Читаем Эластичные сердца онлайн бесплатно
Оглавление
Аннотация
Пролог
Глава первая
Глава вторая
Глава третья
Глава четвертая
Глава пятая
Глава шестая
Глава седьмая
Глава восьмая
Глава девятая
Глава десятая
Глава одиннадцатая
Глава двенадцатая
Глава тренадцатая
Глава четырнадцатая
Глава пятнадцатая
Глава шестнадцатая
Глава семнадцатая
Глава восемнадцатая
Глава девятнадцатая
Глава двадцатая
Глава двадцать первая
Глава двадцать вторая
Глава двадцать третья
Глава двадцать четвертая
Глава двадцать пятая
Глава двадцать шестая
Глава двадцать седьмая
Глава двадцать восьмая
Глава двадцать девятая
Глава тридцатая
Глава тридцать первая
Глава тридцать втрая
Глава тридцать третья
Глава тридцать четвертая
Глава тридцать пятая
Эпилог
Аннотация
Первой ошибкой было не выставить её за дверь в ту же минуту, как она вошла в мой кабинет.
Второй ошибкой было согласиться представлять её интересы в бракоразводном процессе.
Третьей ошибкой было не суметь устоять перед ней, когда она начала ко мне подкатывать.
Четвертой НЕ ДОЛЖНА стать влюбленность в неё.
Мне плевать, насколько она красива, умна и заботлива.
Неважно, как хорошо я себя чувствую, когда она прижимается ко мне.
Она моя клиентка.
Я её адвокат.
Это должно закончиться, пока не стало еще хуже.
Пролог
— МЫ БОЛЬШЕ НЕ можем так продолжать, — сказал он.
Я не ожидала услышать от него таких слов, учитывая, что в прошлый раз, когда я была здесь, он рычал моё имя мне в горло, приказывая замолчать, чтобы никто нас не услышал. Я моргнула, сглотнула и снова моргнула, пытаясь сосредоточиться на его пронзительных карих глазах, которые изучали моё лицо, словно убеждаясь, что я его поняла.
— Хорошо, — прошептала я.
Я хотела спросить почему, но придержала язык. Я знаю почему. Или, по крайней мере, мне казалось, что знаю. Вместо этого я подбодрила себя. Мы подружились. Пару раз переспали. В том, что всё закончилось, не было ничего особенного. Совсем ничего особенного. Но если это так, то почему у меня было такое чувство, будто он вырывает моё сердце?
— Дело не... — Он замолчал, вздыхая и проводя рукой по волосам, к которым я прикасалась пару недель назад. — Я собирался сказать, что дело не в тебе, но это звучит глупо. Ты знаешь, почему мы больше не можем так продолжать.
— Потому что ты боишься, что будет, если мой отец узнает, — сказала я.
Он кивает. Я так и думала. Будет нехорошо, если новый сотрудник фирмы будет замечен за интрижкой с дочерью босса, хотя мы даже не здесь познакомились.
— Это дурной тон, — сказал он. — Если бы мы не встретились в баре в тот вечер, я бы никогда не позволил этому зайти так далеко.
— Нет, я понимаю, — сказала я, не желая выслушивать предсказуемые оправдания, которые он наверняка произнесёт.
— Мне нужно сосредоточиться на своей карьере.
Я сглотнула, и мой взгляд задержался на его лице, запечатлевая его черты. Через сутки они начнут тускнеть в моей памяти. Через месяц я буду с трудом вспоминать, как он выглядел, что на нём было надето и где мы находились. Единственное, что останется со мной навсегда, — это его запах и те ощущения, которые я испытывала рядом с ним. Он был привлекателен, умён и сексуален. Виктор был старше меня всего на четыре или пять лет, но в отличие от парней моего возраста, он обладал качествами, которые выделяли его.
— Ты только-только окончила колледж. У тебя впереди целая жизнь, — сказал он.
— Знаю. — Я сделала паузу. — Тебе не обязательно сидеть здесь и читать мне лекцию о том, как всё будет хорошо. Я всё прекрасно понимаю.
Он протяжно, облегчённо выдохнул, закрыв свои прекрасные глаза, глаза, в которые мне больше не придётся заглядывать на грани страсти. Интересно, а он вообще подумал спросить меня, что я чувствую по поводу того, чтобы рассказать отцу? Наверное, нет. Вик был слишком целеустремлённым. Слишком большим сторонником правил, и в глубине души я знала, что он не хотел большего. Я знала, что он просто хотел повеселиться со мной.
Он не хотел остепеняться, пока не построит свою империю на лжи, которую он придумывал, чтобы выигрывать дела.
