Читаем Строгановы онлайн бесплатно
Давайте по порядку. «Император Николай… никогда не подозревал о событии»? И это сказано о правителе, стремившемся к максимальному личному контролю надо всем, происходившем в его государстве? Автор этой книги скорее склонен поверить в то, что Николай Первый умел летать, чем в то, что мимо императора мог пройти брак его любимой дочери… В самом деле – в свете об этом знали, стало быть, знали и в Третьем отделении Собственной Его Императорского Величества канцелярии, созданном Николаем в июле 1826 года. От Третьего отделения и его главноуправляющего графа Алексея Федоровича Орлова не могло укрыться ничего. И разве мог граф утаить от императора известие о браке его дочери? Ай, не смешите! Такого не могло быть, потому что такого не могло быть никогда!
Логика рисует в воображении следующий диалог между дочерью и отцом:
– Я люблю графа Григория Строганова и хочу быть его женой!
– Хм! Раз уж хочешь, то пусть будет по-твоему, но изволь соблюдать приличия и не выставлять свои чувства напоказ!
Согласно официальной версии, Николай Первый о втором браке Марии Николаевны осведомлен не был, а содействовали заключению этого союза наследник престола Александр Николаевич и его супруга Мария Александровна. «Тайное» (кавычки здесь более чем уместны) венчание состоялось в усадьбе подруги и наперсницы Марии Николаевны Татьяны Борисовны Потемкиной, урожденной княжны Голицыной. Усадьба эта находилась не где-то в глуши, а в Гостилицах, близ Ораниенбаума…
«Теперь уже начинают громко говорить о том, что великая княжна Мария Николаевна обвенчана с графом Строгановым, – пишет в своих воспоминаниях один из светских львов того времени князь Дмитрий Александрович Оболенский. – Я слышал об этом еще в прошлом году, в то время, когда свадьба эта действительно совершилась, но не вполне доверял этому слуху, впрочем, сам Строганов вскоре своим поведением убедил меня в справедливости слуха. Он всегда был, что называется, кутила и таскался по всем публичным местам, везде имея приятелей и знакомых; со всеми был на “ты”. Но в год своей женитьбы он, вероятно для отклонений всяких подозрений, вел себя еще распутнее; не было попойки, в которой бы он не участвовал; не было гулянья или танц-класса, в котором бы он не отличался. Говорят, покойный государь не знал об этой свадьбе, что, впрочем, весьма трудно предположить. Не мог он не знать об их любовной связи, и вряд ли решились бы лица, которые обязаны были об этом сказать государю, скрыть от него совершившийся брак. Случайное открытие этой тайны могло бы их уничтожить. Александр Николаевич положительно об этом знал и, говорят, присутствовал при венчании. Татьяна Борисовна Потемкина тоже об этом хлопотала, вероятно, с целью спасти от греха. Что же касается до матери, т. е. императрицы Александры Федоровны, то она действительно о свадьбе не знала, и ей это объявили недавно. Как бы то ни было, а при теперешних обстоятельствах и при наших понятиях о дворе это событие имеет важное значение. Строганов выбран в Полтавскую губернию командиром какого-то вновь формируемого дворянством казачьего полка, отправляется скоро к месту своего назначения.
На то, что покров таинственности вокруг брака великой княжны был условным, намекает и акт, подписанный императором Александром Вторым и императрицей Александрой Федоровной в сентябре 1856 года. «Как второй брачный союз Великой Княгини Марии Николаевны, хотя и получающий ныне по воле Нашей, силу законного, должен, однако же, оставаться без гласности, – говорилось в Акте, – то Ея Императорское Высочество обязывается каждый раз, в случае беременности, удаляться на время родов, от столиц и других мест пребывания Императорской Фамилии. Граф Григорий Строганов может иметь помещение в С[анкт-] Петербургском и загородных дворцах Великой Княгини Марии Николаевны, но не иначе, как по званию причисленного ко Двору Ее [попечителя при Георгии Максимилиановиче]. Он не должен являться с Нею, как супруг Ее, ни в фамильных, ни в иных собраниях Дома или Двора Нашего, а равно и ни в каком публичном месте, и вообще пред свидетелями. Прогулки с Великою Княгинею запросто он может дозволять себе только в собственных садах Ее Высочества: С[анкт-] Петербургском и Сергиевском, но отнюдь не в Петергофском и других Императорских, где они могли бы встречаться с гуляющими или проезжающими и проходящими». Короче говоря, все всё знали, но делали вид, будто никакого «мезальянса» не существует. Да, именно что мезальянса, поскольку великая княжна вышла замуж за человека, предками которого в девятом колене были крестьяне…
«Мария Николаевна беременна и едет со Строгановым, об этой свадьбе хотя официально ничего не объявлено, но уже не делают из этого секрет, в особенности с тех пор, как беременность Марии Николаевны сделалась известной, а сделалась она особенно известною, потому что на балу у английского посланника в Москве ее стало рвать», – пишет князь Оболенский.
