Читаем Серпентарий онлайн бесплатно
Лай затих. Вероятно, сосед с собакой скрылись в своей квартире, оснащенной шумоизоляцией. В этом доме она была куда лучше, чем в домах нагов. Однако заснуть снова не выходило, да и не нужно было. Уроборос никогда не нуждался в продолжительном сне, как и многие Иные.
Он резко сел в кровати и откинул одеяло. Пора было браться за работу, чтобы успеть и к Пташке…
Воспоминание о ней осталось на языке медовым привкусом, отгоняя горечь печали после сна. Было бы лучше, окажись она здесь. Если бы распахнула свои объятия, если бы позволила прижаться к ней…
Уроборос задумчиво посмотрел на постель. Как бы тут смотрелась Нура? О, просто великолепно. Желание разложить ее на собственной кровати усиливалось, возбуждение растекалось по телу.
— Возьми себя в руки, ублюдок, — рыкнул он самому себе.
Мысли о Пташке преследовали его постоянно. Он не упускал ни единой возможности навестить ее. Отрицать усиливающуюся одержимость ею было бы глупо. Уроборос следовал за ней по пятам, стал ее тенью.
В тот день, когда Нура упорхнула из квартиры сестры, он наведался туда, убеждая себя, что просто должен проверить. На самом деле это оправдание для навязчивой идеи прихватить что-то, что принадлежит ей. Возможно, Пташка что-то забыла, и Уроборос просто заберет ее вещицу. Нечто, чего касались ее руки. Нечто, что хранит ее запах. Но Нура забрала с собой все, только ее аромат еще витал в воздухе легким отголоском.
Тогда Уроборос ходил по опустевшим комнатам, изучая их. Пташка прихватила с собой записку, но бросила букет. Ничего. Подарить ей еще один или даже сотню не проблема. Заметив, что блинчиков, которые он приготовил, поубавилось, Уроборос усмехнулся. Он прошел дальше в спальню, тут же обнаружив осколки зеркала, и остановился, тихо поскуливая от внезапно обрушившегося удовлетворения.
Пташка нашла его укрытие.
Не зная о тайниках квартиры, она нашла его. Не поняла или не захотела понимать, как можно отодвинуть зеркало в сторону, но все же. Она нашла место, где прятался Уроборос. И это почему-то доставляло наслаждение.
Не Кея должна была узнать его личность, а Нура. Он хотел быть пойманным ею. Но еще больше хотел бы поймать ее сам. Поймать и заставить стонать от удовольствия, чтобы слушать эту песню Пташки настолько долго, насколько возможно.
Уже тогда Уроборос знал, где искать Нуру. Ее новое гнездышко находилось не на территории Аспидов. Это было к лучшему. Не придется снова манипулировать охранником, заставляя его подчиняться чужим приказам. Если его захочет допросить сам Аспид, он точно сможет вытянуть скрытое. Впрочем, едва ли ему это что-то даст…
В тот вечер Уроборос навестил Пташку на новом месте впервые. Он видел, как она бродила у окон, ожидая увидеть его фигуру, очерченную светом молний. Нура выглядела беззащитной, но при этом смелой. Двойственность ее натуры поражала и лишь разжигала любопытство.
Уроборос скрылся тогда в тенях, чтобы принести к гнезду своей Пташки новый букет и записку. Интересно, коллекционирует ли она его послания? Он надеялся, что да.
— Богиня, о чем я думаю, — сокрушенно прошептал Уроборос, умываясь ледяной водой. Ему бы сосредоточиться на делах, а не на этом… Но он не мог… Не мог перестать думать о Нуре.
Если он не мог коснуться ее по-настоящему, то хотел касаться хотя бы мысленно. Поэтому снова и снова прокручивал каждый момент с ней.
* * *
Вчера любопытная Пташка получила предостережение. Уроборос понимал, что если задержится с ней слишком долго, то точно совершит какую-нибудь глупость. Потому он сбежал, как только показал часть информации…
Уроборос знал, что поблизости Бумсланг. В этом и был план. Безэмоциональный и надежный Жнец не стал бы приставать к Нуре. Он джентльмен, который не убивает без приказа. А приказа не поступило. Так что в том, что Минох доставит Пташку в ее гнездышко, Уроборос не сомневался.
Сомневался он лишь в себе самом. В своей дикой натуре, легко поддающейся искушениям. И не зря…
Уже скоро он все же заявился к Нуре. Стоял у двери в ее ванную и представлял обнаженное тело в дымке пара и пузырьках пены, стекающей по идеальным бедрам. Он готов был выть и умолять дать ему хотя бы увидеть Пташку, но позволил себе лишь постучать. Глупая надежда, что она впустит его. Впустит в свою ванную. Впустит в свое сердце.
Как только она крикнула проваливать, Уроборос подчинился, как верный пес. Он мог бы стать им. Лежать у ее ног должно быть приятно… Мысли о Пташке не покидали. Они разъедали его вместе с привязанностью, которая тянула обратно.
Ему все еще было мало ее.
Мучительная обсессия едва ли могла быть нормой даже у Иных. Сломанный мальчик рыдал, упрашивая вернуться к Нуре, чтобы почувствовать ее тепло. С клыков змея тек яд, его шипение приказывало вернуться к Пташке и оплести ее кольцами.
Уговори ее быть с нами.
Заставь ее быть с нами.
Уроборос бродил вокруг дома, впиваясь пальцами в руки, испещренные татуировками. Мантры не успокаивали. Раз за разом он сбивался. Плотная ночь густела, и чем темнее становилось, тем порочнее становились желания.