Совсем как мой отец.
Я клялась, что не влюблюсь в такого парня, как он. Как они. Я всегда твердила, что в конечном итоге буду с парнем, который вписывается в мой образ жизни. С тем, кто не планирует всё наперёд и не просчитывает каждый шаг. С тем, кто следует за своей мечтой, независимо от того, насколько она безумная. Виктор не такой. Он поглощён работой — настоящей работой — не творческими, весёлыми мечтами, как у меня. У нас бы ничего не получилось. Точно.
— Ну, было... приятно. — Я встала и пошла к двери. Он тоже встал, но остался за своим столом, выглядя так, будто не знал, что делать. Я выдохнула. — Не забудь поливать растения, — сказала я, глядя на маленький бонсай на его столе, который он всегда забывал поливать.
— Хорошо. На всякий случай не забудь ещё раз взять уроки тенниса, — ответил он.
Я улыбнулась, вспомнив об этом. Несколько месяцев назад у меня была травма — я растянула лодыжку. Это произошло, когда я играла в теннис с другом. Он меня постоянно поддразнивал, но не из-за того, что я получила травму во время игры, а потому что растянула лодыжку во время перерыва, наступив на коробку с водой. Это была
Я закрыла дверь и секунду постояла снаружи, глубоко вздохнув, чтобы наполнить лёгкие, гадая, достаточно ли непринужденно я себя вела. Когда почувствовала себя спокойно, ушла и поехала на съёмочную площадку нового ситкома, где замещала художника по костюмам, ушедшую в декретный отпуск.
К тому времени, как добралась до работы, я прокрутила в голове нашу с Виктором историю, короткую и бестолковую, раз сорок не меньше. Пыталась вспомнить и понять, в какой момент он понял, что ничего не выйдет. Может, когда мы ходили в кофейню в центре и столкнулись с его другом? Он представил меня как подругу, которой я и была, но в его тоне подразумевалось, что большего между нами не может быть. Может, дело в моём возрасте? Или просто в нём? Мы обсуждали брак и отношения и оба испытывали отвращение к этим вещам. Один из нас говорил совершенно серьёзно, другой выдумывал по ходу дела, потому что я хотела отношений с реальной привязанностью и долгосрочными целями.
Я припарковала машину и помахала сотруднику парковки, когда заходила. И в тот момент, когда оглянулась, входя в здание, я столкнулась с человеком, выходящим наружу.
— Мне очень жаль, — протянул он, с лёгким южным акцентом, который я слышала только в кино. Мои глаза медленно скользнули вверх по его телу, пока не остановились на лице и не зацепились за поразительные голубые глаза. Боже мой. Он был воплощением Голливуда.
— Всё в порядке. Я не смотрела, куда иду. — Мы трижды попытались разойтись, не смогли и засмеялись. — Извини, — повторила я, и мои щёки покраснели.
— Вселенная, видимо, очень хочет нас свести, — сказал он, включив своё очарование. — Меня зовут Габриэль, — сказал он, теперь уже полностью загородив дверь.
— Николь, — ответила я, чувствуя как сильно колотится сердце.
— Ты актриса? — спросил он.
Я покачала головой.
— Художник по костюмам.
Он медленно кивнул, не сводя с меня глаз.
— Новенькая?
— Первый день
— Нервничаешь?
— Очень, — сказала я, но улыбнулась.
Он открыл дверь шире.
— Уверяю, мы не кусаемся, — сказал он, и его улыбка стала шире. — Ну, некоторые из нас — нет.
Я рассмеялась, когда вошла внутрь. Остаток дня и недели Габриэль искал способы найти меня на съемочной площадке, и вот так все мысли о Викторе начали исчезать. Как и должно было быть. Виктор и Николь расстались. Мне нужно было принять это, и обаяния Габриэля было достаточно, чтобы заставить меня.
Глава первая
НИКОЛЬ АЛЕССИ в последнее время редко посещала юридическую фирму. Я мог бы по пальцам пересчитать, сколько раз она приходила, и шесть раз до её помолвки. Один из последних случаев произошёл после того, как на её пальце появилось кольцо. Я увидел её, проходя мимо, и она постаралась держаться от меня подальше. Как будто я собирался затащить её в свой кабинет и заняться с ней сексом, пока это существо сверлило меня взглядом, напоминая, что она принадлежит другому. Меня это устраивало. Не то чтобы я был задет её помолвкой, скорее застигнут врасплох. Однажды мы говорили о том, что только сумасшедшие люди хотят брака, а на следующий день она стала одной из таких сумасшедших. Она не дала мне ни малейшего намека, ни малейшего признака того, что хотела большего — от меня, от жизни... от чего бы то ни было.
