Читаем Лечея онлайн бесплатно

- Я же говорю, что слышу, как он вздыхает и по комнате ногами шаркает! А потом и того хуже - чувствую сквозь сон, как он ко мне в постель ложится, и до утра не уходит... - в голосе конопатой девицы чувствовался нескрываемый испуг. - Холодный, противный, меня прям воротит!, но я даже пошевелиться не могу, и очнуться не в состоянии. И так уже третью ночь! Утром еле встаю, сил никаких нет, знобит, да и чувствую себя так, словно всю ночь грядки на огороде копала. С трудом в себя прихожу, и все время спать хочется, а как глаза закрою, так все и вспоминается, меня едва не корёжит... Хоть домой не приходи! Страшно...

- Неудивительно... - вообще-то мне к этому времени уже стало понятно, что стряслось с этой особой, но все же следовало окончательно удостовериться. - Протяни ко мне ладони.

- Я уж и плакала, и ругалась, и просила его убраться, но все без толку... - всхлипывая, продолжала девица, глядя на то, как я держу свои ладони над ее подрагивающими руками. - Я бы даже сама куда-то ушла, или к родне в деревню уехала, только боюсь, что он за мной увяжется!

- Правильно боишься... - согласилась я. - Что, с подружками на женихов гадали?

- Даа...

- У тебя дома?

- Ага.

- Духов вызывали?

- Нууу...

- Можешь опустить руки... - вздохнула я. - Уж не знаю, как вы там гадали и какого духа вызывали, но назад отправить его не смогли. Вот он в твоем доме и остался.

- С чего это?.. - растерянно произнесла девица. - Мы ж не первый раз гадаем, и никогда ничего такого не случалось...

- Когда в этот раз гадали?

- Четыре дня назад.

- А ну-ка вспомни, что было четыре дня назад.

- Да вроде ничего такого не припоминаю, все как обычно.

- Четыре дня назад полнолуние было... - пояснила я. - Время разгула темных сил. Чтоб в такую ночь гадать и призывать духов - для этого надо головы на плечах не иметь.

- Ой, а мы об этом забыли... - ахнула девица. - О полнолунии... А оно, и верно, в ту ночь было...

- Забыли, говоришь? Вот и имеешь то, что имеешь.

- Так что же мне теперь делать? - чуть ли не рыдала та. - Если кто из церковников об этом узнает... Или родители... Ох, что будет!

- Да уж ничего хорошего... - согласилась я. - Не реви, только сырости мне здесь еще не хватало! Значит, поступишь так: сейчас же идешь домой, берешь корзину побольше, и отправляешься за городскую стену. Там в полях, где не распахано, ищи зверобой. В пролески загляни, у дорог его тоже растет немало. Собери, сколько сможешь, и хорошо бы набрать полную корзинку...

- А зачем?

- Затем, что зверобой обладает такой мощью, что его даже потусторонние силы боятся, а это именно то, что тебе сейчас нужно.

- А может, у тебя в лавке можно зверобой купить?.. - с надеждой поинтересовалась девица. Понятно, что ей не хочется тратить время на поиски зверобоя, да и пройти придется немало, так что проще купить, и, как говорится, не надрываться лишний раз. Ничего голубушка, пробежишься, тебе полезно, в следующий раз подумаешь, стоит ли заниматься глупостями.

- Купить можно... - согласилась я. - Хоть сейчас тебе продам, причем весь, что имеется. Только он у меня сушеный, а тебе лучше бы свежей травы набрать, и чем больше ты ее соберешь, тем лучше.

- Ну, наберу я зверобоя, а что делать дальше?.. - со вздохом спросила девчонка.

- Рассыплешь собранную траву вдоль стен по всему дому, а главное, уложи ее вокруг своей кровати, по кругу. Надеюсь, это поможет.

- А потом?

- Через несколько дней священника позови - пусть он тебе дом святой водой окропит, а заодно и освятит.

- И все? Больше этого, ну, который приходит... Его не будет?

- Думаю, да.

- А если...

- Тогда снова приходи сюда, хотя если все сделаешь так, как я сказала, то нашей новой встречи не понадобится. И прими добрый совет на будущее: не вздумай больше вызывать духов, такие дела могут плохо закончиться. Это как с огнем играть - можно так обжечься, что не спасешься.

- Не... - затрясла головой девица. - Ни в жизнь! И сама навек зарекусь, и подружкам своим скажу, что такое делать не стоит!

- Надеюсь, так и будет... - хмыкнула я, глядя вслед конопатой особе, которая торопливо направилась к входной двери. С утра в нашей лавке посетителей, как правило, немного, и сегодня эта девица пришла первой - наверное, она еле дождалась того урочного времени, когда в нашем городе торговому люду положено открывать свои лавки.

