Читаем Охранитель онлайн бесплатно
— Да, пулю необходимо извлечь, — чувствуя, что силы меня покидают, прошептал я и глаза закрыл.
Дальнейшие события проходили в бреду, иначе таких видений никак не объяснить, да и то вперемежку с провалами в памяти. Профессор о чем-то переговорил с императрицей, причем они даже стали спорить, а потом Ольга Николаевна что-то резкое сказала, и Семен Иванович сдался. Через какое-то время в комнату принесли ворох бинтов и тазик с горячей водой, меня с помощью двух гвардейцев переложили на живот (очень осторожно), вкололи какой-то наркотик (морфин, вроде бы о нем разговор шел), и профессор приступил к извлечению пули. Но ассистентом ему выступила Ольга Николаевна, что само по себе свидетельствовало о качественном наркотике, мне вколотом. Инструменты (нож, пинцет и еще что-то) прокаливали прямо в комнате, на огне от обычной лампадки. Интересно, они не нашли возможности нормально инструменты продезинфицировать? Боли не чувствовал, но время от времени проваливался в темноту, и самым страшным в тот момент было понимание, что очнуться могу в своем мире. Странно, но я как-то проникся этим временем и уходить никуда не желал. А в горы и отыскать место, где меня аксакал «отблагодарил», в прямом и хорошем смысле этого слова, хочу. Для чего? А сам не знаю.
В какой момент времени полностью выпал из реальности? Скорее всего, когда профессор извлек пулю и, от души полив спиртом, заштопывал рану. Хотя нет, это помню, особенно как радостно воскликнула императрица и показала мне окровавленный, немного сплющенный свинец, держа его пинцетом. Ольга Николаевна уже в крови перепачкалась, не побоялась руки замарать. Вот после этого она меня с Семеном Ивановичем и стала переворачивать набок. Правда, для чего — так и не понял. Рану-то лучше не тревожить.
Проснулся от того, что кто-то настойчиво мне в рот пихает бульон, да еще и приговаривает:
— Голубчик, сударь, скушай супчик, он полезен.
— Воды, — хрипло ответил, открывая глаза и непроизвольно глотая бульон.
Пожилая служанка ловко воспользовалась тем, что я зубы разжал, и ложку мне в рот пихнула. От неожиданности проглотил, и, нужно признать, супчик неплох.
— Еще ложечку? — ласково произнесла служанка.
— Не… — вновь попался я на «удочку», когда отрицательно ответить хотел.
— Вот и молодец, умничка! А хочешь сказку?
Ха, два раза на ее «удочку» попался, она рассчитывает меня еще раз поймать? Отрицательно качнул головой.
— Ванечка, тебя могу так называть? Все же тебе в бабушки гожусь, — говорит служанка, а сама у моего рта ложку держит. — Что ж ты молчишь? Тебе сил надоть набираться. Скушай еще бульончика.
Хоть и хочу воды, обычной, да холодной, что аж зубы сводит, но решил служанку уважить. А если честно, то знаю я таких настойчивых: нервы целее будут, она ведь своего все равно добьется. Съел я ее бульон, а за это мне дали полстакана воды, правда после того, как я категорически от морса отказался. После чего провалился в сон. Подозреваю, сонный порошок подмешали. Раны-то болят, и просто так хрен бы уснул, да и вопросов к профессору прилично накопилось. Так продолжалось несколько дней, очнулся — меня кормят, словно дите неразумное, после чего в сон проваливаюсь. Догадался, что Семен Иванович выбрал такой путь восстановления, и, как ни странно, принял его методу. В очередной раз вместо служанки-няньки увидел сидящего перед собой профессора.
— Очнулись, голубчик, — улыбнулся он мне и нервно по бороде рукой провел.
— Ага, пить, если можно, — попросил я.
Семен Иванович выдал мне стакан воды (до краев наполненный), я его взял и без чьей-либо помощи выпил. Слабость большая, раны чуть ноют. Пошевелил пальцами на ногах и облегченно выдохнул. Руки и ноги слушаются! А слабость уйдет, правда, форму опять придется набирать, но это не в первый и, подозреваю, не в последний раз.
— Скажи, а кто я такой, помнишь? — осторожно уточнил профессор, вновь взявшись за бородку.
— Семен Иванович, я все помню. Как там Сережа?
— Мальчик-то? — профессор посмурнел. — Плохо, сгорает ребенок, и лечение ему не слишком помогает.
— А ваши изыскания по антибиотику?
— Иван, видишь ли, я разрываюсь между больными, на лабораторию почти не остается времени, но несколько заготовок сделал в тот же день, как мы с тобой заключили соглашение, — ответил профессор.
— Осталось синтезировать?
— Да, совершенно верно, там несколько вариантов, — задумчиво огладил бородку доктор, а потом пенсне снял и стал тереть стекла.
— Поехали, — присел я на кровать.
— Да куда тебе! Лежи и сил набирайся, сам сделаю и результат привезу, — махнул он на меня рукой. — Раны твои затянулись, регенерация организма поразительная, доводилось такую встречать, но сил-то у тебя мало.