Несмотря на то, что этот корабль отплыл пять лет назад, а точнее, вообще никогда не отправлялся в плавание, шумиха вокруг её имени в офисе насторожила меня. Все, от моего секретаря до секретарши в приёмной, шептались о красавице Николь, жене красавца Габриэля Лейна, которая приехала навестить нас, как будто она была членом королевской семьи Голливуда. Возможно, так оно и было. Я взял на себя труд не следить за её местонахождением. В любом случае, какой в этом смысл? И поскольку я знал, что она придёт, я занялся изучением дела Сэма Уивера, который вернулся на ринг, и которого я представлял в громком бракоразводном процессе. Я задал ему больше вопросов, чем на экзамене для поступления в вуз, но он всё ещё не был до конца честен со мной.
Как люди могли ожидать, что я буду представлять их интересы в суде, не имея всей необходимой информации, и выиграю дело, было выше моего понимания. Громкий стук в дверь моего кабинета отвлёк меня от размышлений. Дверь открылась прежде, чем я успел дать разрешение, и мне даже не пришлось отрывать взгляд от экрана — я сразу понял, что это Уильям. Только он обладал достаточной смелостью для такого поступка. Кроме того, он был моим руководителем и владельцем здания, что также играло свою роль.
— Чем могу помочь? — спросил я, просматривая в таблоиде последний пост о Сэме и его встрече не с одной, а с двумя проститутками.
Я отвёл взгляд от экрана, когда услышал, как Уилл идёт ко мне, не говоря ни слова.
У него было такое выражение лица, которое говорило, что он собирается попросить меня сделать что-то, в чём я точно не захочу принимать никакого участия. Как, например, когда он попросил меня взяться за дело о разводе порнозвезды, от чего шестнадцатилетний я буквально пришел бы в восторг, но тридцатиоднолетний я был слишком занят тем, что использовал дезинфицирующее средство каждый раз, когда приближался к любому из «рабочих мест» моего клиента.
— Чёрт. Просто выкладывай.
Уилл усмехнулся, одной рукой расстегнул пиджак, и сел напротив меня. Тот факт, что он не сказал о том, что хотел, а сел, чтобы обсудить, вызвал у меня лёгкий звон в ушах.
Я сосредоточил на нём всё своё внимание.
— Знаешь, ты лучший адвокат в моей команде, — сказал он. Я промолчал. Я знал, что он не собирается меня увольнять, но начало разговора в таком духе могло означать только... моё сердце ёкнуло от одной только мысли об этом. — Твоя трудовая этика достойна зависти. Ты целеустремленный, наглый сукин сын, но каким-то образом сохраняешь человечность в общении с клиентами.
— Если только ты сейчас не собираешься встать на одно колено и сделать мне предложение, думаю, тебе стоит просто попросить об огромной услуге: «Виктор, пожалуйста, не уходи из моей фирмы после того, как я скажу эти слова», — сказал я, главным образом потому, что мне стало не по себе от взгляда его голубых глаз, устремленных на меня.
Он улыбнулся.
— Я хочу сделать тебя партнёром, — сказал он.
У меня отвисла челюсть.
Пять слов.
Причина по которой я всем этим занимаюсь.
Я взял себя в руки, прежде чем эмоции захлестнули меня, и немного откинулся на спинку кресла.
— Вот так просто? А как же Бобби?
Бобби, чьи родители были давними друзьями семьи Уилла, поступил на работу на год раньше меня. Даже если я был бы значительно более квалифицированным юристом, я не мог бы предположить, что Уилл не предложил бы такую возможность сначала Бобби.
— Я обсудил это с ним. Он понял мою мысль и согласился, что ты лучше подходишь.
— Лучше подхожу... для того, чтобы стать партнёром, — сказал я, нуждаясь в пояснении.
— Чтобы стать партнёром, ты должен выполнить кое-какую работу.
Он произнес это с широкой улыбкой. Моё сердце ушло в пятки. Интересно, что именно он хочет от меня?
— Что на этот раз? Актёру необходимо юридическое сопровождение, поскольку его жена подала на развод после того, как он был пойман на измене с их няней?
— Не совсем, но угадал, — сказал он, и его улыбка стала несколько серьёзной. — Мне нужно, чтобы ты представлял интересы Николь в бракоразводном процессе.
Я моргнул
— Она разводится?
— Да, и, очевидно, я не могу быть её адвокатом, поэтому хотел, чтобы она выбрала лучшего.
