Читаем Демонхаус онлайн бесплатно

Иларий ходит по залу, устраняя любой признак скуки и одиночества, предлагает гостям выпить, сыграть, заводит беседы. Возможно, его попросила Сара. Но я так не думаю. Кажется, он просто рад видеть в этом доме кого-то, кроме меня и Рона. Он и с хмурым Менестрелем беседует, который почему-то разглядывает Рона… или Ингу? Сложный вопрос. Они ведь и на секунду друг от друга не отклеиваются.

Все в образе Менестреля – от скучающего взгляда до элегантного костюма – представляет резкую противоположность образам других членов ковена. По мне, он здесь самый безвредный. Еще и молчаливый. Идеальный гость. Понять бы только, что за туман вокруг него витает, это точно не мираж.

На Вису я стараюсь не смотреть. Какое-то время мне это удается, но вампир подходит ко мне сам.

– Скучаешь, Рексик? – игриво спрашивает он. – Не помню, чтобы я разрешал тебе вернуться.

Виса перепрыгивает диван и усаживается рядом со мной, поправляет свой русый хвост на затылке. Я закатываю глаза и отмахиваюсь. Виса удивляется. Не до него мне сейчас, надо идти к Саре, у которой какой-то громкий диалог с вездесущей Зои. Суккубом Зои. Ричард поведал мне, что она отбирает у мужчин энергию, когда с ними спит. Более того, она целенаправленно подселила этого демона в свое тело, чтобы продлевать молодость, и на самом деле ей уже под шестьдесят. Ей-богу, я в обществе пенсионеров. Зато теперь я знаю, что Рон иногда с ней спал, потому что нам, призракам, не сильно вредит, когда Зои забирает энергию.

В любом случае неизменная улыбка брюнетки, ее наигранные эмоции и гримасы успели мне надоесть, а вот Катерина очень приятная особа, даже несмотря на то что приводит в дом маньяков. На ее плечах сидит Ричард. О попугае я мало что могу сказать, он то и дело саркастично высмеивает гостей, черный юмор – его конек. В каждом госте есть щепотка безумия. Такие, как Виса или Макс, и вовсе – ходячее сумасшествие.

Взрыв музыки прерывает мои размышления. Иларий настраивает караоке, и спустя пять минут по комнате плывет красивая мелодия. Катерина решает спеть. Голос у нее хороший, и петь она, без сомнений, умеет, только поет на английском, а я в нем не силен, хоть это и смешно, учитывая, что моя мать англичанка. Но песня о любви. Kiss me или love я перевести в состоянии.

Катерина подает мне тайные знаки, кивает на Сару, которая сидит в кресле напротив камина, закинув ноги на храпящего Макса.

Намек ясен. Ладно. Вперед.

– Я ошибался, знаешь. – Я подхожу и сажусь на ковер перед Сарой, улыбаясь со всем очарованием, на которое способен (надеюсь, мое лицо не выглядит так, словно меня вот-вот хватит инфаркт).

– В чем? – недоуменно уточняет Сара.

– В тебе.

Должно быть то, что творится в моей голове, Сара различает визуально, потому что в тот же момент она громко втягивает носом воздух, качает головой и отвечает:

– Мне плевать, кто их убьет. Виса, Катя или старость. Я лишь не хочу, чтобы они умирали в доме. Знаешь, как тяжело отмывать полы от крови? А стены?

Я сажусь на ручку кресла и подталкиваю ведьму локтем.

– Бро-о-ось. Просто ты добрая.

– Серьезно?

– Да, но боишься признать, – подначиваю я. – Ты же верховная ведьма, должна быть крутой и ужасающей, но передо мной притворяться нет смысла, понимаешь?

– Ты сильный, Рекс. – Сара проводит ногтями по моему бедру, и я весь покрываюсь мурашками. – Я убила тебя, не сосчитать сколько раз отшила, и хоть бы немного отстал… но ты продолжаешь наступление.

Я склоняюсь и шепчу ей на ухо:

– Ты меня плохо знаешь, детка.

Сара утыкается в бокал, словно хочет спрятать в нем эмоции.

– Возможно.

– Что ж, – я массирую ее плечи, – на улице сильный снегопад. Предлагаю взять глинтвейн, устроиться на окне твоей спальни и выпить за наше недопонимание, любуясь видом за окном.

Повисает пауза.

Сара смотрит на меня. Молча. А молчать она умеет до жути выразительно. Затем она приподнимает одну бровь и делает новый глоток Кровавой Мэри. Я протягиваю ей ладонь и… такое бывает? Сара ставит бокал на столик, встает и обнимает мою шею.

Я хочу перекреститься, чтобы не спугнуть удачу. Выражение лица Сары остается пустым, как у трупа перед захоронением, но если она согласилась потанцевать, то прогресс есть. Я кладу руки на ее талию, ощущаю приятную прохладу шелкового платья, несколько шагов назад – и мы стоим посередине гостиной.

Не скажу, что я прекрасный танцор, но двигаюсь неплохо.

– Почему ты без настроения? – вновь шепчу ей на ухо.

Она снова прячет взгляд, но теперь уже утыкаясь лицом в мою грудь, что оказывается довольно приятно.

– Хочется одиночества.

Шаг вперед. Назад. И мы уже дополняем движения друг друга. Она поворачивается в такт песне, и я чувствую ее тепло, как она прижимается ко мне… главное – не возбуждаться, иначе опять перестану соображать, – а пока кровь не сбежала из головы вниз, надо действовать.

– Мое общество тебе претит?

– Мне претят эти люди, – с досадой признается Сара.

– Они ведь твой ковен.

– От них много шума.

Я улыбаюсь. Скорее всего, как придурок.

– Так праздник. Ты не отмечаешь праздники?