- Ну, что там стряслось?.. - поинтересовалась тетушка Мей, когда я заглянула к ней. Она сидела в задней комнате, где у нас был склад трав, а заодно и разных лечебных зелий, изготавливать которые тетушка была великой мастерицей. Вот и сейчас она отмеряла на маленьких весах травы, из которых будет составлять очередное лекарство. В комнате было хорошо слышно, о чем я говорю с посетителями, а потому тетушка была в курсе всех проблем, с которыми к нам обращались люди.

- Да ерунда: девчонки во время гадания на женихов случайно вызвали мелкую нечисть, и эта темная пакость здесь застряла. Дурёхам повезло, что к ним кто-то посерьезней не заявился - вот тогда наша утренняя визитерша так легко бы не отделалась... - я бросила в ящичек для денег мелкую серебряную монетку, которой девица расплатилась со мной.

- Это верно... - согласилась тетушка, и в этот момент раздался звон колокольчика на входной двери - значит, пришел очередной посетитель, и мне надо идти к нему.

В этот раз в лавке стоял весьма привлекательный молодой человек. Мне с первого взгляда стало ясно, что к нам пожаловал высокородный, пусть и в довольно скромной одежде - настоящую породу не скроешь, во всяком случае, от меня. Осанка, поведение, высокомерно-снисходительный взгляд... А еще, похоже, с деньгами у него небогато, иначе не пришел бы сюда сам, а послал слугу.

- Слушаю вас.

- Видишь ли, мы с женой едем к ее родителям, а ее очень сильно укачивает в дороге. Раньше такого не случалось, а сейчас то и дело приходится останавливаться, чтоб она вышла из кареты и немного отдышалась. Найдется ли у тебя какое-нибудь средство, чтоб она так не страдала в пути?

- Есть какая-то причина, отчего ваша жена чувствует себя в дороге так плохо?

- Возможно.

- Ваша жена ждет ребенка?

- И это тоже.

- Понятно... - кивнула я головой. - Ну, что я вам могу сказать? Чтоб уменьшить тошноту, пусть ваша жена во время движения кареты сосредоточит взгляд на одной точке. А еще ей следует класть ладони на сиденье и немного в них упираться - так она будет чувствовать опору и укачивать ее будет значительно слабее. Если почувствует приступ тошноты, то пусть массирует запястья с внутренней стороны, либо точки прямо под мочкой уха, вот здесь...

- Послушай... - в голосе молодого человека появились нотки раздражения. - Мне не нужны разговоры и пустые советы - я прошу для своей жены какое-нибудь лекарство, чтобы она могла его принять и не так маяться в дороге! Неужели я непонятно выразился?

- Ваша жена беременна, и потому никаких отваров или снадобий я вам дать не могу - в них входят травы, которые могут нанести вред ей или будущему ребенку... - я стараюсь втолковать прописные истины недовольному посетителю, хотя это явно не то, что бы он хотел слушать. - Или же, не приведи Бог!, от какой-то настойки с женщиной случится что-то более плохое, потому как при нынешнем состоянии вашей супруги нужно очень осторожно подходить к тем травам и отварам, которые ей можно давать. Так что и не просите, грех на душу брать не буду. Конечно, вы можете обратиться к кому-то иному, но...

- И это все, чем ты можешь помочь? У меня нет времени бегать по городу, искать еще какого-то лекаря, более сведущего, чем ты! Да и не верю, что в этой лавчонке нет ничего подходящего для облегчения страданий моей жены!

- Погодите... - я вновь пошла в комнату тетушке Мей, и почти сразу же вернулась, держа в руке небольшой кусок ткани, прокрытый с одной стороны липковатой мазью.

- Это еще что такое?.. - молодой человек с брезгливостью покосился на ткань в моих руках.

- Вообще-то мы называем это пластырем, и полевые медики обычно используют его для заклеивания ран... - пояснила я. - Так вот, есть довольно действенный метод при укачивании, хотя и довольно необычный: отрежьте от этого пластыря пару полосок, и перед отъездом заклейте ими пупок вашей жены крест-накрест.

Молодой человек посмотрел на меня так, словно хотел размазать по стене, повернулся и пошел к выходу, но остановился, постоял так несколько секунд, повернулся, вновь подошел. Вырвал у меня из рук ткань, и, небрежно бросив на прилавок монетку, ушел, презрительно скривившись, и процедив сквозь зубы несколько слов, которые весьма низко оценивали как мое умение врачевать, так и нашу лавку.

- Судя по тому, как с какой силой захлопнулась входная дверь, не скажу, что посетитель остался доволен... - хмыкнула тетушка Мей, когда я зашла к ней.

- С этим не поспоришь... - согласилась я. - Забрал пластырь, хотя вначале и не собирался это делать. А знаешь, почему? Ему просто ничего другого не оставалось - похоже, с деньгами у достопочтенного господина совсем небогато, а потому ему поневоле придется делать то, что я сказала. Смотри, чем расплатился...

- Да уж... - покосилась тетушка, глядя на крохотную медную монетку, увы, самую мелкую из всех существующих. - И это все? Знаешь, подобное даже не смешно. Ну и скупердяй! Скорей всего, несмотря на дворянское звание, у него в карманах настолько пусто, что там аж ветер свищет, зато гонору просто в избытке. Ты бы хоть сказала ему, сколько стоит такой пластырь!

