Читаем Демонхаус онлайн бесплатно
Цель – показать Саре, что она может доверять мне, положиться на меня, как на соратника в войне с демоном.
Я сжимаю рукоять кинжала. Двухстороннее лезвие торчит из-под пальцев, и я пристально рассматриваю его минут десять, пока члены ковена переговариваются между собой о пленниках. Металлическая пентаграмма на рукоятке и сам клинок переливаются в пламени свечей. На левом лезвии набито слово «mors», а на правом «vita».
Буду ли я выбирать жертву?
Нет, конечно!
За кого вы меня принимаете?
Никто не заставит меня ни убить человека, ни приговорить к смерти, уж тем более мудак Виса, который явно решил посмеяться надо мной после конфуза с нашей дракой и моим отступлением. Я мог убить его. Однако не стал. Он воспринял это как слабость и теперь издевается. Надо бы срочно сообразить, как освободить пленников, но с другой стороны… если даже я это сделаю, что дальше? Мужчина – маньяк, а женщина – убийца собственных детей. Я просто подарю им свободу?
Мужчина смотрит на меня с ненавистью, и я чувствую, что сам бы он легко содрал с меня кожу при возможности. Девушка плачет, черные от туши слезы пачкают ее щеки, и вроде бы ответ очевиден, кого я должен выбрать, но дело не в их послужном списке и реакциях, а в моих принципах.
На часах – почти два ночи.
Тринадцать минут, чтобы сделать выбор, кому даровать жизнь, и две недели, чтобы самому выкарабкаться из дома живым.
Ковен собирается вокруг пленников. Каждый произносит тост, держа в руке золотой бокал с вычурной буквой «В», и отчего-то я уверен, что в этот раз гравировка все же связана с именем хозяина дома, особенно по взгляду Висы, которому этот бокал как кость в горле. О том, что учудил Менестрель в спальне, никто не заикается, как и о том, что рядом стонут, рычат и всхлипывают пленники. Всем весело. Зато я не знаю, как реагировать, и ищу здравый смысл в отстраненном взгляде Илария и Сары. Они молчат. Сара, как часть круга, а Иларий рядом, но чуть поодаль – держит золотой поднос, с которого раздавал бокалы.
Виссарий – гнусная тварь – с напыщенно-радостным подвыванием манит меня в круг. Я встаю между Максом и Зои. Стоило бы плеснуть Висе в рожу вином из бокала и свалить отсюда куда подальше (ага, аж до своей спальни), но мне нужно быть рядом с Сарой, да и я все жду, что ведьма прекратит этот кошмар с жертвоприношениями. Виса, чтобы позлить меня сильнее или ради собственного удовольствия, бесконечно липнет к Саре, обнимает ее, и я с трудом контролирую ревность, которую отчего-то испытываю, она буквально раздирает меня когтями.
Ревность – чувство настолько же полезное, насколько гадкое, порой именно оно дает нам понять, чего именно мы жаждем. Я жажду Сару во всех смыслах. Глупо отрицать, что я дико хочу ее в своей постели, что она нравится мне, ведь ради этого я и явился на Платановый бульвар. Позже она стала нужна мне и для того, чтобы получить свободу. Виса претендует на ту, кто жизненно необходима мне, так что ревновать я имею полное право, как и планировать, каким способом лучше от него избавиться, раз перерезать горло сам я не способен… да и Саре это не понравится.
– Мои любимые дгузья! – чирикает Зои и подталкивает Менестреля, который давно утонул мыслями на дне бокала. – Как год начнешь, так его и пговедешь, пусть…
Ее слова летят мимо моих ушей. Я замечаю, что Зои уже не так весела, как несколько часов назад, и вспоминаю, как Рон развлекался с Зои в первые дни моего пребывания в доме. Возможно, пышногрудая брюнетка ожидала его внимания и сегодня? Поэтому она уже не в таком радужном настроении, как в начале вечера, Инга подпортила ей праздник. Рон игнорирует Зои, ни разу не взглянул на нее, да и вообще старается ее избегать. Не удивительно. Он боится потерять доверие Инги.
К своему неудовольствию, я вдруг замечаю еще одну деталь, которую очень хочу выбросить из головы – напряженные переглядки Зои и Менестреля, словно между ними есть общая тайна. Неужели это именно Зои науськала Менестреля на Ингу? Убедила мужчину в том, что Инга… не против подобных развлечений с незнакомцами?
Я гоню эти мысли, потому что уже собрал образ Менестреля – злобный хмырь, а сейчас он рассыпается мозаикой, и я чувствую себя беспомощным ребенком, который совершенно не понимает взрослых и мотивы их поступков. Теперь я вижу не опасного насильника, а несчастного парня, мечтающего о кусочке прошлой жизни. Да я почти уверен, что здесь замешана Зои, именно она отперла дверь в спортзал, где закрыли Рона. Видимо, хотела остаться с ним наедине.
Зои – суккуб, ей нужна энергия, а Рон – призрак и не сильно пострадает от ее сексуального вампиризма.
Катерина спрашивает, что со мной. Я показываю клинок, как бы заявляя: какие еще могут быть вопросы? И она снисходительно ухмыляется. Не могу понять, она действительно не имеет ничего против убийства этих людей? Да, они отвратительны, они такие же убийцы, но это не повод самим превращаться в животных.
