Читаем Форвард онлайн бесплатно
– Это документ, подтверждающий, что права на песню «Гореть и жить» снова принадлежат только тебе, и ты можешь распоряжаться своей песней, как сама того захочешь.
Губы Вики задрожали. Я ловил каждую ее эмоцию.
– Это… это твой подарок? – тихо спросила она, судорожно сжимая в руках бумаги.
– Да.
Я получил их только вчера. Конечно, ничего бы не вышло, если я не попросил дядю о помощи. Он был высококлассным юристом и каким-то образом смог убедить продюсера отказаться от прав на песню Вики. Я не знаю, какую лазейку нашел мой дядя, чтобы сделать это, но меня это не волновало. Главное, что «Гореть и жить» вернулась к Вике и снова могла стать частичкой ее невероятного творчества.
– Я хочу, чтобы ты спела эту песню так, как умеешь только ты, – подбодрил я ее. – А звукорежиссер сделает все остальное. – Я забрал документы из ее дрожащих пальцев.
– Артем, – прошептала она, прильнув к моей груди. Слезы катились по ее щекам. – Спасибо. Спасибо тебе за такой подарок.
Она стиснула пальцами мою футболку и, тихо шмыгая, уткнулась в мою грудь.
– Она правда теперь моя?
– Твоя.
– Но как ты это сделал? Как ты убедил Вениамина вернуть мне права?
– Это неважно. Важно лишь то, готова ли ты выпустить ее в мир.
– Артем Королев, ну почему ты такой милый? – У нее вырвался смешок, и я был рад увидеть на ее лице улыбку. – Как тебе удается быть таким?..
– Все потому, что я люблю тебя.
Вместо ответа она меня поцеловала.
Внутри все еще царила неуверенность. Но в глубине души я чувствовала, что Артем прав. Пришло время этой песне выйти в свет. С группой мы так и не добрались до студии звукозаписи, исполняли ее на сцене во время гастрольного тура, планируя по возвращении заняться записью сингла. Но теперь, в этом месте, среди этих стен, я могла позволить себе записать «Гореть и жить» в новом звучании.
– Я готова, давай начнем, – прошептала я, чувствуя, как решимость наполняет меня.
Внутри разгорался настоящий огонь. Я знаю, кто зажег его. Это был Артем. Теперь я должна подняться, собрать осколки своей души и идти дальше, навстречу новому дню. Даже если нет призрачной надежды, что посреди этой тьмы настанет рассвет.
Артем считал, что музыка поможет мне вернуть себя. Наверное, он был прав. Я почувствовала, как на душе становится светлее, как что-то меняется, как будто стены, которые я возвела вокруг себя, начали рушиться.
Я стала незрячей, но не потеряла способность петь и сочинять музыку. Я должна стать той, кем я мечтала быть всегда.
У меня есть все, чтобы быть ей. Новой версией себя, но так же сильно влюбленной в музыку. И… в Артема Королева.
Эти слова я прошептала мысленно, так и не решившись сказать их вслух.
Когда я пришла в себя после вихря эмоций, звукорежиссер вернулся в комнату звукозаписи, и мы с ним обсудили основные моменты.
Едва я встала перед микрофоном, у меня закружилась голова. От счастья, так стремительно ворвавшегося в мою жизнь. Кровь горячей волной разлилась по телу от самого сердца.
– Ты справишься, – подбодрил меня Артем, а затем я осталась одна за стеклом. Но я знала, что он рядом и наблюдает за мной.
Я была уверена, что у меня все получится. Иногда нам нужен кто-то, кто напомнит об этом, кто поможет увидеть свет в темноте. Присутствие Артема давало мне силы идти вперед, даже когда ветер перемен пытался сбить меня с ног.
Я улыбнулась и повернулась в сторону стеклянной перегородки, разделявшей нас.
–
Это был самый лучший и грандиозный сюрприз, который я только получала в жизни, ведь мне вернули потерянный кусочек души. Мне хотелось увидеть выражение лица Артема. Мне так этого не хватало. Хоть на мгновение заглянуть в его красивые зеленые глаза и увидеть в них… любовь.
Я спела «Гореть и жить» так, как никогда, и пережила что-то невероятное. Эмоции, которые я испытывала сегодня во время пения, можно было сравнить с бушующим океаном – они были такими же мощными и неукротимыми. Эта песня была для меня чем-то большим, чем просто слова. Я пела ее с чувством, ведь, по сути, сама пережила все, о чем написала. Смысл песни был в том, что жизнь – это борьба, но именно в борьбе мы становимся сильнее.
Отец вернулся на день раньше, когда мы его совсем не ждали. К счастью, он не застукал нас кувыркающимися в постели, иначе это однозначно была бы катастрофа мирового масштаба. Вечером мы с Артемом сидели у меня в комнате на полу, и я учила его играть баррэ, ему никак не удавался прием, при котором один палец прижимает несколько струн на грифе гитары. Это требовало определенной ловкости и навыка, поэтому Артему нужно было время, чтобы научиться.
– Держи указательный, средний и безымянный пальцы вот так, – наставляла я, и мы весело смеялись, когда у него ничего не получалось и он буквально сходил из-за этого с ума.