- Я просто не успела это сделать, а высокородный господин не счел нужным поинтересоваться. Не бежать же мне за ним вдогонку, и не хватать за руки, умоляя расплатиться. А еще он, как видно, решил, что с нас и этого за глаза хватит.

- Нищим на паперти и то больше кидают. С такой платой как бы самим по миру не пойти.

- Кто бы спорил... - я бросила монетку в ящик для денег. - Тут хоть смейся, хоть плачь. Зато видела бы ты, с каким снисходительным видом он кинул ее мне! Просто как золотой монетой осчастливил, и этот счастливый миг я должна запомнить на всю жизнь!

- Могу представить ... - пробурчала тетушка, но в этот момент опять звякнул колокольчик у дверей, и я вновь направилась в лавку. Начинался обычный рабочий день, и все лишнее следовало выбросить из головы. Посетителей сегодня было много, только успевай поворачиваться, а мне нет-нет, да вспомнится презрительная улыбка молодого человека и высокомерно-снисходительный тон... Не знаю, насколько он родовит, но мне почему-то кажется, что этот высокомерный тип, самое большее, относится к дворянству средней руки. Хм, интересно, что бы сказали мои благородные предки, если бы узнали, чем я сейчас занимаюсь? А впрочем, в настоящее время это не имеет никакого значения...

Меня звать Мирослава Изок-Яблоневская, и я происхожу из древнего и знатного княжеского рода, но (должна признать это с горечью) вконец обедневшего. Стоит заметить, что к нынешнему невеселому положению нашего когда-то богатого семейства привело не только мотовство и любовь к азартным играм моих предков (хотя этим они, увы, тоже грешили). Куда хуже то, что кое-кто из представителей нашей семьи (причем это случалось достаточно часто) рождался с магическим даром, а подобное для аристократии является чем-то вроде изъяна, пятна на фамильном гербе семейства. Естественно, что к таким гм... несколько необычным людям (будь они хоть того родовитей) окружающие относятся со значительной долей опаски и неприязни, их принято считать кем-то вроде парии, сорняком среди цветущей клумбы. Но даже не это было самым неприятным, а то, что церковники не спускали глаз с членов нашего семейства, и при малейшем подозрении на то, что у кого-то из них есть магические способности, и этот человек увлекается колдовством или занимается магией (пусть это была даже невинная шутка) - в этом случае отправляли несчастных в монастырскую тюрьму, а кого-то и на костер. Дескать, дурную траву - с поля вон!..

Трудно сказать, чем бы в итоге закончилась такая гм... обрезка ветвей нашего семейного древа (скорей всего, ничем хорошим), но верна поговорка: не было бы счастья, да несчастье помогло (если, конечно, случившееся можно так назвать). Лет двести назад началась война, охватившая множество стран. Чужеземцы, прибывшие откуда-то из-за морей, сражались не только оружием, но среди них хватало магов и колдунов, при помощи которых пришлые смогли причинить огромное количество бед и захватить немало земель. В этой ситуации церковникам поневоле пришлось сражаться с врагом таким же оружием, то есть стали искать людей с магическим даром, а заодно было объявлено помилование всем магам и колдунам, живущим в наших странах, и даже более того - их призвали на службу, причем за немалые деньги. Подобная милость относилось и к членам нашей семьи - те двое, что ранее были заключены в церковную тюрьму, получили свободу и восстановление во всех правах.

Война шла долго, вернее, очень долго, не один десяток лет, причем с переменными успехом, и принесла столько бед, горя, разрушений и несчастий, что не счесть. К счастью, милость Всевышнего оказалась на нашей стороне, и в итоге мы победили, а чужеземцы были вынуждены убраться восвояси (хотя это еще как сказать - от своих замыслов они, кажется, полностью не отказались). Со стороны могло показаться, что у нас отныне все хорошо, можно радоваться и забыть о когда-то перенесенных страданиях, но беда в том, что на нашей земле осталось немало самых разных сущностей, принесенных извне, да и колдуны пришлых успели много чего натворить... В общем, хотя война закончилась давно, но работы у церковников и магов все еще было в избытке.

Что касается меня... Я родилась, когда родителям было уже под пятьдесят - так сказать, последний, в чем-то даже неожиданный ребенок. Кроме меня, в семье было три сына, причем возраст старшего уже приближался к тридцати. К сожалению, своих родителей я почти не помню - они умерли, когда мне было немногим более трех лет. В тот год по стране прокатилась очередная эпидемия, выкосившая немало людей, и в число этих несчастных попали и мои мать с отцом. После смерти родителей единственным наследником, как и положено, стал старший сын моего отца. Правда, в семье было еще два брата, но по закону претендовать на наследство они не могли, и все, что им оставалось - так это служить в армии, в надежде добиться высоких чинов, а еще в их положении было бы неплохо отыскать себе состоятельных невест (но тут уж как повезет).