Читаем Форвард онлайн бесплатно

– Курица с картофелем и овощами, – счел нужным сообщить я, поняв, что она не видит содержимое тарелки. – Вилка лежит справа. Стакан персикового сока стоит слева чуть выше тарелки.

– Спасибо.

Вика осторожно нащупала вилку, а затем принялась неторопливо ковыряться в запеканке.

– Ты пялишься, – напряженно заявила она, откладывая вилку.

– Нет. – Я отвел глаза.

– Не ври, – раздался ее строгий голос. Затем она вновь взяла вилку и продолжила есть.

Я встал и налил себе стакан сока, стараясь действительно не пялиться на то, с какой неловкостью она ест. Вика осилила половину тарелки, а затем отодвинула ее.

– И что, ты теперь будешь жить в нашем доме? – спросила она, глядя перед собой в пустоту. – Папа совсем с ума сошел, что ли, если назначил тебя моей нянькой?! Я на такое не подписывалась.

– Он сказал, что ты отказываешься принимать помощь медперсонала, – сказал я с осторожностью. – Твой отец нашел новую медсестру, она приедет с утра, и ты сможешь с ней познакомиться.

– Королев, я чувствую, как ты на меня смотришь. Пожалуйста, перестань это делать. Я не могу… я так не могу. – Ее плечи задрожали. Она закрыла лицо руками и уткнулась в стол. – Ты смотришь на меня и жалеешь. Ты делаешь только хуже. Так что перестань!

– Вика. – Я отодвинул стул и сел рядом с ней. – Я знаю, что тебе тяжело. Но не отказывайся от моей помощи, пожалуйста. Она от чистого сердца. Я буду рядом с тобой. Я не позволю тебе сойти с ума.

– Ты видел мои глаза? – тихо спросила она.

– Да.

– А я нет. Но знаю, что они ужасны. Я стала ужасной.

Я проглотил комок в горле.

– Ты по-прежнему прекрасна. Технологии в медицине дошли до высокого уровня, тебе нужно верить, что все поправимо.

– Они сказали, что ничего сделать нельзя.

– Кто «они»? Какая-то горстка врачей? Это еще не значит, что тебе вынесен приговор. Не думай об этом сейчас, а найди в себе силы пройти испытание, не потеряв себя.

– Я уже потеряла себя, разве ты не видишь? – Она горько усмехнулась, по-прежнему не поднимая голову. – Не видишь, – повторила Вика. – Я теперь иначе отношусь к этому слову, но оно… оно так часто произносится, что не сразу успеваешь задуматься о его истинном значении.

– Расскажи мне, как это случилось, – тихо попросил я, касаясь ее руки.

Тренер, конечно, в общих чертах обрисовал произошедшее, но я должен был услышать это из уст Вики.

– Зачем, Королев?

– Чтобы я пошел и убил того, кто это сделал с тобой.

Я знал, что тот человек задержан и будет отбывать срок за свое преступление. Но только этого было мало. При мысли о том, что какой-то псих загубил жизнь моей прекрасной Виктории, лишил ее мечты, лишил всех красок жизни, мне хотелось собственными руками его задушить. При мысли об этом внутри вскипел такой лютый гнев, что даже Вика почувствовала напряжение. Она осторожно коснулась моей руки и провела пальцами по моим сжатым кулакам, заставляя меня расслабиться.

– Некоторым фанатам не нравилось, что я пряталась за маской. Им хотелось увидеть мое лицо, – сказала она. – Я скрывала личность, и вот чем это обернулось. Он попросил у меня автограф. А потом просто взял и плеснул мне что-то в лицо. Мне казалось, что я не вынесу эту боль. Я сразу поняла, что случилось что-то страшное, в отличие от тех, кто был рядом. Я помню, как сама сорвала дурацкую маску с лица, пока мои глаза просто горели. Я потеряла координацию, начала кричать, но в шуме и хаосе никто не понимал, насколько мне плохо. Фанаты пытались схватить меня, их руки были повсюду. Я слышала их радостные крики, смешанные с моими воплями ужаса. Потом я почувствовала, как рядом со мной оказался Тим. Он поднял и унес меня, и только потом, за кулисами, до всех наконец дошло, что случилось. Я промыла глаза водой, но было уже поздно, слишком много времени прошло, и кислота разрушила мое зрение.

Я слушал Викин рассказ, и все внутри разрывалось от боли, которую просто невозможно описать словами, она выворачивала наизнанку, оставляя после себя лишь пустоту и отчаяние.

Вика тяжело вздохнула, а затем вдруг поднялась, выставив перед собой руки и словно держась за воздух.

Она могла бы держаться за меня. Я тоже встал в попытке помочь ей.

– Отойди, Артем, – раздался ее жесткий голос. – Я знаю дорогу до своей комнаты.

Я молча отступил, наблюдая, как Вика неуверенно шагает, держась за стену. На это невозможно было смотреть. Видеть это. Видеть.

А она, черт возьми, не видит!

Мне так хотелось сжать ее в объятиях, зацеловать до умопомрачения и сказать, как сильно я ее люблю и что она всегда может положиться на меня. Что бы ни случилось.

Я так ее любил.

Я позволил ей добраться до комнаты, наблюдая издалека.

Убедившись, что Вика благополучно добралась, я тоже ушел в спальню, в которой мне предстояло жить эти месяцы.