Читаем Форвард онлайн бесплатно

– Почему именно он?

– Потому что я представляю, будто зрители, вернее тысячи зрителей, сидят на трибунах и слушают мою музыку, которая наполняет все огромное пространство. Что самое главное для музыканта? Чтобы его слушали. Чтобы у него была возможность коснуться сердец слушателей своей музыкой. Вот я и воображаю, будто стадион заполнен моими верными фанатами. – Она усмехнулась и мечтательно закатила глаза. – А еще на футбольном стадионе люди могут свободно и громко выражать свои эмоции и чувства, чем я и занимаюсь, когда прихожу туда по ночам. Я сочиняю музыку, отличающуюся от привычного репертуара нашей группы, такую, которая отражает мои собственные эмоции и переживания. Я хочу создать песни, которые будут вдохновлять людей, помогать им преодолевать трудности. Знаешь, я и сама устала от нашей «чертовщины».

– Это круто звучит, – произнес я, пораженный ее словами. – Уверен, когда-нибудь ты действительно будешь собирать стадионы.

– Спасибо, Артем.

Я хотел сказать ей еще несколько вдохновляющих слов, как неподалеку раздался шум. Кто-то шел в нашу сторону, послышались раздраженные голоса. Один из них я сразу узнал, он принадлежал Матвею.

– Тебе наплевать на то, чего я хочу, папа. Они были готовы предложить контракт, но ты, как всегда, все запорол.

– Заткнись. Ты не понимаешь, где твое настоящее место. Даже не рыпайся. – Этот голос принадлежал его отцу.

– Мне не нужна такая слава, – с пренебрежением ответил Матвей. Интересно, о чем они спорили?

– Зато мне нужна. Мой сын должен быть тем, кто влияет на исход игры. Помнят забитые голы, а не защиту ворот. У вратаря меньше возможностей для славы и признания.

– Это только твое мнение.

– Это больше не обсуждается, Матвей.

– Просто поговори с ним.

– Нет.

До нас долетели последние обрывки их диалога. Отец с сыном прошли неподалеку, мимо беседки, в которой мы с Викой на пару минут, не сговариваясь, притихли.

– Кстати, о Матвее. Ты вроде как подружился с ним? – спросила Вика. Похоже, она не обратила особого внимания на случайно подслушанный разговор, а вот меня некоторые фрагменты заставили задуматься и вызвали массу вопросов.

– Мы товарищи по команде, – просто ответил я.

Постояв еще пару минут в тихой беседке, мы все же вернулись в банкетный зал, пока нас не хватились.

Нельзя сказать, что мне совсем не понравился благотворительный вечер, но он заставил меня почувствовать себя немного не в своей тарелке, хотя я изо всех сил пытался не ударить в грязь лицом.

Здесь были генеральные и спортивные директора и другие руководители футбольных клубов, меценаты и спонсоры, личности из мира культуры, журналисты и блогеры. Каждый из них подходил ко мне и задавал однотипные вопросы, на которые я чертовски устал отвечать.

Тренер старался держаться рядом со мной, комментируя самые каверзные вопросы вместо меня, за что я был ему благодарен. Да и в целом я был ему за все благодарен, он относился ко мне с какой-то отеческой теплотой, и порой от этого становилось не по себе, я не был уверен, что заслужил все это. Моя жизнь слишком круто поменялась за эти два месяца.

– Ты доволен своим номером, Артем Королев? – спросил Гордеев-старший, поймав меня в конце вечера.

– Что вы имеете в виду? – Я не сразу его понял.

– Твой номер – одиннадцать.

– Верно.

– Ну, одиннадцатый считается в футболе неким утешительным номером. Самые яркие атакующие номера – это семь, десять, девять.

– Я не считаю его утешительным, – возразил я. – Под этим номером было много выдающихся игроков, которые оставили след в истории футбола.

– Хм, я рад, что ты любишь свой номер.

– Я люблю свой номер, – повторил я и выдал улыбку. – Он красивый и символичный. В нем две единицы.

– Как первый из первых? – ухмыльнулся Андрей Гордеев.

– Вроде того. – Я не стал отрицать его предположение. – И раз уж мы заговорили о номерах, то ваш сын вполне бы мог быть обладателем номера один.

– Номер один обычно берут себе голкиперы, – пренебрежительно махнул тот рукой.

– Да, именно. Матвей был бы очень хорош в роли голкипера.

– Ему больше идет девятка. Номер, который ассоциируется с лучшими бомбардирами мира. – Мужчина самодовольно улыбнулся. – У этого номера особый статус в футболе. Мой сын достаточно талантлив, чтобы с гордостью его носить.

– Вы правы, он блестяще совершает атаки, но и с защитой ворот он справляется не хуже, если не лучше.

– Мой сын – прирожденный центрфорвард, он символ ударной силы. – С этими словами Гордеев-старший склонился ко мне, понизив тон голоса. – И если кто-то решит, что может отнять у него эту позицию либо должность капитана команды, тот очень сильно об этом пожалеет.

Это была неприкрытая угроза, прозвучавшая в мой адрес. Он видел во мне конкурента своего сына?

– Футбол – командная игра, – напомнил я совершенно очевидное правило. – Побеждает не игрок, а команда.

– Я знаю. Но, милый мой Артем, не лезь на спортивный пьедестал вперед моего сына. Тебе не нужно одному всухую надирать соперникам задницы, понял? Не надо так сильно пушить свой павлиний хвост. Притормози немного с единоличными подвигами… Ты ведь умный малый, не создавай себе проблем.