Читаем Строгановы онлайн бесплатно
Первым местом службы Григория Александровича стала Берг-коллегия, которую на современный лад можно было бы назвать министерством горнорудной промышленности. Для владельца железоделательных заводов Берг-коллегия была вполне уместным поприщем, но Григорию более по душе пришлась дипломатическая карьера, которую он начал в 1804 году в должности российского посланника в Мадриде при дворе испанского короля Карла Четвертого. Испания в то время балансировала между Францией и Великобританией. Императору Александру Первому хотелось заключения испано-британского союза, что и должен был обеспечить Григорий Строганов. Карл Четвертый был слабым, а если уж говорить начистоту, то никудышным правителем, передавшим бразды правления в руки своих приближенных. Вторжение французских войск и оккупация ими Мадрида привели в марте 1808 года к замене Карла на его сына Фердинанда Седьмого, которого Наполеон Бонапарт принудил отречься от престола в пользу своего старшего брата Жозефа, принявшего тронное имя Иосиф (Хосе) Первый Наполеон. Тем не менее испанские патриоты продолжали считать Фердинанда своим законным правителем, и таких же взглядов придерживался посол Строганов.
Когда отрекшийся король Карл спросил Строганова о том, как будут развиваться российско-испанские отношения при Фердинанде, посол заверил, что они останутся прежними. Однако, согласно Тильзитскому мирному договору 1807 года, положения которого, конечно же, были известны Григорию Александровичу, Россия и Франция обязывались поддерживать друг друга во всех войнах, как наступательных, так и оборонительных. Из этого автоматически следовало признание Жозефа Бонапарта законным правителем Испании. Но посол Строганов поступил иначе, сделав, если можно так выразиться, ход конем, – он запросил инструкций из Петербурга, прекрасно понимая, что получит их не скоро, и вроде бы как вынужденно – время не терпит! – самовольно признал монаршие права Фердинанда Седьмого. А когда из Петербурга пришли новые верительные грамоты на имя Жозефа, Григорий Александрович их попросту проигнорировал и скрыл.
Подобное поведение можно расценивать двояко. Если принять во внимание, что Жозеф Бонапарт был узурпатором, не имевшим никаких прав на испанский престол, а также вспомнить, чем закончились все «заигрывания» Александра Первого с Наполеоном, то действия российского посланника представляются правильными. Но любой дипломат скажет, что барон Строганов вел себя крайне непрофессионально. Дипломат является связующим звеном между правительствами разных стран, проводником политики своего руководства, но не творцом ее. Дипломат может (и должен) хорошо знать обстановку на месте, но не иметь полного представления об общей обстановке и глобальных планах своего правительства. Образно говоря, дипломат – это рука, а правительство – голова, и негоже руке своевольничать, пытаясь подменять голову.
В августе 1808 года испанцам удалось выбить французов из Мадрида и оттеснить их за реку Эбро, текущую на севере Испании из Кантабрийских гор[62] через Арагонскую равнину[63] к Средиземному морю.
Наполеон Бонапарт не был непогрешимым стратегом, но он умел делать правильные выводы из своих ошибок. В данном случае ошибка заключалась в недостаточности сил, направленных им для завоевания Испании. В октябре месяце французы снова вторглись в пределы Испанского королевства, и на сей раз их было около двухсот пятидесяти тысяч, причем командование армией Наполеон взял на себя. Точный расчет вкупе с быстротой действия обеспечили французам победу. В ноябре 1808 года, когда французские войска приблизились к Мадриду, Григорий Александрович самовольно покинул город. «Мое пребывание здесь и характер отношений, которые я здесь использовал, несовместимы с пустующим троном Испании, – писал он в Петербург. – Я полагаю, что обстоятельства, в которых я нахожусь, заставляют меня следовать приказам моего двора, но я надеюсь, что он не будет настаивать на моем дальнейшем пребывании здесь. Я собираюсь уехать отсюда, как только позволят обстоятельства».
