Читаем Демонхаус онлайн бесплатно

– Мне… хорошо с ним, – бормочет она рассеянно.

– Господи, детка! Он не любит тебя! – восклицаю я на весь коридор.

– Я знаю…

Она старается улыбаться, но в глазах блестят слезы, и я беру ее ладонь в свою, поглаживаю в утешающем жесте.

– Ты действительно хочешь быть с человеком, который любит другую?

– Это не важно, – отвечает Эмилия отстраненно, словно говорит о чем-то необратимом.

Видимо, на этот вопрос она и правда давно себе ответила. Она выбрала отношения с невзаимной любовью, ей все равно, о ком на самом деле думает Виса, когда целует ее, – главное, что он рядом, просыпается с ней в одной кровати хотя бы время от времени. Это печально. Однако это реальность, в которой живут многие люди, а не только эта несчастная девушка.

Я вздыхаю, всем видом демонстрируя, что не одобряю подобного.

Тогда Эмилия уверенно произносит:

– Я люблю его.

– Не сомневаюсь, – усмехаюсь я.

– Это глупо, да?

Она испуганно заглядывает мне в лицо, будто в моем ответе прозвучит приговор.

И я осторожно отвечаю:

– Макс сейчас ищет портал в измерение дяди Валеры, так что глупость – понятие субъективное.

– Спасибо.

Она целует меня в щеку и опускает голову мне на плечо. Какое-то время мы сидим так, слушая песни вьюги за окном, и через минут пять я высказываю беспокойство, что Эмилия сидит на сквозняке и ее может продуть. Тогда она тепло улыбается и вновь целует меня в висок, говоря, что я потрясающий, а потом убегает на первый этаж.

Я еще несколько минут не двигаюсь, задумавшись, а потом нюхаю свою рубашку, пропитавшуюся кровью и гадостью, которую на всех распылял Макс во время ритуала, – я, может, и потрясающий, но выгляжу и пахну я совсем не потрясающе.

Ходить как чмо желания нет, и я направляюсь в ванную комнату неподалеку от своей спальни. Надо искупаться, переодеться и остудить нервы.

Забравшись в душ, я включаю холодную воду, чтобы вмиг взбодриться. Когда ледяные струи вымывают из головы жажду вновь отпинать Вису, я переключаю кран на горячую воду и смываю с себя кровь. Натирая грудь мылом, начинаю напевать песню «Baby Got Back», и в какой-то момент вдруг осознаю, что кто-то мне подпевает.

Я отодвигаю дверцу душа и эмоционально восклицаю:

– Какого хера?!

В угловом шкафчике роется Макс. Голый Макс. Он весело машет мне в ответ.

– Полотенце себе выбираю, – бесцеремонно сообщает он. – Тебе какое? С вишенками или в горошек?

– Убирайся из ванной!

– А ты чего, стесняешься, что ли? – Макс отодвигает дверцу душа сильнее, и я прикрываюсь мочалкой. – Да ла-а-адно, че я там не видел.

Он подмигивает бровями.

– А ты-то почему голый?!

– Так я тоже купаться буду, вот жду, когда ты закончишь. Вряд ли ты захочешь купаться вместе, раз такой стеснительный. – Колдун опирается локтем о стенку душа и улыбается во все зубы. – Сара сказала, что я могу пожить в этом доме пару дней, если вымоюсь.

Макс подает мне белое полотенце. Я хватаю его и обматываюсь вокруг пояса, роняя мочалку, после чего выскакиваю из душевой кабины.

– Подожди, – кричит Макс мне вслед. – Потри мне спину, я недотягиваюсь, у меня же рука больная! И пятка…

Матерясь, как уголовник, я забегаю в свою комнату, натягиваю штаны и очередную красную рубашку, которую я заказал в интернете в комплекте из трех штук. Потом надеваю черные туфли в цвет штанов, завязываю шнурки. Осенью я часто ходил по дому и просто в носках, но зимой полы холодные, да и не особо чистые, так что я стал надевать обувь.

Пока меня не было, кто-то расставил в моей комнате маленькие тыквы со свечкой во рту. Я гашу огонь и выкидываю тыквы в мусор, потому что весь этот цирк меня уже, блядь, довел!

Душ расслабил, но Макс снова расшатал мои нервы, так что вскоре, набравшись сил – и ярости, – я добираюсь до спальни Сары, пинаю дверь ногой, которая все еще болит (да, жизнь меня самосохранению не учит), и сердито заявляю:

– Это будет очень долгий разговор, моя девочка.

– Я мог смириться с тем, что демон вынуждает тебя убивать, мог смириться с тем, что ты беспрекословно выполняешь его приказы из страха, но ты позволяешь убивать людей в этом доме ради каких-то ритуалов! Тебе совершенно плевать на то, что делает Виса!

Я кричу и кричу, не замечая ничего вокруг, будто кричу сам себе, будто я медленно сдувающийся шар, но вместо гелия выходит гнев. Я пинаю ковер (больной ногой) и злюсь еще сильнее, хочется что-нибудь в Сару кинуть, хочется орать и спорить, разносить мебель, однако… Сара сидит у стенки кровати, обнимая колени, и упирается взглядом в никуда: в одеяло, если точнее, но вряд ли она видит что-то перед собой. Я забираюсь на постель. Щелк-щелк – пальцами у ее носа. Раз. Два. Ноль реакции. Касаюсь багряной щеки. Сара поднимает голову и тянется ко мне в объятия, залезает на руки, я держу ее… слишком ошарашен для каких-либо выводов.

– Они живы, – горячо шепчет Сара мне в шею. – Я видела их, они были здесь.

Тепло ее дыхания греет кожу. У меня мурашки.

– Кто?

Я легонько бодаю ее лбом.

Сара бредит:

– Я ошиблась, я ужасно ошиблась…

Она прижимается так плотно, будто хочет слиться со мной.

– Ты знаешь, где они? – лихорадочно шепчет она в мои губы. – Ты спасешь их?