Читаем Серпентарий онлайн бесплатно

Нура заползла под одеяло, повернувшись спиной к Уроборосу. Виновна была то ли усталость, то ли остаточное действие препарата, но сон настиг почти мгновенно.

Глава 25. Доброе утро

ЗМЕЙ

Если бы у Уробороса был выбор, как просыпаться, он однозначно выбрал бы именно сегодняшний способ. Протяжные постанывания Пташки — сладкие песни, почти такие же сладкие, как аромат ее возбуждения, дразнящий нос, а особенно язык. На его кончиках затрепетал вкус Нуры, который Уроборос слишком хорошо запомнил с тех пор, как вылизал ее дочиста, пока она кончала на его лице.

— Пожалуйста… — Пташка почти хныкала, чуть выгибаясь. Русые волосы разметались по подушкам, ее запах пропитал воздух, она словно заняла все пространство, не давая даже шанса не поддаться искушению прижаться к ней.

Уроборос приподнялся, рассеянно размышляя, что ей снилось. Что так возбудило Нуру? Может, это был просто какой-то безликий умелый любовник? А может… Тайпан? Рычание прорезало воздух, а Уроборос сжал зубы, вжимая язык в змеиные клыки у неба. Не хватало еще с утра выпустить кисловато-горький яд.

Пытаясь отогнать навязчивые мысли, пропитанные жгучей ревностью, Уроборос придвинулся ближе и осторожно опустил ладонь на шею Нуры, туда, где пульсировала венка. В конечном итоге не так важно, кто ей снится, важно то, кто будет ласкать ее наяву. Рука соскользнула по ключицам вниз, к вздымающейся груди. Уроборос бережно смял ее, наслаждаясь мягкостью. Большой палец нащупал затвердевший сосок, нежно поглаживая его.

Пташка хныкала и изгибалась, шевеля ногами так, что одеяло начинало сползать, сбиваясь где-то внизу. Похоже, сейчас она наслаждалась страстной грезой. Что ж, тем приятнее ей должно стать, когда сон превратится в реальность. Уроборос заскользил вниз по ее телу, цепляя край собственной футболки, пропитавшейся теперь ароматом Нуры. Ткань поползла вверх, обнажая соблазнительные округлые изгибы Пташки. Они словно умоляли коснуться их, стиснуть, облизать…

Уроборос прикусил щеку, стараясь сдержать стон. Он не хотел, чтобы Нура проснулась раньше положенного. Не сейчас, но… Искушение было слишком велико, он наклонился и обхватил губами манящий розовый сосок, посасывая его и проводя по нему языком. Комната наполнилась песнями Пташки, ресницы ее подрагивали, будто чарующие графитовые глаза вот-вот распахнутся. Стоило поторопиться и перейти к действиям.

Пальцы уже покалывало от желания ощутить нежную плоть, и Уроборос поспешил утолить хотя бы эту небольшую жажду. На сей раз он не сдержал протяжного стона, наконец прикасаясь к чувствительному месту между ног Пташки. Рот раскрылся, чтобы лучше различить ее аромат, позволяя ему вливаться в легкие с каждой новой порцией кислорода.

Члены выдвинулись и уперлись в бедро Нуры. Уроборос хотел бы утолить голод по своей паре, если бы та не казалась ему слишком хрупкой, слишком чистой. Она еще не была готова к греху, к которому ее подталкивал Змей.

Он жадно обводил взглядом распростертую перед ним Нуру: она неосознанно раздвинула ноги, задранная футболка открыла вид на все ее прелести, и одна из грудей блестела после ласки Уробороса.

Пташка прерывисто дышала, глядя сквозь приоткрытые веки. Она проснулась, но по какой-то причине не спешила отталкивать своего Змея. Он не сдержал улыбки, обводя пальцами клитор и вызывая все новые сладострастные песни.

— Ты такая горячая, — хрипло проговорил Уроборос, ловя сонный взгляд серебряных глаз.

Нура задышала чаще, выгнувшись навстречу его руке. Он вжался пахом в ее бедро, медленно вводя палец внутрь. В пространстве задрожал вскрик, а под рукой затрепетала Пташка. Она почти сразу двинула тазом, позволяя пальцу войти глубже, и протяжно застонала, когда Уроборос прижал другой к клитору.

— Ты ведь хочешь кончить с моими пальцами внутри? — Голос его почти осип от возбуждения.

— Пожалуйста, — выдохнула Нура, впиваясь в простыни.

— Не так быстро, Пташка. — Он ощерился, настойчиво толкаясь внутрь, чувствуя, реакцию ее тела, и вытащил пальцы, поднеся их к губам Нуры. — Покажи, как сильно ты нуждаешься в них…

Она замешкалась лишь на мгновение. Уроборос зарычал, наслаждаясь теплом чужого рта. Маленький язычок всего с одним округлым кончиком водил по его коже…

— Ну же, Пташка, постарайся, постарайся.

Нура застонала, посасывая пальцы Уробороса и довольно причмокивая.

— Умница, — оценил он, пытаясь сохранить самообладание и не навалиться сверху, толкаясь в нее членами. Вместо этого Уроборос положил ладонь между ее бедер, проникая внутрь влажными пальцами.