Читаем Сойер онлайн бесплатно
Разозлятся ли мои братья, если я попрошу их о помощи почаще? А если договориться с мисс Кэролайн, чтобы она нянчилась с девочками каждую субботу вечером, чтобы у нас с Авой было «постоянное бронирование»? Мы могли бы кататься верхом. Сходить потанцевать в Рэттлер. Заняться сексом на заднем сиденье машины, валяться у меня в постели. Приготовить вместе ужин. Посмотреть фильм. Съездить в Лаббок в кинотеатр.
Чем больше я об этом думал, тем больше понимал: мы с Авой провели кучу времени в постели, попробовали почти всё, что можно. Но я почти ничего не знал о её семье. Как она стала баррел-рейсером? Почему потом перешла к тренерской работе? Почему назвала дочку Джун? Какой у неё любимый цвет? Любимый фильм?
Не помню, когда в последний раз я задавал кому-то такие вопросы. Кажется, последние три с половиной года я был по уши погребён в отцовстве. Теперь я наконец-то могу вынырнуть на поверхность — впервые снова почувствовать вкус свободы. И, чёрт возьми, это чертовски приятно.
Трудная часть осталась позади. Всё хорошее — впереди.
— Серьёзно, я не понимаю, как ты до сих пор не женат. Или правильнее сказать — не замужем? — Ава вытирает рот салфеткой. — Ты шикарно готовишь. Ты король «утки-гусей». И ты выглядишь чертовски сексуально в любых шляпах.
Я трогаю край своей шляпы Stetson.
— Благодарю вас, мисс Бартлетт. И, знаешь, я был немного занят воспитанием Эллы в одиночку. Её мама особо не участвует в её жизни, так что...
Пламя отражается на лице Авы, когда она тянется к бутылке и наполняет нам бокалы.
— Ты готов об этом поговорить? Я прекрасно пойму, если тебе некомфортно делиться такими вещами, но если нужно — я здесь. Могу выслушать.
Я делаю глоток вина и облизываю губы. Уайатт, надо признать, в этом разбирается — вино действительно вкусное, насыщенное, но не слишком сладкое. И лёгкое опьянение мне определённо нравится.
Со стоном я вытягиваюсь на боку, вытянув ноги к костру. Его тепло приятно поднимается по моим ногам.
— Так это та часть вечера, когда мы делимся друг с другом тем, о чём никому никогда не рассказывали?
— Я за, если ты за.
— Как тебе удаётся так просто... — я вздыхаю, —...погружаться в это?
Она смеётся.
— Погружаться куда?
— Ты без всяких проблем обращаешься к своему внутреннему ребёнку. Ты можешь быть лёгкой, можешь быть мягкой. Ты не боишься прошлого, правды, так, как боюсь я. Мне тяжело быть уязвимым.
В глазах Авы появляется задумчивый блеск, когда она вглядывается в мои.
— Уже то, что ты можешь это признать, говорит о том, что ты не так уж и боишься. Но на самом деле, не недооценивай себя. Как родители, мы привыкли быть отличниками — как ты сам сказал. Нам внушают, что чем больше мы делаем, тем лучше будет нашим детям. И сложно вырваться из этого режима вечной гонки и выполнения задач. Стать машиной для решения проблем.
Я усмехаюсь.
— Такое ощущение, что это всё, чем я занимаюсь: решаю задачи. С того момента, как открываю глаза утром, до того момента, как падаю в кровать ночью — я только и делаю, что вычёркиваю пункты из бесконечного списка в голове. Так было с тех пор, как умерли мои родители. Если постоянно занят, некогда задумываться, знаешь?
— Ах, Сойер, — она берёт меня за руку. — Как ты сам сказал, это твой способ справляться. Постарайся не корить себя слишком сильно.
— Но ведь это не здоровый способ. Рационально я это понимаю. Но сложно выйти из режима «надо всё успеть» и разобраться со своим грузом, когда дома живёт маленький ребёнок.
Ава понимающе кивает.
— Как родители, у нас просто нет выбора. Делать нужно многое. Но я понимаю, о чём ты. Легко потерять себя в бесконечной суете. Я довольно рано поняла, что если я всё время только делаю-делаю-делаю, то да, я ужасно продуктивна, но при этом раздражительная, озлобленная и просто... несчастная. Поэтому я стараюсь быть чуть менее продуктивной и чуть более спонтанной. Чуть более весёлой. Только так я сохраняю здравый рассудок.
— Вот, — я снова отпиваю вино. — Ты умеешь позволить себе получать удовольствие. Без терзаний.
— О, терзания были. Из-за этого я, собственно, и развелась.
У меня внутри что-то обрывается. По её рассказам я уже догадался, что её бывший сильно поспособствовал тому, что ей пришлось зарыть свою настоящую сущность.
— Мне жаль.
Ава смотрит на огонь и тяжело выдыхает.
— Долгая история. Я пойму, если ты не хочешь слушать, — она бросает на меня взгляд.
Я тщательно подбираю слова.
— Я хотел узнать её с самой первой нашей встречи. Я готов.
Её лицо смягчается.
— Почему ты такой хороший?
— Потому что ты учишь меня получать удовольствие от жизни. А это делает меня счастливым. А счастье делает меня отличным слушателем. Говори.
Она улыбается и слегка толкает меня в плечо.
— Не уверена, что вижу здесь логическую цепочку...
— Ну да, — я улыбаюсь, как идиот, и мне плевать. — Когда ты рядом, у меня мозги временами просто отказывают.
— Не знала, что у меня есть такая сила.
— О, красавица, ты прекрасно об этом знаешь.
В её глазах появляется какое-то странное выражение. Ей не нужно спрашивать, действительно ли я хочу услышать её историю. Она знает, что хочу.
