Читаем Пташка Барса (СИ) онлайн бесплатно

Я ловлю их фразы. Про цены, ставки, график оплат. Стараясь записать всё это чётко.

Но судя по моим каракулям – я скорее демона вызову, чем Самойлову прочитаю, что они тут обсуждали.

Я тихо сглатываю, игнорируя жар ладони Барса. Блокнот уже в полосах – стрелки, проценты, слова, которые мне ещё придётся расшифровывать, когда пальцы перестанут быть чужими.

И в какой-то момент мне удаётся поймать ритм их речи. Она становится музыкой: сроки – цены – залог – маршрут – контроль – банк.

Я всеми силами пытаюсь абстрагироваться от близости мужчины. Прикусываю губу – сильно, до пульса, чтобы отвлечь мозг на понятную боль «здесь и сейчас».

Губа откликается жарким стуком, и я цепляюсь за этот ритм. Ладонь Барса тяжёлая, уверенная, давит через ткань, как печать, но у меня получается отвлечься.

Делаю глубокий вдох и тянусь к стакану. Холодная вода тушит внутренний пожар.

Я выдыхаю. Становится немного легче, в голове проясняется. Тело прекращает сжиматься в болезненных спазмах.

Строки становятся чище, почерк – ровнее. Внутри ещё трясёт, но уже управляемо, как дрожь в коленях перед выходом на сцену.

Тянусь за стаканом, делаю очередной глоток, и едва не давлюсь, когда пальцы Барса приходят в движение.

Мужчина не просто двигает ладонь, он смещает её. Продвигает дальше, до моего лона.

Кончиками пальцев давит на шов брюк, заставляя подпрыгнуть на месте. Мигом, как молнией, проходит по телу тонкий электрический звон.

Внизу живота, будто кто‑то щёлкнул выключателем, разливается горячая, искристая волна.

Пластик ручки трещит у меня в пальцах, чернила оставляют чёрную кляксу на бумаге. Я на секунду забываю, как вообще пишут!

Меня бросает то в жар, то в холод. В комнате заканчивается кислород. Дышать трудно – воздух густой, тёплый, пахнет табаком и парфюмом Барса.

– Минуту, – бурчит Самойлов, когда его телефон начинает звонить. – Что?.. Блядь… Как вы это допустили?! Сейчас. Я выйду на минуту.

Мужчина поднимается и выходит, закрывая за собой дверь, и хлопок отрезает нас от остального мира.

Оставляя Барс и меня наедине.

Страх разливается по крови мгновенно, нашёптывая, что мужчина может сделать со мной.

– Хватит, – я вздрагиваю и пытаюсь отодвинуться, опираясь ладонями о край дивана. – Убери руку.

– Иначе что?

Барс наклоняется ближе. Он по‑прежнему выше – даже сидя. Плечи широкие, тень от них падает на мой блокнот.

– Теперь мы вдвоём, пташка, – цокает он языком. – И я могу вернуться к тому, чего хотел изначально.

– Я… – голос дрожит, но я заставляю себя говорить. – Я на работе. Мне работать надо.

– Отрабатывать свой косяк в камере ты не спешила, – скалится Барс. – Так что придётся сейчас.

– Нет… Я… Прекрати. Я сейчас помощница Самойлова!

– И каким боком это меня ебать должно?

Я на секунду осекаюсь, не найдя ответа. Ведь на это я и надеялась! Что работа с Самойловым сможет меня защитить.

Это казалось идеальным планом! А по факту – вся защита осыпается крошка под напором Барса.

Я чувствую липкую панику на языке, стараюсь проглотить её, но лишь давлюсь воздухом.

– Потому что… – я судорожно ищу ответ. – Это ведь и тебе выгодно. Да!

– Да ты что?

– Ага. Смотри. Я помощница. Я тут, между прочим, записываю всё важное. Чтоб Самойлов не забыл, не передумал и не отыграл назад. А ты мне мешаешь. Я, конечно, женщина мультизадачная, но у меня только две руки. Одной я пишу, второй держу блокнот, третьей – которой у меня, сюрприз, нет, – я должна отражать твои… Э‑э… Попытки нарушить служебный регламент. И тогда я не запишу. И Самойлов может что-то перепутать. А разве тебе ещё надо?

Барс смотрит на меня несколько секунд, а после разражается громким, хриплым смехом.

Он запрокидывает голову, и кадык дёргается вверх-вниз. Свет цепляется за скулы, режет их ещё острее.

Я сжимаюсь. От этого звука холодок бежит по позвоночнику. Потому что даже смеясь Барс выглядит угрожающим.

Он обрывает смех резко. Смотрит на меня прищурившись. И от этого взгляда мне точно не по себе.

Ладонь мужчины внезапно ложится мне на затылок. Он тянет меня ближе, и расстояние между нами схлопывается.

Даже наше дыхание смешивается – настолько мы близко. И от этого в груди фихри поднимаются, превращаясь в ураган.

Вторая рука мужчины скользит ниже по моей промежности, и у меня внутри всё дёргается, как от статического разряда.

Чужая близость прошибает меня. Заставляет каждую клеточку перейти в режим вибрации.

Касания Барса настойчивые, сильные. Он давит, вызывая у меня реакцию. Бёдра подрагивают, их сводит спазмом.

– Стой, – шепчу, и голос получается слишком тихим. – Границы.

– Границы устанавливаю я, пташка.

Барс к чертям уничтожает остатки пространства между нами. Его рот накрывает мой.

Губы вспыхивают мгновенно, как будто их коснулась спичка. Сжимаю губы в сопротивлении.

Но это не мешает Барсу. Он целует сильнее, жёстче. Его губы терзают меня, вызывая странные колыхания в груди.

Всё внутри сжимается, напрягается, сердце начинает колотиться, как сумасшедшее. Я задыхаюсь.

Барс рычит. Я чувствую, как его язык давит, ломится внутрь. Его рука медленно скользит между моих ног.