Читаем Строгановы онлайн бесплатно
По мере взросления Павла его отношения с наставником, по сути заменившим юному графу отца и мать, начали портиться – Павла не устраивал педагогический деспотизм Ромма. Тот стремился создать из своего воспитанника «естественного», то есть идеального человека, изображенного Жаном-Жаком Руссо в его знаменитом трактате «Эмиль, или О воспитании», и упрекал воспитанника в лени, инертности и излишней живости. Доходило до того, что общаться между собой им приходилось с помощью записок, потому что разговаривать не хотелось. Под конец своего пребывания в России Ромм просил Александра Сергевича освободить его от обязанностей воспитателя юного графа. «Господин Граф, я признаю свое бессилие, – писал он своему патрону. – Я чувствую себя абсолютно неспособным достичь даже посредственных успехов на этом тернистом поприще. Опыт более чем семи лет дает мне право признаться в своей полной непригодности. Теперь я жалею о том, что столь долго занимал место возле вашего сына, которое кто-нибудь другой мог заполнить с большей пользой для него и к большему удовлетворению для вас и всех тех, кто заинтересован в его воспитании».
Осенью 1787 года Павел Александрович в сопровождении Жильбера Ромма отправился в заграничное путешествие, которым Александр Сергеевич планировал завершить образование сына. Надо отметить, что, помимо Ромма, в обоих путешествиях, отечественном и заграничном, Павла Строганова в качестве служителя сопровождал крепостной художник Андрей Воронихин, незадолго до отъезда за границу получивший вольную от Александра Сергеевича (молва настойчиво записывала в настоящие отцы Андрею барона Александра Николаевича Строганова). Фамилия Воронихина уже упоминалась выше – он был автором проекта Казанского собора.
Отношения между наставником и воспитанником по-прежнему оставляли желать лучшего, но постепенно начали улучшаться – оба, что называется, притерлись друг к другу. В глазах Павла наставник был тенью его отца, которого сын безгранично уважал, а Ромм со временем смирился с тем, что идеального человека ему воспитать не удастся.
Первую длительную остановку путешественники сделали в Женеве, где к ним присоединился троюродный брат Павла Александровича, барон Григорий Александрович Строганов. Несколько месяцев юные Строгановы изучали в Женеве естественные науки и знакомились с заводским делом, а затем отправились в Овернь, в город Риом, родину Шарля-Жильбера Ромма, которому очень хотелось увидеться с матерью и другими родственниками после долгой разлуки. «Им нельзя не восхищаться, – писала о Павле племянница Ромма Миет Тайан в одном из писем к своей кузине. – В нем престиж высокого положения соединяется со всеми преимуществами физической привлекательности. Он высок, хорошо сложен, имеет веселое и умное лицо, разговаривает живо и с приятным акцентом. Он говорит по-французски гораздо лучше нас. Из иностранного в нем разве только имя и красная военная форма с золотыми аксельбантами. Его пепельно-русые волосы, постриженные на английский манер, курчавятся от природы и доходят до воротника. Подобная прическа очаровательна, она весьма удачно подчеркивает восхитительную свежесть его лица. Все в молодом графе Строганове дышит привлекательностью, вплоть до его уменьшительного имени “Попо”». Также от Миет нам известно о спартанских условиях, в которых стараниями ее дядюшки воспитывался молодой граф: «Стоит ли обладать миллионным состоянием… для того, чтобы жить в столь стесненных условиях, как господин граф. Его воспитание, вместо того чтобы обучить использованию своего богатства, вырабатывает привычку обходиться без него. Воспитанный в суровых условиях, он способен выдержать превратности судьбы, не жалея о том, к чему обычно привыкают богачи. Предназначенный к военной службе, он зачастую должен будет обходиться без самого необходимого, а привыкнув с юных лет к лишениям, будет страдать от них меньше других. Ему не придется отвыкать от перины, чтобы спать на голых досках, поскольку он никогда не знал мягкой постели – последний из солдат спит в лучших условиях, чем господин граф. Господин Ромм утверждает, что благодаря подобному режиму господин граф обладает превосходным здоровьем. Когда он [Ромм] взялся за его [графа] воспитание, тот, как и все дети богатых людей, был весьма слабым, капризным и злым. Он постоянно плакал, требуя исполнять все его прихоти, удовлетворить которые полностью было невозможно. Он был обузой для своего наставника и для окружающих. Терпение и выдающиеся способности господина Ромма позволили устранить все эти мелкие недостатки – характер воспитанника улучшился и здоровье стало совершенным…» Впрочем, из писем той же Миет Тайан известно, что при удобном случае Павел Александрович манкировал указаниями своего строгого наставника. Так, например, на сельском празднике, обнося гостей по поручению Ромма крепкими напитками, Павел тайком выпил полбутылки анисовой водки, и это при том, что ему запрещалось пить даже кофе.
