Читаем СОЛИС онлайн бесплатно
Конечно, когда я стояла там, разрываясь между изумлением и ужасом, первое, о чём я подумала, было то, что если бы только Кенну забрали на жатву сегодня, она была бы ещё жива. Мы бы всё так же мечтали. Я бы проползла с ней через тысячу туннелей с нечистотами и никогда бы её не отпустила. Если бы только...
Но её уже с нами нет. Дюжину новых жертв медленно опустили и выпустили из клетки. Они были сбиты с толку и задыхались, но остались живы. И мне в голову пришла новая мысль. Да, осадки были небольшими и уже испарялись, так что это был не полный успех, но не было никаких сомнений в том, что это был крупный прорыв для СД. Производство такого безвредного дождя, как этот, изменит правила игры для Новой Американской Республики — и всего мира. Если Новая Американская Республика действительно открыла способ получения настоящих осадков, она укрепит своё место в качестве глобальной сверхдержавы.
И это означает… что будет с нами, заключёнными, добывающими этот аквалиний?
Или с Калифорнией, нашим единственным шансом на спасение?
Честно говоря, я больше не надеялась сажать деревья и есть манго в Калифорнии. У меня не осталось никого, с кем я могла бы поделиться этими или другими планами на будущее. Но когда СД разразились победным исполнением гимна, и все разбежались по сторонам, чтобы посмотреть на собирающиеся маленькие лужицы, я заметила Изу — она шлёпала по лужам.
Опять же, дождя было немного, но достаточно, чтобы удивить ребёнка, который так долго мучился от жажды и был заперт здесь в ловушке. Скорее всего, она понятия не имела, что этот дождь может стать ей смертным приговором — что если мы не выберемся отсюда сейчас, у нас может никогда не появиться другого шанса. Итак, именно из-за Изы я присоединилась к плану Лилианы. Иза — вот почему я одними губами произнесла слово «СОЛИС», а затем описала Лилиане все туннели и лазейки, ломая голову над тем, как устроить взрыв.
И сейчас Иза держит меня за руку, когда я стою в очереди на свою смену в шахте. Я прощаюсь с Изой и смотрю, как она идёт с другими детьми убирать офицерскую казарму. Но я вспоминаю её весь день, пока высматриваю, где находятся эти вентиляторы, прикреплённые к тем вонючим трубам, благодаря которые, кажется, нам не дают задохнуться.
Этот безумный план — единственный, благодаря которому у Изы может быть будущее.
Я начинаю разведку, стараясь не слишком зацикливаться на том, что у нас всего несколько дней. Я беру инструменты и обхожу все туннели и лазейки, которые только могу найти. Чем темнее, тем лучше — так меньше любопытных глаз СД. Я нахожу всего несколько вентиляционных труб, и они довольно примитивны. Они сделаны из какого-то непрочного материала, похожего на винил, и, насколько я могу судить, прикреплённые к ним маленькие вентиляторы постоянно жужжат. Но если каким-то образом проколоть трубы, возможно, я смогу "демонтировать" эти вентиляторы или, по крайней мере, перекрыть поток воздуха.
Когда я сообщаю Лилиане эту новость, у неё кружится голова, она хлопает в ладоши и шепчет:
— Да, да!
Я продолжаю говорить ей, что не уверена, сработает ли это вообще. Я достаточно хорошо помню химию, чтобы знать, что метан — это газ без цвета и запаха. Так что на самом деле невозможно узнать, достаточно ли его скопилось для взрыва.
— Пожалуйста, — умоляет Лилиана. — Просто делай всё, что в твоих силах. И верь.
Легче сказать, чем сделать.
В шахту, вероятно, ведёт с полдюжины труб, и там находится столько же офицеров СД. Они бродят вокруг нас примерно каждый час, следя за тем, чтобы мы не отлынивали от работы и забирают собранный аквалиний. Кроме того, сверху шахты скрывается целая команда других офицеров, не говоря уже о других заключённых, с которыми я не хочу неприятностей.
Пытаюсь напомнить себе, что слишком хорошо знаю это место. При необходимости могу перемещаться по этим вонючим туннелям и переходам с завязанными глазами. Иногда, когда становилось плохо от жары и вони или заключённых избивают за "лень", я правда работаю с закрытыми глазами. Только так мне удаётся продолжать и не подвергаться жестокому обращению. Я также знаю, какие из этих скалистых стен самые прочные, а для каких, вероятно, достаточно нескольких ударов — и они разрушатся.
Помню, как несколько месяцев назад обрушился подвал, под которым оказалось двое заключённых. Одна погибла, а другую парализовало. Когда закрываю глаза, то слышу, как камни сначала стонут, а затем падают на тех женщин. Кажется, это были сёстры. Хруст их костей эхом раздавался вокруг нас; их крики достигали неба.
Решаю сначала посмотреть на тот разрушенный участок. Здесь, по крайней мере, я знаю, что людей будет немного. Стены слишком неустойчивы, и даже здешние офицеры СД немного побаиваются этого места. Но за одной из зазубренных каменных глыб я вижу небольшой помятый вентилятор. А от вентилятора к груде обломков тянется серая виниловая трубка.
Да! Я сжимаю кирку и пытаюсь проткнуть трубу. Острие настолько тупое, что практически отскакивает. Со второй попытки кирка выскальзывает у меня из рук и со стуком падает на землю.
