний тиран.
Ну, ничего. Сегодня — наша очередь выступать. Сегодня — я освобожусь, а все то, что Анна делала для обратного эффекта — ударит по ней.
— Защита хотела бы вызвать первого одного свидетеля, — ласково говорит адвокат, которого позвал Венсан.
Его зовут Дмитрий. Он много лет работал в прокуратуре Москвы, а потом плюнул на все и уехал в Европу. Не вдавался в подробности, но, насколько я понял, что-то в его работе сильно разочаровало в какой-то момент.
Он улыбается широко, глядя на двери зала, которые открываются.
Надежда Викторовна выглядит, как и всегда, просто обворожительно. Если ты не знаешь, насколько черная у нее душа на самом деле — примешь за крестную фею. Возможно, она почти и является ей для меня, только привело ее в зал не чистое, искренне желание, а шантаж.
Анна замирает.
Она не понимает, что происходит, хмурится, но, не найдя ответов, бросает взгляд на меня. Он почти умоляющий, и мне почти ее жаль, если бы я мог забыть, как она хотела поступить со мной.
Отворачиваюсь, смотрю на судью. Он пристально следит за тем, как Надежда Викторовна доходит до трибуны. Как в старых добрых фильмах — это небольшое сооружение, микрофон и центр зала.
Надежда Викторовна на миг теряется. Я вижу, что она волнуется, но бросает взгляд на Кира, который поднимает брови, а потом и телефон. Пару раз трясет им с ухмылкой, и женщина сдается — делает шаг, кладет руки на гладкую поверхность и называет свое полное имя.
А потом происходит это…
Правда начинает литься наружу…
— …Вы являетесь подругой Анны Керн?
— Можно и так сказать.
— Как это понимать?
— Я думала, что мы подруги, но после этого вопиющего случая…
— О каком случае вы говорите?
Та театрально вздыхает.
— Обвинить честного мужчину в таком жутком преступлении? Это же просто кошмар! В нашем обществе такое не принято…
Краем глаза замечаю, что Анна хватается за стол до белых пальцев, а Надежда Викторовна вдруг поворачивается и мотает головой.
— Анна, никогда не думала, что ты способна на такой поступок…
Анна хочет ей что-то сказать. Едва ли приличное, кстати, но не успевает издать ни единого звука. Адвокат продолжает задавать вопросы…
— Вы называете супруга Анны Керн, Марата Ильясовича Лазарева — приличным мужчиной, правильно ли я понимаю?
Она с готовностью кивает.
— Конечно! Марат — очень хороший, добрый человек. Он всегда делает крупные пожертвования в различные фонды, а еще готов помочь, если того потребуют обстоятельства.
— Хорошо, хорошо… хм… то есть вы никогда не слышали, что он поднимает руку на Анну?
