Читаем Охранитель онлайн бесплатно
— Скажи что-нибудь, — попросила тетка, к которой подошли еще пара женщин и пялились на меня как на диковинку.
— Ребра поломали, а удой у вас знатный, — осторожно ответил.
Бабы всплеснули руками и принялись громко обсуждать какого-то дурачка местного. Из их монолога, друг дружку они не слушали, пришел к выводу, что местный божий человек — это я. Обижать такого грех, но местные парни всячески над убогим издевались и отводили душу. В таком состоянии видеть им меня не впервой, но кроме мычания ничего от меня не ждали.
— Чего раскудахтались? — прикрикнул на баб Михус. — Радость у Макара и Лидии — младшенький в себя пришел. Давайте его на телегу и до дому везите, сам-то он не дойдет.
Мне помогли загрузиться в телегу, где в окружении кувшинов с молоком и повезли в сторону села. К этому времени я уже начинал подозревать, что приключилась какая-то хрень с моим сознанием, и по всей видимости, каким-то невиданным путем произошел перенос этого сознания. Неужели тот старый аксакал так меня отблагодарил? Холодный пот прошиб: слишком все реально. Тем не менее, ущипнул свою ногу — больно. Идущие рядом с телегой доярки наперебой обменивались мнениями по данному «чуду». Семнадцать годков парень ходил неприкаянный, вроде что-то понимал, но блаженному поручали набрать воды да хвороста из лесу притащить. Пока никак не мог определиться, какой год, но явно не современный. Радовало одно: где-то в центральной России нахожусь, но пока еще до конца не могу поверить в реальность происходящего. Время от времени я косился на дорогу, стараясь разглядеть следы протекторов от автомобилей, но их не было. На розыгрыш это никак не походило, да и я все время забывал, что тело-то не родное. Кстати, мышцы почти отсутствовали, были одни сухожилья да кости. От тряски (и как только молоко не сбивается?) голова стала кружиться, сознание меркло. Расчет, что опять услышу голос врачей и окажусь на операционном столе или в палате больницы, не оправдался. Сознание терял, но новых видений не происходило.
Привезли меня к плетеному забору, через прутья виднелись деревья, в окружении которых стоял дом с соломенной крышей. По двору прогуливались куры и утки, хрюкал поросенок, лениво брехала собака, рядом с нею развалился кот, ни на что не реагируя.
— Лидка! Твово малахольного привезли! Опять его пацаны отметелили! — крикнула одна из баб во все горло.
От такого крика я на миг оглох, а ее товаркам не привыкать, даже разговоры не смолкли.
Из калитки вышла женщина и, отряхивая руки от земли, направилась к телеге.
— Жив? — с непонятной интонацией спросила она.
— И даже говорит! — ответили ей бабы хором.
Женщина споткнулась и недоуменно на меня посмотрела, а потом робко и с надеждой спросила:
— Иван?
— Да, — ответил я ей и поморщился.
— Макар! Иди сюда! — заорала Лидия, не уступив по громкости той бабе, которая ее вызывала.
Мужик, вероятно являющийся моим отцом, явился на крик. Картуз на голове, красная рубаха навыпуск, шаровары заправлены в сапоги. Н-да, на улице жара, а он в кирзачах. Макар пару вопросов бабам задал, скользнул взглядом по моему избитому лицу, а потом помог встать и чуть ли не волоком оттащил в дом. Досталось мне сильно — пока шли, сознание пару раз терял, по сторонам не смотрел, только под ноги, анализировать и то не пытался, не до того. Макар положил меня на кровать и стал что-то спрашивать, но ответить я не смог, глаза закрылись — и провалился в сон, сил нет совсем.
Очнулся от криков петухов, в маленькое окошко пробивался свет, и стало можно осмотреться. В комнатке стоял стул, кровать и имелась пара вбитых гвоздей, на которых висела одежда. Тело болело, ребра нужно было перебинтовать. Этим и занялся в первую очередь. Странно, но меня врачевать никто не пытался, как не озаботились и о еде. Перетянул грудину, всю в гематомах, простыней и потер висок. Пора прийти к каким-то определенным выводам, а делать их очень не хочется. Особенно поражало то, что увидел в окошко. Так реконструировать деревенский быт невозможно, если не ввалить пару миллионов в подобное развлечение.
Оделся и осторожно направился на улицу. Прошел по участку, отыскал кадку с водой, из которой умылся, и полюбовался на собственное отражение. Хм, лицо опухло так, что мое ли оно — сказать невозможно, но волосы явно принадлежали другому человеку. Мало того что мой «ежик» сантиметров на двадцать был короче, так еще тут и ни одной седой волосинки.
— Ваня, ты как? За хворостом пойдешь? — прозвучал голос Макара.
— Так дров-то достаточно, — кивнул я на сложенные поленницы и лежащие рядом с ними горы хвороста. — Это все я натаскал?
— И вправду говорит, — удивился Макар и поцокал языком.
Хм, а он ведь играет, неискушенно: глаза-то отвел и губы поджал. Макар снял картуз, пригладил волосы, хмыкнул и кивнул в сторону лавки:
— Посидим, покурим.
— Давай, — согласился я.
В свое время я покуривал, имелась такая дурная привычка, но бросил.
